Пробуждение памяти: Германия и Катастрофа

Сорок лет назад, в январе 1979 года, западногерманские телеканалы начали транслировать американский мини-сериал в четырех частях «Холокост», который навсегда изменил представление немцев о Катастрофе. В США сериал был показан раньше. Он был рассчитан на американскую аудиторию, и режиссер Марвин Дж. Хомски пригласил на роли Мерил Стрип, Джеймса Вудса, Майкла Мориарти и других популярных актеров.

Критики сдержанно отнеслись к драме, повествовавшей о страданиях вымышленной немецко-еврейской семьи Вайсов и о том, как безработный юрист Эрик Дорфа стал одним из архитекторов Катастрофы. Эли Визель и другие выжившие узники концлагерей назвали фильм «ложью, оскорбительной дешевкой и мыльной оперой». А другие — «голливудским китчем».

Критики считали, что Мерил Стрип переигрывает, а сюжет сериала явно сфабрикован: он рассказывает об одной семье, которым были уготованы все ужасы Катастрофы — от «нюрнбергских законов», Хрустальной ночи, эвтаназии, до Бабьего Яра, восстания в Варшавском гетто и лагеря смерти. Некоторые отмечали, что богатая семья ассимилированных врачей-евреев едва ли могла стать примером того, что выпало на долю миллионов евреев Восточной Европы, погибших в Катастрофе.

И все же «Холокост» вызвал отклик в США и в Германии. Многие зрители могли отождествить себя именнно с такими персонажами, как семья Вайс. В США мини-сериал посмотрели 100 миллионов зрителей. Показ фильма совпал — и послужил катализатором – с поднявшейся волной поминовения жертв Катастрофы, в результате чего в школах и колледжах были введены учебные курсы истории Катастрофы и был основан институт, впоследствии ставший Музеем Катастрофы в Вашингтоне.

Первыми немцами, которые узнали о том, что планируется снять сериал о Катастрофе, стали дипломаты, аккредитованные в США. Они были обеспокоены тем, что подобный сериал может нанести ущерб репутации Германии за рубежом. Они не стали публично выказываться против фильма, но распространяли материалы, рассказывающие об усилиях послевоенной Германии извлечь уроки из нацистского прошлого. В самой Западной Германии ведущие политики и журналисты выступили против того, что им представлялось «коммерческим сериалом о газовых камерах в голливудском стиле».

Неудивительно, что приобретение минисериала для показа по немецкому ТВ было весьма спорным шагом. В результате он транслировался не по общенациональному телевидению, а по сети региональных каналов. Тем не менее, влияние сериала в Германии было огромным. Около 20 миллионов немцев – то есть почти половина населения в возрасте 14 лет и старше — посмотрели хотя бы отдельные серии. «Холокост» прошел по Германии ударной волной, вызвал многичисленные дебаты среди людей разных поколений. Тысячи зрителей звонили или писали на телеканалы, одни – чтобы выразить сожаление о событьиях прошлого, другие – чтобы сказать о своем неприятии фильма.

До этого момента мысли немцев были заняты Гитлером и другими нацистскими лидерами, но их жертвы едва ли вызывали у них интерес. После трансляции фильма все изменилось. Благодаря минисериалу, термин «Холокост» вошел в обращение, историки обратили внимание на повседневную жизнь при нацистском режиме и более того – в ходе возникшей в юридических кругах дискуссии были сформулированы и приняты законы, позволяющие немецким судам по сей день преследовать нацистских преступников.

Тем не менее, заметны признаки того, что согласие в отношении Катастрофы, как центрального понятия в немецкой национальной идентичности, начинает распадаться. С течением времени события того периода отдаляются, поколение жертв и свидетелей Катастрофы уходит. Так, согласно проведенному в 2017 году опросу, около 40 процентов немецких школьников не в состоянии объяснить, что происходило в Освенциме. А опрос, проведенный CNN в конце 2018 года, показал, что только 43 процента немцев считают, что «поминовение жертв Холокоста помогает сегодня бороться с антисемитизмом».

Более того, ведущие представители растущей правой политической партии Германии «Альтернатива для Германии» (AfD) считают, что Третий рейх остался лишь «каплей птичьего помета» на славной тысячелетней истории Германии, и призывают переключить внимание на доблесть солдат вермахта. И это не голоса маргиналов – на выборах 2017 года AfD получила 94 места в Бундестаге и имеет неплохие шансы выиграть региональные выборы в 2019 году.

Возможно, немецкому обществу нужно еще раз посмотреть в глаза своему прошлому – и, быть может, эта встреча приведет к катарсису. Трансляция «Холокоста» в январе этого года, приуроченная к 40-летию первого показа, стала упражнением в ностальгии, а не попыткой начать новую дискуссию о значении Катастрофы для сегодняшней Германии. В отличие от того, что происходило в конце 1970-х, немецким СМИ и политикам хватает для этого смелости. Но, похоже, им не хватает идей: как, опираясь на историю Катастрофы, обратиться к широким слоям населения и вызвать дебаты по таким актуальным проблемам, как ксенофобия, расизм и антисемитизм.

Якоб Эдер, «ХаАрец», М.Р.

Мемориал жертвам Катастрофы, Берлин. Фото: Pixabay


Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend