Monday 17.01.2022|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...

    «Я даже не думаю о том, чтобы снова стать наемным работником»

    Как скажутся долгосрочные последствия кризиса, вызванного пандемией коронавируса, на сфере занятости в Израиле – подтолкнет ли этот кризис к укреплению самостоятельности в трудовой деятельности или люди предпочтут стабильность и постоянство, которые гарантирует наемный труд? Количество фрилансеров, или, как их еще называют, самозанятых, то есть, работающих на себя, в Израиле в десятилетие, предшествующее кризису, росло постепенно. Так, в 2011 году, согласно данным Центрального статистического бюро, было зарегистрировано 250 тысяч фрилансеров. В 2015 году их стало около 270 тысяч, а в 2019-м – уже 319 тысяч. В 2020-м, в первый год кризиса, было зафиксировано около 330 тысяч самозанятых.


    Пока неясно, на какой отметке окажется упомянутый показатель в 2021 году и о какой тенденции на ближайшие годы можно говорить.

    С одной стороны, последствия кризиса могут подтолкнуть работающую публику к выбору независимого пути, чтобы пользоваться гибкостью и не зависеть от работодателя. Многие работники оказались зажатыми в тиски между занятостью и неоплачиваемым отпуском в зависимости от темпов распространения заболевания и вводимым то и дело режимом тотального карантина – а других просто уволили. Даже тем, кому удавалось избежать столь печальной участи и кто продолжал работать, приходилось соглашаться с экстремальными условиями, а иногда и брать на себя резко возросшую нагрузку. В результате было подорвано доверие многих людей к своим работодателям.

    С другой стороны, кризис подчеркнул преимущества работы по найму, после того как государство отказалось от обширной и пролонгированной системы социальной защиты в виде пособий для широких слоев населения. Подобно тому, как коронавирус приводит к потере вкуса и обоняния у инфицированных, пандемия, похоже, способна отбить желание у тех, кто хотел бы попробовать фриланс, невзирая на многочисленные связанные с этим риски.


    Оптимизм наряду с тревогой

    Асаф (имя вымышленное), которому за тридцать, всю свою сознательную жизнь проработал наемным работником, но в январе 2021 года, в самый разгар кризиса, решился сменить статус, поменяв его на самозанятый. Прежде он специализировался на контент-маркетинге, а в начале этого года обратился к работодателю с просьбой его уволить – и получил письмо об увольнении. Что, разумеется, давало ему право на пособие по безработице в течение шести последующих месяцев – время, которое Асаф хотел использовать, чтобы спланировать свой дальнейший жизненный путь в качестве фрилансера. За этот период он нашел несколько клиентов, в том числе в сфере рекламы и маркетинга, и попросил их оплатить проделанную им работу только лишь по истечении срока, ограниченного правом на получение пособия по безработице.

    Он и его партнерша были вынуждены попросить финансовой помощи у ее родителей, но Асаф все же настроен оптимистично: «Как наемный работник я бы мог зарабатывать 8-9 тысяч шекелей в месяц. Таков примерно мой доход на данный момент, но я надеюсь, что уже в ближайшие месяцы начну зарабатывать гораздо больше». В то же время он подчеркивает, что порой, невзирая на оптимистический настрой, его терзают сомнения: «Я их отметаю. Да, преимущества работы по найму для меня очевидны, но я не собираюсь возвращаться в прошлое. Мне нравится новая ситуация, потому что я работаю на себя, а не на кого-то постороннего или на какую-то абстрактную организацию. Это придает мне силы, укрепляет мотивацию вставать утром и браться за работу. Я наслаждаюсь свободой, возможностью вставать по утрам, зная, что мне не надо торопиться куда-то в офис, слыть там паинькой и улыбаться людям, с которыми сталкиваешься в коридоре. Поверьте, игра стоит свеч. Может быть, я чувствую себя немного одиноким, но это вовсе не подталкивает меня к тому, чтобы вновь стать наемным работником».

    Молодежь не хочет работать по найму

    В мире насчитывается около 1,2 миллиарда фрилансеров – это почти треть общемировой рабочей силы. В 2020 году в США в качестве самозанятых работали 59 миллионов человек, что составляет 36 процентов от всего персонала. Но налицо тенденция к росту, и к 2027 году фрилансеры составят большинство, как утверждается в отчете фрилансерской платформы Upwork.

    Молодежь все больше и больше хочет работать на себя. Так, согласно опросу, проведенному MBO Partners в этом году, 68 процентов новых фрилансеров в США – это поколение Z, то есть 18-25-летние, или миллениалы, которым 26-40 лет.


    Желание Асафа оставаться самостоятельным подтверждается опросом, осуществленным платформой фрилансеров Malt в сотрудничестве с Boston Consulting Group, который показал, что большинству фрилансеров не так-то просто вернуться на прежнее рабочее место. 84 процента всех фрилансеров во Франции и Германии заявили, что не намерены возвращаться к работе в одной и той же компании, как и 74 процента испанцев.

    Станут ли доминировать фрилансеры на израильском рынке труда? «Я полагаю, что в ближайшие годы количество фрилансеров в Израиле продолжит расти, что вполне соответствует тенденциям в других странах OECD, – говорит Авиад Хоминер-Розенблюм из Фонда Берла Кацнельсона. – Причем темпы роста могут даже ускориться после пандемии и в свете тех изменений, которые мы наблюдаем в сфере занятости, становящейся все более и более уязвимой».

    Стоять в очереди, чтобы работать посыльным в компании Wolt


    Одной из основных причин, способствующих разрушению традиционного рынка труда, называют гиг-экономику (система, при которой компании предпочитают не нанимать сотрудников в штат, а привлекают независимых подрядчиков и фрилансеров, нередко не на полный рабочий день. – Прим. «Деталей»). Этот вид экономики стал развиваться еще до начала кризиса, но теперь он оказался своего рода волшебной палочкой для тех, кого уволили во время пандемии, или для тех, кто просто устал от своей основной работы. Многие молодые люди чувствуют себя по-настоящему свободными, поскольку с них сняты оковы, налагаемые ограничениями постоянной работы и постоянным работодателем. Это могут засвидетельствовать 10 тысяч посыльных из компании Wolt, а также тысячи других, которые заняли очередь в листе ожидания этой компании.

    Работодатели это чувствуют, как никто другой. К примеру, один из владельцев фалафельных на юге Тель-Авива рассказал в приватной беседе, что если раньше, до пандемии, он платил своим работникам 37 шекелей в час, то теперь молодые люди меньше чем на 50 шекелей в час не соглашаются, да и то не всегда приходят. По его словам, есть еще один фактор – все та же компания Wolt, где молодежь зарабатывает минимум 100 шекелей в час, но что более важно, эти ребята – сами себе хозяева.

    Подтверждает данное обстоятельство и Ави Шомер, генеральный директор компании «Цомет сфарим», один из владельцев этой сети; он считает, что молодые люди больше не хотят работать, «они получают разрешение на вождение скутера, устраиваются в Wolt, и больше им ничего не надо».

    Сегодня работодатели в гиг-экономике – это компании, предлагающие услуги населению с помощью различных приложений, которые связывают клиента с поставщиком услуг. Вся их деятельность строится на повсеместном использовании мобильных телефонов, огромных баз данных сотрудников и клиентов, с которыми они могут связаться, а также на способности извлекать выгоду из колоссального объема информации в реальном времени. В результате стали множиться компании, работающие по указанной модели, внедряясь даже в те сферы, в которые они ранее не проникали, а также наводняя рынок новым типом работников. С одной стороны, они верой и правдой служат на благо компании Wolt, но с другой, учитывая гибкость и свободу по времени, сами решают, когда и с кем работать, и могут даже идти «в услужение» к прямым конкурентам. И если раньше гиг-экономика подразумевала возможность гибкой занятости и дополнительного дохода, то сегодня многие видят в этом свой основной доход.

    От чего они отказываются?

    На прошлой неделе – пусть и с некоторым запозданием – парламентская комиссия по труду и социальному обеспечению провела специальное заседание, на котором обсуждался вопрос о гиг-экономике вообще и регулирования статуса занятых там работников – в частности.

    Депутат кнессета, председатель комиссии Эфрат Райтен («Авода»), указала, что речь идет о «новом типе занятости, когда работающий человек, с одной стороны, не может считаться работающим по найму, а с другой стороны – не может считаться и фрилансером, статус, который нам хорошо известен. Человеку, занятому в этой сфере, предоставляется много свободы, он сам руководит своим рабочим процессом, формирует собственную повестку дня». Но, по словам Райтен, стоит все-таки понять, какова цена вопроса и от чего молодые люди отказываются, нет ли здесь реальной эксплуатации и каким образом следует регулировать их права с точки зрения закона.

    Исследование, проведенное MasterCard, оценило, что гиг-экономика достигнет оборота в 455 миллиардов долларов в 2023 году по сравнению с 204 миллиардами в 2018 году и 348 миллиардами в этом.

    Уже упоминавшийся Хоминер-Розенблюм считает, что в период потрясений гиг-экономика может предоставить временную занятость безработным. Однако он думает, что вряд ли стоит уповать на гиг-экономику как на панацею в силу ее проблематичности. «Большое количество фрилансеров коррелируется с низким уровнем ВВП, а также свидетельствует о слаборазвитой экономике», – говорит он. По его мнению, основная масса работающих здесь людей – это не предприниматели, которые в состоянии развивать, скажем, перспективный бизнес и тем самым создавать новые рабочие места, а самые обычные сотрудники, к тому же лишенные еще и определенных социальных прав, а стало быть, уязвимые и зависимые от конкретной ситуации, будь то внезапное увольнение или непредвиденные расходы на здоровье. Кроме того, их сбережения невысоки, если таковые вообще имеются, и хорошая пенсия им не светит. Хоминер-Розенблюм также уверен, что, если сфера занятости сконцентрируется на гиг-экономике, это нанесет серьезный ущерб социальному статусу работающих.

    Как он утверждает, расширение сфер гиг-экономики в Израиле требует соответствия со стороны законодателей по трем направлениям: всеобъемлющее определение классификации сотрудников, отраженное в законе, переложение заботы об исполнении закона на работодателя, а также проверка его фактического исполнения специально назначенными проверяющими; серьезное изучение возможности, связанной с созданием новой классификации работающих, которая отражала бы такую специализацию, как работа в онлайн-системах («платформенная экономика»), и наделяла бы работающих там определенной частью социальных прав; и наконец, распространение базовых прав работника, таких как пособие по безработице и оплата больничных, на работающих в гиг-экономике.˜

    Натанэль Гамс, TheMarker, М.К. Фото: Рexels √

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

    DW на русском: главные мировые новости

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend