Есть технология, по внедрению которой Газа обогнала Израиль

Впервые я встретился с Тареком Абу Хамадом у него дома в самом центре деревни Сур-Бахер, в Восточном Иерусалиме. Как и все палестинские анклавы Восточного Иерусалима, Сур-Бахер являет собой расположенный на крутом склоне плотно застроенный лабиринт, где на улицах нет тротуаров, а о детских площадках и зеленых зонах и говорить не приходится. Дом Абу Хамада стоит напротив старейшей мечети деревни, на улице, которую недавно заасфальтировали, но тротуаров не проложили.


Место нашей второй встречи разительно отличалось от деревни Сур-Бахер: спроектированный по экологическим принципам офис со стенами из глины и соломы в кибуце Кетура, на юге пустыни Арава. Вокруг офиса — небольшая экспериментальная ферма, на которой проводятся исследования в области возобновляемых источников энергии, очистки воды и производства из отходов — газа для приготовления пищи. На соседней овощной грядке, орошаемой очищенной сточной водой, растет одно из самых известных деревьев страны. Прозванная «Мафусаилом», это первая финиковая пальма, выращенная из семени, которому около 2000 лет: в 1960-е годы его нашли на археологических раскопках. На соседнем участке растут еще пять таких же деревьев.

Мы находимся в институте «Арава», который Абу Хамад возглавляет с августа прошлого года. Он — первый палестинский житель Восточного Иерусалима, которому удалось занять столь высокий пост в израильском правительственном ведомстве.

Институт, расположенный в кибуце к северу от Эйлата, основан в 1996 году. В нем учатся студенты из Израиля и Иордании, палестинцы с Западного берега и из сектора Газа, а также иностранные студенты, которым преподают предметы в сфере экологической устойчивости. Учебный курс разработан и преподается совместно с университетом Бен-Гуриона. Задача института — формировать региональное экологическое лидерство.

Мы оказались в Араве в начале Рамадана (то есть в начале апреля), и были встречены невыносимой жарой. Несмотря на пост, который он держал, Абу Хамад присоединился к нашей экскурсии по экспериментальным полям.

— Впервые я побывал здесь в августе 2008 года, — вспоминает он. — Меня пригласили выступить с докладом. Я въехал через ворота, вышел из машины, почувствовал жуткую жару и подумал: «Ни за что не смогу здесь остаться». Но потом сказал себе: «Люди тебя пригласили, так прояви к ним уважение, выступи с докладом и тогда уже возвращайся домой». Давид Лерер, тогдашний директор, отвел меня на встречу со студентами. Пообщавшись с ними минут 15, я решил, что остаюсь. Я смотрел на них и понимал, что если не спрашивать имена, то невозможно понять, кто из них еврей, кто араб, а кто американец. Я понял, что этим я и хочу заниматься: наукой и исследованиями среды, которая создает связи между людьми разного происхождения. Вот что меня привлекло.

Министерство науки предложило ему работу, и он организовал в министерстве подразделение по инженерным исследованиям.

— Мы увидели, что в Израиле наблюдается значительный спад в области инженерных наук по числу студентов и количеству публикаций. Нам удалось убедить министерство финансов создать фонд для исследований в области прикладной инженерии. Начали с бюджета в 2 миллиона шекелей, а дошли до 50 миллионов, — с гордостью рассказывает он.

Абу Хамад продвигался по службе в министерстве, стал заместителем главного ученого, и в конечном итоге в течение нескольких месяцев исполнял обязанности главного ученого министерства.

— Как и абсолютное большинство жителей Восточного Иерусалима, вы родились не со статусом гражданина Израиля, а со статусом «временного жителя». С ним и выросли. Как вам, высокопоставленному чиновнику израильского правительственного министерства, работается в таком качестве?

— В первый же день явился кто-то из ШАБАКа, чтобы провести проверку безопасности. Ее начали в 8 утра и закончили в 5. После этого меня каждые три месяца отправляли проходить проверку на детекторе лжи. Спрашивали о моих связях, о том, как я провожу время. Я относился к этому, как к рутине, через которую нужно пройти. Я знаю, что главный ученый тоже через это проходит: его должность связана с секретными документами».

— Каковы были ваши отношения с министрами, возглавлявшими кабинет в тот период?

— За мою каденцию сменились 5 министров. Биньямин Нетаниягу, который был исполняющим обязанности министра, не оставил после себя никакого впечатления. Я также ни разу не видел в министерстве Ципи Хотовели. Яков Пери был любезен и помог мне получить гражданство. Я подал заявление, и через месяц со мной связались из МВД.

Никогда не забуду момент, когда услышал в машине по радио, что министром науки назначен Дани Данон из «Ликуда» — у меня потемнело в глазах, но на деле он оказался самым умным человеком из тех, кого я когда-либо встречал. Он наделен тем, что я назвал бы «эмоциональным интеллектом». Всякий раз, когда он шел на встречу с членами арабской общины, он настаивал на том, чтобы я сидел рядом с ним.

После него был Офир Акунис. Это было в период «интифады ножей» 2015-2016 годов, и однажды он сказал мне: «Скажи своим друзьям, чтобы они прекратили поножовщину». Я ответил: «Господин министр, это не мои друзья». Я не понимаю, как он не смог увидеть разницу между человеком, который на улице нападает с ножом на прохожих, и заместителем главного ученого?

Абу Хамад участвовал в недавней конференции по климату в Глазго и продвигает региональное видение перехода к энергетической безопасности. В определенной степени институт «Арава» является родоначальником солнечной индустрии Израиля. Здесь были установлены первые экспериментальные солнечные панели, а первое в стране коммерческое солнечное поле было создано компанией Ketura рядом с институтом. Сегодня территория рядом с офисом Абу Хамада служит чем-то вроде лаборатории под открытым небом, где испытываются самые разные солнечные панели, предназначенные для выработки электроэнергии. Рядом с ними находится еще один испытательный комплекс, разработанный Абу Хамадом, служащий для нагрева воздуха с помощью солнечных панелей, что позволит сократить использование ископаемого топлива даже в холодных странах.

Во дворе есть еще несколько сооружений и устройств, демонстрирующих экологические технологии, работающие в автономном режиме, то есть объекты, которые могут быть установлены в населенных пунктах, не подключенных к инфраструктуре электро-, водо- или газоснабжения, например, на Западном берегу, в Иордании или Африке. Например, есть несколько глинобитных построек, освещаемых внутри за счет солнечной энергии, а для приготовления пищи используются плиты с системой «домашнего биогаза», которая производит газ для приготовления пищи из органических отходов.

Тем не менее, самыми значительными операциями института являются трансграничные экологические проекты между Израилем и палестинцами. Все стороны — Израиль, ПА, Иордания и даже ХАМАС — считают удобным использовать институт в качестве неофициального посредника. Факт, что это израильский институт, возглавляемый палестинцем, помогает в этом отношении.

— Я знаю, палестинцам легче сказать, что они работают с Тареком, а не с институтом «Арава», — поясняет Абу Хамад.

Большая часть этой деятельности осуществляется под эгидой Форума прикладной экологической дипломатии института. Например, форум оказал помощь в приобретении и установке для муниципалитетов сектора Газа систем, которые с помощью солнечной энергии добывают питьевую воду из воздуха. Каждая такая система способна производить 800 кубометров питьевой воды в год.

Действительно, сектор Газа является мировой державой в использовании возобновляемых источников энергии. Согласно оценкам, почти 50% электроэнергии Газа производит за счет солнечных батарей! Но у этого успеха есть своя цена. Системы обычно дополняются большими батареями, которые обеспечивают электроэнергией, когда солнце село или скрыто облаками. Проблема в том, что это, как правило, низкокачественные батареи с коротким сроком службы, которые потом валяются на пиратских свалках по всему сектору. Проблема усугубляется еще и появлением в Газе несанкционированных мастерских, где из старых батарей отделяют серебро и другие металлы, а остальные детали выбрасывают на улицу. В результате земля и вода загрязняются токсичными, канцерогенными материалами.

Пытаясь решить эту проблему, Абу Хамад и сотрудники института связали фирму в Газе, которая собирает старые батареи, с израильской фирмой, которая подготавливает и передает их назад для повторного использования.

Еще один трансграничный экологический проект, в котором участвует институт, в координации с гражданской администрацией Израиля — прокладка трубопровода для транспортировки очищенных сточных вод с палестинской очистной станции в Эль-Бире, рядом с Рамаллой на Западном берегу, в деревню Уджа в долине реки Иордан.

— Я как занавес, разделяющий две стороны. Вижу обе, и помогаю обеим, — говорит Абу Хамад. — Я пытаюсь найти устойчивое решение для значительной экологической проблемы. Очевидно, что если бы не было оккупации, палестинцы сделали бы это сами.

Окружающая среда может быть катализатором войны или катализатором сотрудничества. В нашем регионе всем ясно, что сотрудничество необходимо, потому что наших источников воды и энергии на всех не хватит. Другого пути нет. Ответ на опасность изменения климата кроется в нашем поведении. Мы должны изменить образ жизни, промышленность, продукты питания, воду, транспорт — все должно измениться. Мы — лаборатория для поиска решений. Я хочу, чтобы весь регион стал похож на институт «Арава». Чтобы все вели себя, как мы. И мы хотим доказать, что это возможно».

Как сектор Газа стал солнечной сверхдержавой

С 2007 года израильтяне могут наблюдать за происходящим в секторе Газа только издалека или изучать его по спутниковым снимкам. Но даже на них невозможно не заметить революцию, происходящую в Газе: ландшафт заполняют ряды черных солнечных батарей. В последние годы в частных домах, общественных учреждениях и теплицах появляется все больше систем для получения энергии от солнца. В отличие от удручающе медленного течения энергетической революции в более благополучных странах, — ради сокращения выбросов парниковых газов и преодоления климатического кризиса, — в Газе преобразования происходят быстро, потому что вызваны насущной потребностью.

Используя дистанционное зондирование, профессор Итай Фишхендлер, заведующий кафедрой географии Еврейского университета, вместе с исследователями Лиором Германом и Лиозом Давидом изучили размещение солнечных батарей в Газе. Согласно последнему проведенному ими исследованию, в 2020 году на крышах домов было установлено достаточно панелей, чтобы обеспечить около 25% потребностей этого района в электроэнергии. С тех пор, по оценкам Фишхендлера, их количество росло в геометрической прогрессии и сегодня уже почти половина электроэнергии в секторе поступает от солнца. В Израиле, для сравнения, только около 8% электроэнергии получают от возобновляемых источников.

Но основа для сравнения, естественно, другая: потребление электроэнергии в Газе значительно ниже, чем в Израиле. В прошлом году жители Газы пользовались электричеством в среднем 13 часов в сутки, а с начала 2022 года — лишь 12 часов.

Успех Газы обусловлен несколькими факторами. Во-первых, постоянные сбои в системе электроснабжения побудили жителей искать автономные решения. Во-вторых, технологические ноу-хау позволили устанавливать небольшие и эффективные системы электроснабжения в отдельных зданиях. Солнечные панели и батарее значительно подешевели: за 10 лет — примерно на 85%

В-третьих, две силы, контролирующие жизнь жителей Газы, — Израиль и ХАМАС — поощряют это явление, хотя бы своим бездействием. Израиль позволяет солнечным батареям и другим элементам системы попадать в сектор через пограничные переходы, а ХАМАС закрывает глаза и проводит политику недостаточного регулирования: например, не требует подключения систем к электросети.

«Тишина с обеих сторон порождает революцию снизу, — отмечает Фишхендлер. — В отличие от зоны С на Западном берегу, которая находится под полным гражданским и силовым контролем Израиля и где установка солнечных систем на земле воспринимается в рамках земельного конфликта, в Газе нет земельного конфликта с Израилем».

Переход к энергетической безопасности в секторе поддерживается иностранными государствами и международными организациями. В апреле правительство Германии и Палестинская автономия подписали соглашение о создании двух новых солнечных ферм в секторе Газа, общей стоимостью 16 миллионов евро. Еще одно соглашение было подписано в начале мая между ПА и Всемирным банком, в рамках которого банк должен субсидировать улучшение инфраструктуры электроснабжения как в Газе, так и на Западном берегу, чтобы позволить получать больше солнечной электроэнергии.

Два года назад Всемирная организация здравоохранения и правительство Японии завершили установку большой солнечной системы на крыше больницы Насер в Хан-Юнисе. В прошлом году Бирмингемский университет в Великобритании объявил о проекте по установке большой солнечной энергосистемы на крыше Женского медицинского центра в лагере беженцев Джабалия в секторе.

Энергетическая революция в Газе бросает вызов общепринятой мудрости о распространении солнечных технологий в бедных, слаборазвитых регионах противостояния — таких как Газа, Сирия и Йемен. «Предполагалось, что чем вы богаче и чем больше загрязняете окружающую среду, тем быстрее вы обратитесь к этим технологиям. Но опыт Газы показывает прямо противоположное», — говорит Фишхендлер.

Нир Хасон, «ХаАрец», М.Р. Фото: Илан Асаяг. На фото: Тарек Абу Хамад