Еврейская Одесса и рейс «Руслана»: на новой выставке в музее АНУ

Еврейская Одесса и рейс «Руслана»: на новой выставке в музее АНУ

Еврейская Одесса породила ряд величайших фигур еврейской культуры Израиля — от Бялика до Черниховского, от Ахад Ха-Ама до поэтессы Рахель. Новая выставка в Музее еврейского народа АНУ рассказывает о двух основных группах писателей, художников и поэтов города —  и о том, почему одна из них исчезла из истории.

Он был известен как «сионистский Мэйфлауэр», ведь 700 пассажиров парохода «Руслан», отплывшего из Одессы в Яффо в декабре 1919 года — художники и писатели, задававшие тон в маленькой еврейской общине, которая через три десятилетия станет государством Израиль.

Среди них были поэтесса Рахель — Рахель Блювштейн — и историк Йосеф Клаузнер, главный редактор «Еврейской энциклопедии» (двоюродный дядя писателя Амоса Оза). Художники Пинхас Литвиновский и Ицхак Френкель, архитекторы Зеэв Рехтер и Иегуда Магидович, танцор Барух Агадати и кинопродюсер Ицхак Агадати.

Будущий главный редактор газеты «Гаарец» Моше Йосеф Гликсон и мальчик Уриэль Гейльперин, который впоследствии стал поэтом Йонатаном Ратошем. Яков Перемен, создавший центр еврейской интеллектуальной жизни в своем одесском книжном магазине.

Перемен привез с собой 250 картин еврейских художников, рассчитывая создать музей и академию современного искусства. Экспонаты из его коллекции в теперь выставлены в Музее еврейского народа АНУ в Тель-Авиве. «Одесса — Тель-Авив» — это весьма необычная выставка, художники, представленные на ней, очень разные по мировоззрению.



«Во втором десятилетии XX века в Одессе существовали две группы творческих людей, — говорит Орит Шахам-Говер, главный куратор АНУ, курировавшая выставку вместе с Лесей Войскун и Асафом Галаем. — С одной стороны, художники, называвшие себя «независимыми». Они выражали общечеловеческие ценности свободы и равенства и надеялись превратить Одессу в Париж Восточной Европы. С другой стороны, — группа интеллектуалов и писателей, мечтавших создать современную литературу на иврите в рамках национального возрождения».

Эти две группы могли процветать только в Одессе — портовом городе, достаточно далеком от Санкт-Петербурга и Москвы, чтобы сформировать вызывающе независимую идентичность.

К середине XIX века это был самый космополитичный город Российской империи. В Одессе собирались представители разных слоев общества — от интеллигенции до уголовников. Тридцать процентов жителей города были евреями, и смешение культур создало эклектичную культурную повестку и яркую богему.

Еврейские творцы процветали в литературе, театре и музыке. Наряду с работами «Независимых» на выставке представлены ивритские авторы и мыслители, разделявшие идеи сионизма и стремившиеся к созданию современной ивритской литературы. Хаим Нахман Бялик, Шауль Черниховский, С. Бен-Цион, Яков Фихман, Иехошуа Хоне Равницкий и другие, осознав свою национальную идентичность, репатриировались и основали своего рода литературную республику.

Большинство художников, чьи работы были на «Руслане», остались в России; некоторые были убиты в ходе сталинских чисток, другие погибли во время Катастрофы, а третьи эмигрировали. «Большая часть художников так и не попали на Землю Израиля, но Перемен сохранил их искусство, — говорит Орит Шахам-Говер, собиравшая работы. — Я фотографировала стены в домах наследников Перемена и буквально опустошила половину их гостиных».

По словам Асафа Галая, «еврейские поэты, писатели и теоретики Одессы — от Бялика до Черниховского и Ахад Ха-Ама — заняли важное место в культуре Израиля».

Одесса-Тель-Авив
Фото: Wikipedia public domain

«Бялик стал здесь национальным поэтом, продолжает Галай. – «Независимые» же художники почти полностью забыты, возможно, потому, что их видение не обязательно было сионистским или еврейским, и сионистский проект не сумел их использовать.

Они ошибочно сделали ставку на универсализм, который не прижился, но это не сделало их менее интересными».

«Еврейские поэты и писатели владели ивритом, который помещал их в актуальный контекст, поэтому их приняли, когда сионистскому истеблишменту потребовались деятели культуры, — говорит Галай. — У художников же языкового ограничения не было; они могли оставаться космополитами. Таким образом, сионистский истеблишмент не стал их «продвигать», а собственный формализм отдалил их от коммунистического культурного истеблишмента в России. Они не попали ни туда, ни сюда, и в конце концов — были забыты. Такова цена «независимости». Поэты и писатели действительно были зависимы и являлись частью большой системы, хотя и боролись с ней. И когда Израиль стал реальностью, их популярность возросла».

Модернизм против ориентализма

«Независимые» отвернулись от реалистической традиции живописи, их привлекали фантастические и эротические мотивы, они находились под влиянием современных течений — постимпрессионизма, сюрреализма, футуризма, процветавших в Париже.

Один из критиков пренебрежительно назвал новых художников-эмигрантов «парижанами из Одессы». Впрочем, когда приехал Бялик, поэт Ури Цви Гринберг насмешливо назвал и его вместе   с единомышленниками «Одессой в Палестине».

Среди ведущих «Независимых» были Михаил (Маркус) Гершенфельд, считавшийся лидером и теоретиком группы, Амшей Нюренберг, переехавший в Москву и работавший художественным критиком в «Правде», и художник Сандро Фазини (Сруль Файнзильберг), примитивист в духе Матисса. Среди других членов группы — Израиль Мексин, известный как «одесский Тулуз-Лотрек», и Сигизмунд Олесевич, художник и иллюстратор, эмигрировавший в Париж.

Среди немногих членов группы, принявших сионизм и репатриировавшихся в Израиль, Иосиф Константиновский, присоединившийся к Перемену на «Руслане», и Хаим Гликсберг, переехавший в Иерусалим в 1925 г. и ставший основателем Ассоциации еврейских художников.

Представленные на выставке картины показывают различия между модернизмом «независимых» художников и ориентализмом знаменитой иерусалимской художественной школы «Бецалель». Они также демонстрируют источники вдохновения художников. Картины Нюренберга «Пир Шуламит» (1911) и Исаака Малика «Охота» (1918) напоминают Гогена. Бретонский пейзаж» (1908) Гершенфельда наводит на мысли о Матиссе, а «Автопортрет» Наума Соболя — на Пикассо; то же самое можно сказать о «Кабане» Теофиля Фраермана и немецком экспрессионизме.

Перемен организовал первые выставки современного искусства до создания государства Израиль. Он также основал кооператив художников «Хатомер» и создал модернистскую студию живописи и скульптуры.

«Когда мэр Тель-Авива Меир Дизенгоф основал Тель-Авивский художественный музей, он попросил Перемена передать туда свою коллекцию, но Перемен отказался, храня ее для музея, который планировал создать сам, — рассказывает Шахам-Говер. — Перемен не осуществил эту мечту, но он демонстрировал картины в своей квартире на улице Микве-Исраэль, 18 в Тель-Авиве, а затем в своем доме на бульваре Ротшильд, 129 — оба дома были открыты для публики и, по сути, выполняли функции музеев».

Связь между этими двумя группами очевидна: многие писатели были увековечены на картинах художников. На выставке представлен впечатляющий большой портрет Бялика работы Леонида (Иегуды Лейба) Пастернака, отца писателя и поэта Бориса Пастернака.

Портрет Бялика передан на время из Музея Израиля в Иерусалиме, здесь же представлена портрет Черниховского работы Гликсберга. Представлены первые издания книг этих писателей, а также газетные вырезки и плакаты, посвященные им. Одна из афиш 1922 года сообщает об открытии библиотеки Фихмана, книжного магазина («на всех языках и по всем предметам»).

Настоящий Иерусалим

Еще одним ключевым писателем группы был Элиэзер Штейнман, журналист и редактор, в 16 лет получивший звание раввина. Приехав на Святую Землю в 1924 году, Штейнман поддерживал тесные отношения с поэтом и редактором Авраамом Шленским; в их переписке можно обнаружить увлекательные споры о роли интеллигенции в жизни страны.

Два сына Штейнмана, Давид и Натан Шахам, также стали известными писателями. Орит Шахам-Говер — внучка Штейнмана. «Мой дед оставил после себя сотню незавершенных работ, — говорит она. — Он писал в духе модернизма, а после Холокоста собирал произведения иврита и еврейской мысли. В последние годы жизни вел обширную переписку с Любавичским ребе».

Сам Штейнман представлен на выставке первым изданием романа «Эстер Хают» — никакой связи с нынешним председателем Верховного суда Израиля. Роман вышел в 1923 году в Польше после того, как советский режим запретил его на иврите. Шахам-Говер называет его феминистским романом.

«В нем рассказывается о еврейской женщине, которая бежит от мужа и приезжает в Одессу с желанием учиться и развиваться, но ее постоянно эксплуатируют мужчины, которых она встречает», — говорит Шахам-Говер. Героине «Эстер Хают» было трудно жить на своих условиях в мужском мире, кажется, что она опередила свое время. Мужчины-евреи, писавшие в Одессе, были гораздо успешнее в своем новом мире.

«Художники считали Париж своим Иерусалимом, в то время как у писателей-евреев был настоящий Иерусалим или, по крайней мере, настоящий Тель-Авив, — говорит Асаф Галай. — Но не следует забывать, что в Одессе были и еврейские творческие личности, не писавшие на иврите, например, Исаак Бабель, который завоевал международную известность, не проходя через мельницу обращения к сионизму».

Бабель, отмечает Галай, гораздо больше интересовался еврейскими преступными группировками Одессы, чем еврейским национальным возрождением. По его словам, «того одесского деятеля, которым я восхищаюсь больше всего, на самом деле не существовало — гангстера Бени Крика, созданного в воображении Бабеля».

Ронен Таль, «ХаАрец», Н.Б. На снимке: выставка в музее АНУ. Фото: Томер Аппельбаум. На снимке в тексте «Руслан» в порту Кушта (Стамбул) по дороге из Одессы в Палестину, 1919

Будьте всегда в курсе главных событий:

Подписывайтесь на ТГ-канал "Детали: Новости Израиля"

Новости

Двое солдат попали под расследование из-за шутки о продаже оружия
Переговоры по сделке с ХАМАСом: есть подвижки, но главное еще впереди
Украинцы сбили над Азовским морем ценнейший самолет-разведчик А-50 (видео)

Популярное

«То, что солдаты погибли – не наше дело… Они нам не братья»

Когда силам безопасности Израиля удалось вырвать из самой глубины Газы двух заложников, Фернандо Мармана и...

Платить за электричество можно со скидкой – почему мало кто это делает?

Тарифы на электричество повысились в нынешнем месяце на 2,6%. Но обладатели «умных» счетчиков,...

МНЕНИЯ