Сексуальная война в нацистской Германии

В течение многих лет судьба сексуальных меньшинств в нацистской Германии не изучалась и не была предметом публичного обсуждения.

Каковы были место и статус гомосексуалистов и проституток в нацистской Германии? Их преследование тоже было частью нацистской атаки на либеральную политику и вседозволенность, которыми характеризовалась ненавистная им Веймарская республика.

Начать с одного простого факта, который без сомнения удивителен. СА была фактически военным крылом нацистской партии. Это была антисемитская, агрессивная и радикальная организация, и ее командующим стал Эрнст Рём, открытый гомосексуалист. Нацистская партия была единственной в Веймарской республике, чьи лидеры могли быть открытыми геями.

Рём был гомосексуалистом, но подчеркивал мужественность, как высшую ценность, и отождествлял женщин с трусостью, компромиссом, лицемерием, особенно в буржуазном обществе, а также пацифизмом. Рём был сложной и даже парадоксальной фигурой. Он утверждал, что жизнь – это постоянная революция, которая включает, среди прочего, высвобождение сексуальных импульсов. В своей автобиографии в 1928 году он писал: «Борьба с притворством, обманом и лицемерием этого общества должна начинаться с того, что является самым основным в жизни, то есть с сексуальных побуждений».

В конце 1920-х годов Рём переписывался с доктором Карлом-Гюнтером Хеймсотом, активистом борьбы за права геев, который был первым врачом, утверждавшим, что мужской гомосексуализм – не патология. В феврале 1929 года Рём писал политическому активисту Отто Штрассеру: «Я горжусь, что я – гомосексуалист».

Когда он возглавил СА, Рём перестал быть частным лицом. Теперь он был известным общественным деятелем. Социал-демократы публично разоблачили его гомосексуализм, когда, начиная с 1931 года, он и нацистская партия подверглись нападкам за назначение гея на столь высокую должность. Одним из лозунгов социал-демократов в их борьбе с нацистами был «коричневый дом гомосексуалистов». Мюнхенский коричневый дом был известен, как штаб-квартира нацистской партии в Германии. Антигомосексуальная кампания социал-демократов не увенчалась успехом. С момента назначения Рёма его пять раз судили на основании статьи, в которой гомосексуальный акт признавался преступлением, но во всех случаях он был оправдан.

В 1932 году Рём предложил Гитлеру свою отставку, чтобы предотвратить ущерб партии на фоне кампании против себя, но Гитлер отказался ее принять. А позже, с момента прихода к власти нацистов в 1933 году, Гитлеру даже пришлось защищать Рёма от критиков. Гитлер отвечал им по разному: одним говорил, что Рём – не гей или был геем, но пообещал прекратить заниматься сексом с мужчинами; другим – что ему все равно, чем занимается Рём, пока он не соблазняет детей.

Возможно, Гитлер ценил достижения Рёма и знал, что может на него полностью положиться. Возможно, Рём был уверен в поддержке Гитлера и не мог поверить, что тот распорядился о его ликвидации в «Ночь длинных ножей» летом 1934 года.

Рём был убит не потому, что он был геем. Его гомосексуализм служил лишь предлогом для оправдания чистки СА. Мартин Борманн, начальник канцелярии Гитлера с 1935 года, заявил, что «мне все равно, есть ли у кого-то сношения со слонами в пустынях Индии или с кенгуру в Австралии… Но тот, кто наносит вред нацистскому движению – мой враг».

Так почему же Рём был убит? До 1933 года он и СА были фактически единственной силой, которую имели нацисты. С захватом власти и переходом от управления партией и движением к управлению государством СА стала обузой.

Чтобы прояснить сложность нацистского отношения к гомосексуалистам, можно сравнить его с их отношением к евреям. Нацисты хотели уничтожить евреев Европы, а после – всех евреев мира. Геи преследовались только в Германии и без какого-либо плана окончательного решения. Нацистские лидеры во главе с Гитлером, несомненно, были одержимы евреями, но не геями. Были гомосексуалисты, которых не преследовали либо преследовали умеренно, либо очень жестоко. Отношение к конкретному гею было результатом его политического и социального положения. Гомосексуализм Рёма не был проблемой, пока он сам не стал проблемой по другим причинам, главным образом, политическим.

В случае с евреями дело обстояло иначе: ни социально-политическое положение еврея, ни что-либо другое не могло спасти его жизнь, за исключением особых случаев на ограниченный период времени. Более того, преследование евреев происходило повсюду, в то время как гомосексуалисты преследовались, в основном, в крупных городах, для которых характерна развитая гомосексуальная субкультура. В конце концов, около 70 процентов геев, осужденных и отбывших наказание, были освобождены и мобилизованы в вермахт, где они верно служили нацистскому государству.

