Что стоит за технологической революцией нового шефа «Моссада»

В последнее время шеф «Моссада» Давид Барнеа много путешествует, знакомясь со своими коллегами из других разведывательных служб мира, посещая подчиненных за рубежом, а иногда и участвуя в секретных миссиях. Поэтому сообщения о переполохе в «Моссаде», опубликованные на прошлой неделе, застали его врасплох.

12-й и 13-й телеканалы объявили, что три начальника отделов «Моссада» ушли или собираются уйти. Это правда, но называть ли это переполохом? Это скорее буря в стакане воды. По крайней мере, двое из них уходят на пенсию, а не потому, что злы на начальство или разочаровались в своей работе.

На протяжении десятилетий перестановки были частью культуры «Моссада». Начальники отделов обычно работают в течение трех-четырех лет, после чего переходят на другую работу или уходят на пенсию. Два начальника, которые сейчас уходят на пенсию, – это глава отдела по борьбе с террором и глава отдела «Цомет», который занимается вербовкой и работой с агентами. Третий начальник отдела, который, по данным СМИ, уходит или рассматривает возможность выхода на пенсию, возглавляет технологический отдел.

Барнеа, который занял свой пост в июне, пытался убедить начальника отдела по борьбе с террором и особенно А., начальника «Цомета», остаться. (Имена сотрудников спецслужб такого ранга запрещено публиковать по распоряжению правительства и военного цензора). А. пользуется большим авторитетом, и высокопоставленные сотрудники «Моссада» рассматривали его как возможного будущего заместителя Барнеа.

Согласно практике «Моссада», действующий заместитель (в настоящее время это другой А., выбранный Барнеа) заменяется в середине срока полномочий шефа, поэтому в конце срока у премьер-министра есть два заместителя, которых он может рассматривать в качестве возможного следующего шефа «Моссада».

Единственные заметные трения в руководстве «Моссада» с момента назначения Барнеа были связаны с З., главой технологического отдела, который месяц назад решил уйти в отставку в середине срока своих полномочий из-за профессиональных разногласий. Когда пять месяцев назад Барнеа вступил в должность, он рассказал З. об изменениях, которые он планирует и которые урежут некоторые полномочия З. Тот возражал и пытался убедить Барнеа оставить отдел как есть или по крайней мере обойтись небольшими изменениями.

Но Барнеа настаивает на реформах, которые он считает необходимыми, учитывая быстрые изменения в других разведывательных службах, связанные с разработкой новых цифровых технологий. З. принял это решение благосклонно и ушел без обид.

В этом контексте следует отметить, что несколько недель назад Барнеа встретился с бывшими руководителями отделов и членами «Агмона» – организации пенсионеров «Моссада». Он изложил свое мировоззрение, отметив необходимость «адаптации к внешнему миру». «Эта адаптация, – сказал мне один бывший высокопоставленный сотрудник «Моссада», – должна была произойти много лет назад».

Мягкое брюшко

Структурные изменения в «Моссаде» происходили на протяжении десятилетий в зависимости от личности и потребностей руководителя. Цель состояла в том, чтобы сделать организацию более эффективной и модернизировать ее деятельность.

Вот один из примеров. В 2002 году, когда Меир Даган возглавил «Моссад», он взял на вооружение модель ВВС. Это повлекло за собой создание двух управлений: одно – для всех неоперативных отделов и подразделений, большинство из которых находится в штаб-квартире «Моссада» в Глилоте, под Тель-Авивом. Другое, возглавляемое заместителем Дагана Тамиром Пардо, включало в себя все оперативные отделы.

Эти изменения принесли много успехов в период правления Дагана, Пардо и Йоси Коэна, особенно в отношении всего, что было связано, по данным иностранных СМИ, с кампанией против ядерной программы Ирана. Сюда входили убийства ученых, саботаж объектов и оборудования, кибератаки путем заражения компьютеров вирусами, а также знаменитое похищение иранского ядерного архива.

Очевидно, что были и провалы. Большинство из них не стали достоянием общественности, но по крайней мере один потряс «Моссад» до глубины души, подорвав доверие оперативников и временно создав хаос в оперативной части.

Еще одним громким провалом стало разоблачение убийства Махмуда аль-Мабхуха из ХАМАСа в январе 2010 года. Мабхух, отвечавший за отправку иранского оружия в Газу, был отравлен в номере отеля в Дубае. Несмотря на попытки представить его смерть как естественную, полиция Дубая с помощью записей камер наблюдения разоблачила отряд «Моссада».

Эта операция выявила мягкое брюшко разведывательного агентства: самодовольство и презрение к полиции Дубая, вызванное неспособностью признать быстрые технологические изменения. Два десятка мужчин и женщин из «Моссада» были засняты камерами наблюдения по всему Дубаю. Полицейские следователи реконструировали их передвижения в отеле, в аэропорту и в торговом центре, где они встречались, переодевались, надевали парики, разговаривали по телефону и пользовались кредитными карточками.

Дубайская операция выявила активы, используемые «Моссадом», включая компании, офисы, телефонные номера и различные средства связи; она также раскрыла методы, использовавшиеся в течение многих лет. В связи с этим и подобными событиями Пардо, который занял свой пост в 2011 году, решил усовершенствовать структуру «Моссада», чтобы устранить пробелы и исправить слабые места агентства.

В новой структуре (которая была обновлена во время срока полномочий Коэна, закончившегося в июне) технологический отдел стал самым большим «пожирателем» бюджета и штата агентства. В этом сегменте работают четверть из 7 тысяч сотрудников.

Необходимость оставаться первым номером

После назначения главой «Моссада» Барнеа начал консультации со своим заместителем А., а также с другими руководителями отделов и различных сегментов. Это привело к быстрой реформе. Технологический отдел был разделен на подразделения по кибератакам, технологической инфраструктуре и информационным технологиям. Несколько подразделений в других отделах были объединены или изменили свои задачи.

«Никому не нравится чувствовать, что его профессия или навыки больше не нужны, – говорит старший оперативник, вышедший на пенсию несколько лет назад. – На протяжении истории такое происходило в каждой организации, большой и маленькой».

Но число сотрудников низшего звена, которые пострадают или уйдут в результате этой реформы, относительно невелико, может быть, несколько десятков. «Моссад» обычно помогает людям перейти на другую востребованную работу, кому-то предлагает достойный выход на пенсию. Никого не выбрасывают на улицу.

Быть агентом разведки становится все труднее, особенно такой, которая создана по образцу шпионского мира, известного из романов и фильмов. В третьем десятилетии XXI века агентам трудно свободно передвигаться, они уже не проходят через контроль безопасности в аэропортах с относительной легкостью. Подделка паспортов, ключевой компонент в создании личности агента «Моссада», особенно во вражеских странах, становится все более сложной задачей.

Кроме того, их частная жизнь подвергается кибератакам – через компьютеры или взлом смартфонов. Кража личных данных и информации, боты и беспилотники становятся все более опасными.

Каждый наш шаг фиксируется уличными камерами или программами распознавания лиц, мы находимся под наблюдением с помощью различных средств, подвергаясь манипуляциям со стороны искусственного интеллекта. По зарубежным сообщениям, «Моссад» при убийстве отца иранской ядерной программы Мохсена Фахризадеха в период работы Коэна и его заместителя Барнеа использовал искусственный интеллект и робототехнику.

Сложная реальность – вот что движет Барнеа. Чтобы «Моссад» мог выполнять свои задачи по борьбе с Ираном, «Хизбаллой» и глобальным террором, он должен сохранить свой статус одной из лучших разведывательных служб в мире. В настоящее время этот статус определяют сложные машины и революционные технологии, но они не заменят людей. Барнеа, чья карьера в основном проходила в подразделении «Цомет», занимающемся вербовкой и обработкой агентов, хорошо это знает.

Барнеа намерен расширить в «Моссаде» использование искусственного интеллекта, самообучающихся машин, робототехники, беспилотников и кибератак, не забывая об основном правиле: «Моссад» – это разведывательное ведомство, основанное на человеческих ресурсах.

Йоси Мельман, «ХаАрец», М.Р. На снимке: Давид Барнеа с премьер-министром Беннетом. Фото: Kobi Gideon, GPO˜√