Дайте парочку стволов и десяток яиц

Еврейское восприятие теракта в синагоге в Питтсбурге, как погрома, понятно. Но то же самое произошло 3 ноября на концерте в Неваде, а 2 ноября — в церкви в Южной Каролине. Поэтому теракт, в котором были убиты 11 верующих евреев – не еврейская, но американская драма. Америка захлебывается собственной кровью. Все знают, кто виноват – оружейная индустрия. Но политики во главе с Дональдом Трампом отказываются действовать даже перед лицом отравленного ненавистью человека,  у которого дома хранились двадцать три официально зарегистрированных ствола.

Циник, сказал Оскар Уайльд, знает всему цену, но не знает ценности. Это, безусловно, относится к оружейной индустрии и политикам, которых она покупает. Вместе они спустили американскую цивилизацию с вершин гуманизма до земли, на которой стоят убийцы.

Те, кто вооружает убийц, декламируют Вторую поправку к конституции США, согласно которой «право народа иметь и носить оружие не будет нарушено». Это юридический и моральный обман тех, кто движим не идеалом, как они утверждают, а корыстью. Стремление к прибыли законно, но «невинность» торговцев смертью преступна,  поскольку ее повторяющийся результат – горы трупов: школьников, студентов, зрителей на концертах, верующих в синагоге и в церкви в Калифорнии, Коннектикуте, Вирджинии, Флориде, Южной Каролине, Техасе и т.д. Этот список можно продолжать и продолжать, от побережья до побережья, из года в год.

Вторая поправка – это технологический, географический и социальный анахронизм. Когда в 1791 году 14 штатов ратифицировали Вторую поправку, оружие, которое разрешалось иметь гражданам, было тяжеленной винтовкой с длинным стволом и дубовым прикладом. Она требовала перезарядки после каждого выстрела, причем новую порцию пороха засыпали отдельно, а потом отдельно вставляли новый патрон. Если бы тогдашние сенаторы могли увидеть автомат «узи», который производит 600 выстрелов в минуту, многие пересмотрели бы свои позиции при голосовании.

Что касается географии, то в 1791 году 3 млн. американцев-пионеров жили на территории, превышающей по площади нынешнюю ФРГ. Пионерам нужна была самозащита. Они не могли ждать на своих отдаленных ранчо, что власти пришлют солдат или полицейских защищать их от преступников.

Социальный аспект: приобретающий оружие в наши дни не похож на фермера из 1791 года. Многие из наших современников, приобретающих стволы, эксцентричны, психически больны, являются мелкими или крупными преступниками, состоят в организованных преступных группировках, а главное – способны совершить убийство просто из ненависти к кому бы то ни было.

В Израиле вы можете купить оружие, только имея специальное разрешение МВД. А разрешение можно получить лишь на основании справки из полиции о том, что у вас нет криминального прошлого. Желающий обзавестись стволом обязан также пройти медицинскую проверку.  Тысячи израильтян имеют пистолеты ввиду того, что работают охранниками или живут в Иудее и Самарии, но никто из них не открывает пальбу по прохожим, потому что каждый прошел процесс лицензирования. Надо подчеркнуть, что разрешения в Израиле дают людям, желающим приобрести пистолет, а не пулемет Браунинга, Мага или Томпсона, которые в США можно покупать и продавать, как хлеб и яйца. Можно ли утверждать, что израильские методы идеальны? Нет, конечно. В Израиле существует черный рынок, на котором можно купить пистолет, винтовку, автомат, гранаты, динамит и т.п. Но все это стреляет и взрывается внутри криминального мира, простые граждане страдают от этого оружия крайне редко. Поэтому мы должны сказать американцам: не верьте тем, кто говорит вам, что распространение оружия невозможно контролировать. Возможно. Не верьте тем, кто говорит, что изъятие оружия у гражданина ограничит его свободу. Свобода ограничивается не тогда, когда право носить оружие обуславливается рядом критериев. Угроза свободе возникает, когда вооруженные люди, которых закон не обязал получить лицензию, нарушают права многих сограждан.

Роль правительства заключается не только в обеспечении свободы, но и в обеспечении безопасности. Только анархисты могут настаивать, что способ защитить население — вооружить его. Контроль над уровнем насилия является основным испытанием для государства. Отрицание этой фундаментальной истины миллионами американцев является симптомом культурного упадка. Мораль, утверждал Алексис де Токвиль в книге «Демократия в Америке»  – это самая надежная гарантия продолжения существования свободы. Отрицание этой истины – искажение нравственности и начало конца свободы.

Амоц Ашхаэль, «ХаАрец», Д.Н.

Фото: Pixabay.

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend