Эксперты прокомментировали шокирующее видео со сдачей в плен и трупами российских солдат

Газета The New York Times (NYT) подтвердила подлинность видеозаписей со сдачей в плен российских военных и  предполагаемым расстрелом, а также верифицировала местность. Эксперты привели свои мнения, но все точки над i может расставить только полноценное расследование с выездом на место и проведение патологоанатомических и судебно-медицинских исследований, отмечают авторы статьи.

Обсуждаемый инцидент был снят двумя источниками: украинским солдатом, который с помощью смартфона вел видеодневники (в том числе боев за Макеевку), и беспилотником разведки, скорее всего, принадлежавшим украинским войскам.  Проанализировав видеозаписи и сравнив их со спутниковыми снимками, NYT подтверждает, что эти видео были сняты в одном и том же месте — в деревне Макеевка.

The Russians were captured, but one of them started shooting at Ukrainian soldiers. By the way, simulating surrender violates the Geneva Convention and is a war crime.#UkraineRussiaWar #UkrainianArmy #Ukraine️ pic.twitter.com/8BmZST6YKJ

— Ukraine-Russia war (@UkraineRussia2) November 20, 2022

Издание отмечает, что возле деревенского домика, где произошли трагические события, уже лежали два трупа российских солдат.

Анализируя сцену сдачи в плен, NYT приходит к тому же выводу, что и большинство людей посмотревших запись: российский солдат открывает огонь по одному из украинских военных. Украинцы застигнуты врасплох. Мобильный телефон дергается и запись прекращается. Покадровый анализ того, что происходит дальше, показывает, что украинский солдат, стоящий рядом, поднимает винтовку и целится в российского военного.

Следующее видео с воздуха показывает последствия: русские солдаты лежат неподвижно, по-видимому, мертвые, большинство из них в тех же позах, что и при сдаче в плен. Вокруг тел видны следы вытекшей крови. Кажется, что у некоторых кровь течет из верхней части тела или головы. Солдаты одеты в одинаковую форму, у некоторых на штанине характерная для российких войск красная маркировочная лента.

«Похоже, что большинство из них были убиты выстрелами в голову… Там лужи крови. Это указывает на то, что их просто оставили там мертвыми и не было предпринято никаких мер, чтобы оказать им помощь», — сказал в интервью доктор Рохини Хаар, медицинский эксперт организации «Врачи за права человека».

Доктор Хаар отметил, что, когда они сдались, российские солдаты лежали, по-видимому, без оружия, с вытянутыми руками или заложив руки за затылок. «Они считаются выведенными из строя или некомбатантами — фактически военнопленными», — сказал доктор Хаар.

Эксперт по военным преступлениям из Утрехтского университета Ива Вукусич, сказала, что трудно определить, было ли совершено военное преступление, основываясь только на видеодоказательствах, и что решающим фактором было время — когда русские были расстреляны: сразу после того, как выходит последний русский и стреляет в украинцев или после того, как непосредственная угроза была нейтрализована. «Если после — то это акт мести и явно военное преступление», — сказал Вукусич.

«Если этих военнопленных еще не обыскивали, то украинцы не знают, вооружены ли они… Возможно, если бы этот парень не начал стрелять, все они были бы взяты в плен и выжили бы», — цитирует Вукусич NYT.

Ранее власти Украины заявили, что изучат видеозаписи. При этом уполномоченный Верховной Рады по правам человека Дмитрий Лубинец отметил, что россияне воспользовались инсценировкой сдачи в плен и совершили военное преступление — открыли огонь по военным ВСУ. «В таком случае российские военнослужащие не могут считаться военнопленными, а являются ведущими бой», — цитирует украинского омбудсмена «Украинская правда».

NYT  в своей статье отмечает, что в прошлом месяце инспекторы ООН заявили, что задокументировали случаи пыток российскими военнослужащими гражданских и военнопленных. Следствие также установило, что украинские военные пытали и издевались над военнопленными, но «в меньших масштабах».

«Детали», Е.М. На снимке российские мобилизованные. AP Photo (Фотография не имеет прямого отношения к описываемым событиям)