Чтобы дополнить картину отношения нацистов к сексуальным меньшинствам, надо посмотреть на их отношение к проституткам. До определенного момента нацисты боролись с проституцией, но с середины 30-х годов начали ее легализовать.

Нацисты обвиняли евреев и коммунистов в распространении венерических болезней. Евреев также обвиняли в торговле женщинами. Нацисты не могли принять тот факт, что проститутки бродили по улицам городов без какого-либо надзора. Целью нацистов был запрет проституции и преследование проституток.

Подобное преследование в полной мере соответствовало консервативному нацистскому мировоззрению. Эта политика также послужила нацистам в их попытке сблизиться с консервативными политическими силами, в том числе с церковью, и умиротворить их. В начале своего правления нацисты все еще нуждались в поддержке как можно большего числа партий для стабилизации политической системы и формирования страны в соответствии с их мировоззрением.

В мае 1933 года нацисты запретили уличную проституцию. Полиция, в свою очередь, усилила давление на проституток. Летом 1933 года были арестованы, по меньшей мере, тысячи проституток, если не десятки тысяч. Некоторые из них были вынуждены пройти принудительное лечение от венерических заболеваний.

В течение короткого времени произошли кардинальные изменения – от попытки полностью искоренить проституцию до намерения ее узаконить. Вскоре государство начало строить бордели, которые находились под надзором полиции.

СС и ее глава Генрих Гиммлер способствовали контролю над проституцией и ее легитимации в новом нацистском государстве. В середине 30-х годов армия начала продвигать эту идею, чтобы предотвратить распространение болезней среди солдат.
С началом Второй мировой войны процесс узаконивания проституции ускорился при полном сотрудничестве СС, армии, полиции и гражданских властей. В то же время, полиция жестко подавляла проституцию вне установленных рамок. Проститутки, которые нарушали правила и указы, часто признавались «антисоциальными элементами» и попадали в концлагеря. Так нацисты почти полностью искоренили уличную проституцию.

Первая цель законной проституции заключалась в защите солдат и гражданского населения от заражения венерическими болезнями. С этой целью государство усилило медицинский контроль над проститутками. Здесь тоже действовали расовые законы. Соответственно, немецкие бордели были созданы только для немцев. Проститутка, которая занималась сексом с остербайтером, рисковала оказаться в тюрьме или в концлагере. В городах, где проживало иностранное население, главным образом состоящее из остербайтеров, были созданы отдельные бордели, в которых работали женщины-иностранки. В середине 1940 года на немецкой земле проживало около 700 000 подневольных работников, а в конце войны их было семь миллионов. Нацисты опасались сексуальных контактов между немецкими женщинами и иностранными рабочими, особенно из-за отсутствия немецких мужчин, многих из которых отправляли на фронт.

В декабре 1940 года Гитлер сам распорядился создать специальные бордели для иностранных рабочих. В первом из них, на фабрике Германа Геринга в Линце, проститутки были польками и француженками. Геринг запретил наем немецких, голландских, норвежских и итальянских проституток в бордели, предназначенные для иностранцев. Немецким мужчинам было запрещено входить в эти бордели. Немецкая полиция отвечала за вербовку и надзор за иностранными проститутками. Те, кто забеременел, были вынуждены делать аборт и часто подвергались стерилизации.

Уличных проституток отправляли в концлагеря. Иностранного рабочнего, переспавшего с немецкой проституткой, могли приговорить к смертной казни. Еврейская проституция была строго запрещена, поскольку сексуальные контакты с евреями считались равносильными осквернению расы и нарушению закона о защите немецкой крови и немецкой чести. Еврейских борделей не было.

С 9 сентября 1939 года каждый город без борделя должен был его открыть. Реализация этого постановления не прошла без противодействия со стороны священников, консервативных чиновников и даже простых граждан.

Гиммлер даже оправдывал поощрение проституции и ее легитимацию, как средство борьбы с гомосексуализмом. Считалось, что молодой человек с гомосексуальными наклонностями пересмотрит свою предрасположенность, если будет заниматься сексом с противоположным полом, даже за плату. В своем выступлении перед командирами СС в феврале 1937 года Гиммлер сказал: «Невозможно воспрепятствовать переходу молодежи к гомосексуализму, если одновременно блокировать все альтернативы». На момент его выступления многие государственные бордели уже работали в большинстве крупных городов Германии. В марте 1942 года Гиммлер впервые приказал наградить трудолюбивых рабочих в концлагерях посещением борделя. В марте 1943 года Гиммлер посетил Бухенвальд и протестовал против отсутствия борделя. «Все это не очень хорошо, но это естественно, и если я могу использовать природу, как стимул для более высокой производительности, я думаю, что мы должны воспользоваться этим стимулом», – сказал он.

Поэтому легитимные сексуальные услуги, которые нацисты стремились предложить, были предназначены не только для защиты населения от заражения венерическими болезнями, для сохранения чистоты расы и обеспечения солдат удовлетворением их естественных потребностей – они также должны были способствовать росту производства. В этом отношении доступный секс был одной из вещей, предоставляемых подневольным работникам, наряду с сигаретами, разрешением писать и получать письма, или покупать еду. До лета 1944 года бордели были открыты в восьми концлагерях, в том числе в Освенциме, Бухенвальде, Заксенхаузене и Дахау.

20 апреля 1943 года был издан приказ об учреждении борделя в Освенциме-1, который предназначался для обслуживания нееврейских заключенных лагеря. Некоторые комнаты служили общей спальней для проституток, комнатой для медосмотра, комнатой ожидания и ванной комнатой с душем. В то же время в Освенциме-3 был создан еще один бордель – для заключенных из Польши и Украины.

Проституток набрали из женского лагеря в Биркенау. Принуждать их не приходилось, многие женщины работали добровольно, потому что проституция была очень востребованным занятием, которое давало женщинам наилучшие условия жизни. Женщины были допущены к работе только после прохождения медицинского отбора.

Посещение борделей началось в октябре-ноябре 1943 года и продолжалось до эвакуации лагерей. В общей сложности в борделях Освенцима работали 65 проституток, из них сорок были немками, остальные – польками и украинками. Согласно свидетельствам, они выглядели так, как будто вышли из другого мира: их волосы были подстрижены, глаза и брови накрашены, одежда опрятна. Их диета была лучше, чем у остальных заключенных. Их комнаты хорошо отапливались. У каждой была отдельная кровать. После войны никто из них об этом не говорил. Все исследования того, что происходило в борделях и вокруг них, основывались на свидетельствах «со вторых рук».

Клиентами были исключительно немецкие, польские и украинские заключенные, хотя и здесь сохранялись расовые законы: немец посещал только немецкую проститутку; славянский – славянскую; евреям, русским и цыганам не разрешалось пользоваться услугами проституток.

Большинство заключенных не посещали бордель: они были слишком истощены физически и морально. Согласно одной из оценок, приблизительно из 30 000 заключенных, которые могли посещать бордели, это делали только около ста. Некоторые хотели заняться сексом в последний раз, потому что знали, что могут умереть, другие хотели поговорить с женщиной, а были и те, кто влюбился в свою проститутку и ходил к ней не раз. Некоторые из заключенных дарили женщинам подарки, украденные из конфискованного имущества жертв. Вокруг борделя действовал черный рынок.

Как и во всех борделях, даже те, кто работал в Освенциме, находились под пристальным наблюдением и контролем. Заключенный, желавший посетить бордель, должен был зарегистрироваться, подать заранее подготовленный запрос и пройти медицинское обследование. Во время визита разговоры были запрещены. За выполнением приказов следил охранник СС, наблюдавший в глазок. В конечном счете, цель состояла в том, чтобы предотвратить любую связь между проституткой и клиентом, кроме самого полового акта исключительно в классической позе.

Согласно показаниям, были проститутки, которые, среди прочего, хотели вступить в контакт с заключенными, чтобы те убедили своих друзей не посещать бордели. Один из случаев закончился отношениями, которые продолжались даже после освобождения из лагеря.

Бордели в целом и бордели в концлагерях, в частности, выражали в первую очередь эксплуатацию сексуальности женщин в нацистской Германии. Секс и сексуальность также были мобилизованы, как экономический стимул для повышения производительности труда простых граждан, солдат и иностранных рабочих, с тем, чтобы сексуальность женщин служила смазкой для колес экономики и военной мощи государства.

Кроме того, разделение между различными группами населения в борделях было частью нацистской навязчивой идеи сохранить чистоту расы, и бордели также выражали тоталитарные характеристики нацистского государства, которое стремилось проникнуть во все сферы личной жизни человека. Поэтому, в известном смысле слова, бордели в концлагерях были микрокосмом нацистской Германии.

Боаз Нойман, «ХаАрец», Л.К. К.В.

На фото: Рём и Гиммлер и Далюге, Берлин, 1933.
Фото: Wikimedia Commons, Bundesarchiv, Bild 102-14886 / CC-BY-SA 3.0 


Реклама

Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend