Это сладкое слово гуманизм

В последнее время я заметил, что в коридорах Верховного суда появился новый уборщик. Помимо самого старого работника суда, который вытирал пыль проверенным способом — мягкой тряпочкой, появился новый. Новый работник с новым прибором — пылесосом со специальной насадкой. Он водил им по всем креслам в залах суда, заглядывал в самые укромные уголки и прохаживался по ним специальной насадкой, похожей на чей-то длинный нос.

Время от времени аппарат начинал издавать пронзительный звук: «Барак! Барак! Барак!» Тотчас прибегали два специальных работника в комбинезонах и распыляли на подозрительное место специальную ядовитую жидкость. Затем огораживали это пространство желтой лентой, и через семь дней снова доставляли спецприбор. Аппарат показывал «Свободно от Барака», и тогда зал вновь открывали.

Мне сказали, что аппарат называется «рыло», и так его назвал изготовитель, а заказала его министр юстиции Айелет Шакед, чтобы окончательно избавить Верховный суд от запаха его бывшего председателя Аарона Барака.

Бывший председатель Верховного Суда ушел в отставку 12 лет назад, но до сих пор его присутствие можно ощутить в залах суда. Трудно передать это ощущение, для этого надо обладать таким же чувствительным носом, как у Сирано да Бержерака. Иногда этот запах можно сравнить с запахом свежескошенной травы на горе Кармель, иногда с запахом типографской краски, смешанной с запахом свежего кофе в магазине «Книжный червь».

И вот на днях «рыло» было отправлено в отставку. Министр юстиции лично сорвала бесполезную насадку и швырнула на пол. «Как могло случиться, что Верховный суд издал постановление, от которого за километр разит Бараком?» — вскрикнула Шакед.

Министр имела в виду постановление суда, отменяющее решение военно-политического кабинета о запрете родственникам лидеров ХАМАСа проходить лечение в госпитале в Восточном Иерусалиме. Решение не было связано с опасностью, могущей исходить от смертельно больных людей. Оно имело целью оказать давление на ХАМАС, чтобы заставить выдать тела солдат, находящихся в их руках в Газе. В немалой степени решение кабинета было вызвано давлением, которое оказывает на общественное мнение семья Адара Гольдина.

Судьи Узи Фогельман, Ицхак Амит и Офер Гросскопф вынесли данное постановление, но министра особенно возмутило участие Гросскопфа, который был ее протеже. Представляю, как она кипит от негодования, читая постановление суда своим нервным голосом, переходящим в стаккато.

«Государству не предлагается оказывать врачебную помощь просителям. Государству не предлагается финансировать помощь просителям. Государству не предлагается спасать жизнь просителям. Государству не предлагается разрешить въезд в страну людям, от которых исходит угроза безопасности. Государство просят только не препятствовать получению медицинской помощи людям в том месте, где ее получают жители палестинских территорий».

Судьи также ссылаются на известный принцип еврейского права, сформулированный еще пророком Йермиягу, что человек не подлежит наказанию за преступление, совершенное его родственником.

«Это все будто Аарон Барак писал», — негодует Шакед. Ведь она была убеждена, что Гросскопф и другой ее ставленник, судья Алекс Штайн,  будут принимать все решения, базируясь на принципе «Права человека в обмен на мир». Оказалось, что не так-то легко вытравить дух Аарона Барака из зала суда. Даже судьи, выбранные лично министром юстиции, не смогли забыть вкус таких сладких слов, как гуманизм, права человека, истинный иудаизм.

Адвокат Авигдор Фельдман, «ХаАрец«, В.П.

На фото: Айелет Шакед. Фото: Оливье Фитуси.


Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend