Даже если улики были добыты незаконно, Нетаниягу это не поможет

Подозрение, что полиция взломала телефон Шломо Фильбера, собирая свидетельства против Нетаниягу, не окажет большого влияния на судебный процесс, несмотря на всю серьезность такого правонарушения. «В Америке после такого дело бы уже закрыли!» – возмущаются некоторые. И они правы. Однако в Израиле действует совсем другая судебная доктрина.


Израильский закон стремится уравновесить права обвиняемого с общественными интересами – в отличие от куда более радикальной концепции, принятой в судебной системе США. Поэтому в Израиле далеко не всякое доказательство, добытое незаконно, будет отвергнуто.

Опасения, что полиция могла использовать шпионское программное обеспечение, чтобы следить за телефоном Шломо Фильбера – приближенного к премьер-министру, бывшего министра связи, ставшего потом государственным свидетелем, вернуло общественную дискуссию к доктрине под названием «плоды отравленного дерева» – иначе говоря, к вопросу о том, правомочно ли использовать незаконно полученные данные в суде. О том, что шпионское ПО применяли для извлечения данных из телефона Фильбера, сообщил на прошлой неделе 13-й канал ИТВ – за несколько дней до начала показаний того в суде. Некоторые комментаторы поспешили заявить, что это разоблачение лишит обвинение доказательств из-за доктрины «плодов отравленного дерева». На самом же деле единственное, что отравлено в данном случае, – это древо общественного мнения.

Да, несанкционированный взлом телефона полицией – нарушение закона и гражданских прав. Если это имело место, следователи должны будут пойти под суд, и их надлежит выгнать из полиции. Но к делу Нетаниягу это не имеет отношения, потому что доктрина «плодов отравленного дерева» Израилем никогда не принималась! Вместо нее местные судьи предпочитают пользоваться доктриной «дисквалификации улик». Согласно ей суд может отвергнуть доказательства, полученные с нарушением закона, если было нарушено право подсудимого на справедливое судебное разбирательство. То есть суд, рассматривая вопрос о признании доказательств неприемлемыми, должен решить, не ущемлял ли способ их получения право подсудимого на защиту в суде. Не более того.

Метод, применяемый в Израиле, наиболее распространен во всем мире, тогда как метод, применяемый в США ,– исключение в международной юридической системе. Доктрина «плодов отравленного дерева» – крайне радикальный и тоталитарный подход, полностью уничтожающий все доказательства, если они были получены с нарушением закона. Большинство стран мира отрицают подобную практику, и Израиль в их числе.

Доктрина «плодов отравленного дерева» плоха тем, что наказывает общество, а преступника, напротив, освобождает от ответственности из-за огрехов полиции. Согласимся ли мы видеть, как по нашим улицах разгуливают убийцы, насильники и грабители из-за ошибок, допущенных следователями? Доверие общества к израильской полиции и без того подорвано, так захотим ли мы все расплачиваться за ее провалы? Особенно если учесть, что эти провалы во многом объясняются плохой работой министров внутренних дел по устранению системных недостатков в работе полиции, то есть немалую долю вины за них несет политическая ветвь власти – вплоть до того же Нетаниягу?

Метод, применяемый в таких ситуациях израильским судом, более взвешенный, чем американским. Суд оценит размер ущерба, который был нанесен подсудимому неправомочными действиями полиции, и лишь тогда решит, принимать полученные таким образом доказательства или нет.

Чем дело Нетаниягу отличается от дела Эфи Наве

Когда главу Ассоциации адвокатов Израиля Эфи Наве обвиняли в получении взятки сексуальными услугами («секс в обмен на назначения»), заместитель государственного прокурора Шломо Лембергер согласился с тем, что данные были получены с телефона Наве проблематичным образом. Если бы с их помощью можно было доказать коррупцию, то эти доказательства были бы приняты. Но Лембергер решил, что с ними можно доказать не секс-взятку, а только обман общественного доверия, а это нарушение менее тяжелое и не перевесит ущерб гражданским правам Наве. Потому эти улики были дисквалифицированы.

Причем если в деле Наве – Крайф вторглись в телефон самого потенциального обвиняемого, то в деле Нетаниягу взломан был телефон свидетеля. Правда, в 2019 году была опубликована академическая статья Гая Рубинштейна, помощника бывшего судьи ВС Менахема Мазуза, в которой обосновано, что ущерб свидетелю стоит воспринимать так же, как ущерб обвиняемому. Но, насколько известно в данный момент, даже если какие-то данные были незаконно добыты из телефона свидетеля Шломо Фильбера, то следственной группе по делам Нетаниягу их не передавали. Следовательно, ни о каком ущемлении прав Нетаниягу на справедливый суд речи нет.

Пока из-за выявления нарушений защита экс-премьера по «делу 2000» смогла выиграть время – добиться отсрочки в рассмотрении. И использовала случившееся для атак на прокуратуру и полицию. Во вторник суд должен определить, готов ли он принимать данные улики к рассмотрению, тогда как защита будет добиваться полной дисквалификации показаний Фильбера по всему делу, и если решение окружного суда ее не устроит, то она сможет оспорить его в Высшем суде справедливости.

Подобные проволочки играют на руку Нетаниягу, пока идут переговоры о подписании сделки и признании им вины: его юристы таким образом готовят почву для переговоров с новым юридическим советником правительства, который вот-вот будет назначен.

Идо Баум, TheMarker. Фото: Моти Мильрод √

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
МНЕНИЯ