«Чему нас учат семья и школа?» Не демократии и не гуманизму

«Чему нас учат семья и школа?» Не демократии и не гуманизму

Одно из утверждений, прозвучавших в последние дни в процессе оценки итогов выборов, поиска причин того, что привело к подобным результатам и обмена взаимными обвинениями, гласит, что значительную роль в приходу к нынешней политической ситуации сыграла израильская система образования. Отсутствие уроков демократии, скудное преподавание гуманистических ценностей, выхолащивание светского образа жизни в школах и вузах позволило экстремистским и расистским силам набрать столько голосов на выборах.

Насколько обоснованно такое мнение?

«В большинстве стран, и в нашей в том числе, система просвещения отражает общество, а не противостоит ему», — говорит профессор Авнер Бен Амос. Он изучает историю образования, исследует политические ритуалы и процессы формирования исторической памяти, национального самосознания и гражданской самоидентификации. — «В Израиле лишь в нескольках школах в центре внимания находится ребенок. Но таких мало, а в большинстве школ работают ради взрослых, именно они задают тон. Через такую систему образования старшее поколение пытается воспроизвести самих себя в новом поколении, потому не стоит ждать, что она станет источником перемен».

Вместе с тем профессор Бен Амос предлагает обратить внимание на связь между центральной концепцией системы образования, — одной из многих систем в Израиле, — и одной из черт политического мышления, принятой большинством общества: вопиющим пренебрежением к самому факту оккупации. Речь идет о своеобразном отрицании реального факта, только более изощренном: не то, что оккупации не существует, просто она стерта [из нашего осознания ситуации].

«Из материалов, которые школьники учат для сдачи экзаменов на аттестат зрелости, они узнают, что много лет тому назад, в 1967 году, что-то произошло. Им это, конечно, кажется очень древней историей. После этого был какой-то небольшой спор: одни называли случившееся «оккупацией», другие «освобождением», но это, в общем-то, и не особо важно. Затем была Шестидневная война, а потом еще одна, которую назвали войной Судного дня. И на этом все, конец».

Профессор Бен Амос объясняет, что все происходившее затем – власть над палестинским народом, интифада, поселенчество – в учебной программе отсутствует. «Это значит, что подростки, которых после школы призывают в армию, понятия не имеют о том, что они делают там, на территориях и блок-постах. Они ни с чем это не увязывают – на что и работает изо всех сил наша система образования. Эта система следит за тем, чтобы школьники не понимали, где живут. Что и приводит нас к нынешнему положению, в котором продолжать контролировать целый народ – никакая не проблема. Мы даже не понимаем, что именно это и делаем. Этого не существует в кругозоре школьника».

Бен Амос вновь подчеркивает, что стирание факта оккупации из сознания производится не только в системе образования, но и во всех других государственных институциях. И поэтому не следует удивляться итогам выборов. «Оккупации не существует и в [государственных] СМИ. Когда оин сообщают об актах насилия на территориях, не представляется более широкий контекст событий – так что непонятно, почему это произошло, откуда такое берется… Это также верно для судебной системы и для БАГАЦа, который по-разному трактует происходящее там». Таким образом государственные системы с разных сторон транслируют гражданину один и тот же посыл: существующее положение нормально. В подобной «нормализации» система образования играет значительную роль, однако не единственную.

— Но именно она формирует будущее поколение. И есть ощущение, что с годами ситуация ухудшается, например, потому что демократические ценности все более истончаются и воспринимаются обществом как ценности «леваков». Как будто граница между правыми и левыми сместилась. Разве это не провал системы образования?

«Это в первую очередь относится к геополитической ситуации, потому что демократические стандарты предполагают, что все субъекты на одной территории должны иметь равный политический голос. Проще говоря, равноправны. Но до тех пор, пока сохраняется оккупация, есть группа – палестинцы, живущие на территориях, — которой не хватает политического голоса. И теперь, если мы начинаем разговор о демократии, то говорим о необходимости предоставить им право голосовать или гражданские права. Но в контексте нынешней борьбы за сохранение нашего присутствия на территориях эти идеи становятся «левыми».

В этом вопросе, объясняет Авнер Бен Амос, нынешнее наше положение похоже на то, в котором пребывали колониальные нации в прошлом. «В государствах вроде Англии или Франции тех, кто выступал против колониальной политики во имя общечеловеческих или демократических ценностей, тоже считали «левыми». Ведь и правые могут быть привержены этим ценностям – но как только они заговорят о нашем присутствии на территориях, их сразу тоже запишут в «левые». А система образования – лишь производная от этой ситуации. Она является ее очень резким отражением».

Для примера профессор показывает учебник по гражданству, «Быть гражданином Израиля», скорректированная версия которого была издана в 2016 году. В старом издании многократно упоминался еврейский и демократический характер государства, рассказывалось и про общественные расколы – в том числе между светскими и религиозными, евреями и палестинцами, общественно-экономического и пр. Но когда министром просвещения был Гидеон Саар, книгу переписали, и, по словам Бен Амоса, последняя ее версия представляет государство Израиль в основном только как еврейское государство.

«Демократия теперь менее важна. Социальные разногласия почти не упоминаются. О палестинцах как о народе вообще ни слова. Никак не отражено и то, что Израиль контролирует всю территорию «от реки до моря». Тот, кто готовится стать гражданином, не поймет и  политического устройства, потому что не будет знать о силе поселенцев в этой политической системе. В данном учебники поселенцы не представлены как политический блок».

Недаром игнорируется происходящее за «зеленой чертой» — судя по учебникам и напечатанным в них картам, этой черты вообще нет. Ее не существует. «Юли Тамир пыталась указать ее, в свою каденцию. Но это вызвало бурю негодования в комиссии кнессета по образованию. Такие процессы требуют времени, и пока их пытались внедрить в жизнь, ее уже сменили на этом посту. А школьников так и растят в иной реальности, они глядят на карту, на которой от моря до Иордана – все наше».

— Почему любая попытка утверждать иное тут же клеймится как «левая»?

— «Левым» определяется тот, кто мешает правильному порядку вещей. А правильным порядком считается наша власть на всем этом пространстве, с игнорированием живущего там населения.

Солдаты-палестинцы
AP Photo/Nasser Shiyoukhi

— Вы считаете, что эти тенденции усугубятся, если «Религиозный сионизм» получит в свои руки портфель министра образования?

— Если судить по прошлому опыту — да. Клерикализация системы образования началась еще с Лимор Ливнат, которая ввела понятия еврейского наследия в учебную программу. Гидеон Саар возглавил поход на Хеврон, после чего стали говорить о семинаре «Гора как колыбель нации». Надо понимать, что мы в данном случае под религиозностью понимаем не идишкейт (еврейский образ жизни, еврейская сущность – прим. «Детали»), но саму связь между национальностью и религиозностью.

Одним из примеров являются мероприятия по теме Третьего храма, которые организуют для школьников девушки, проходящие альтернативную службу в «ширут леуми». Призыв к его восстановлению – это призыв вернуться во времена Первого и Второго храмов и отстроить храм на том месте, где стоит сейчас мечеть Аль-Аксы. То есть это не просто религиозность – но религиозность, определяющая еврейский суверенитет на этих территориях.

Солдаты-палестинцы
AP Photo/Nasser Shiyoukhi

Это – проект «Гуш эмуним», поселенцев и национально-религиозного лагеря. Поэтому можно предположить, что если министерство образования окажется в руках представителя «Религиозного сионизма», то мы вновь увидим процессы слияния еврейства и национализма, которые наблюдали при Беннете, Сааре – только еще сильнее. Резонно предположить, что будут и другие последствия, которые проявятся в формальном образовании — преподавании истории, гражданства, географии; а также выразятся в неформальных акциях — поездках по территориям, паломничестве к разным местам, тематических конференциях и т.п.»

Несмотря на все сказанное, профессор Авнер Бен Амос не поддается пессимизму. «Мы не должны забывать, что тиражирование не происходит автоматически. Много палок попадает в колеса», — говорит он. – «Возможно, именно сейчас, когда левые сионисты не особо прочно стоят на ногах, откроется возможность для новых действий. Нельзя опускать руки».

Ноа Лимона, «ХаАрец». Фото: AP Photo/Nasser Shiyoukhi

Новости

Первая кровь: во время иранского обстрела тяжело ранен мальчик
Иранские ракеты достигли Израиля: сирены на юге и в Иерусалиме
Пресс-служба ЦАХАЛа: Иран выпустил ракеты по Израилю

Популярное

«Битуах леуми» досрочно выплатит пособия в апреле: подробности

Служба национального страхования в апреле  досрочно выплатит большинство социальных пособий. По случаю...

Раввин, призвавший уклоняться от армии и оскорблявший выходцев из экс-СССР, получит премию Израиля?

Поначалу это звучало как шутка: премию Израиля получит главный  сефардский раввин Израиля Ицхак Йосеф. Этот...

МНЕНИЯ