Среда 28.10.2020|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    21370070311_Ami_Ayalon_tomerappelbaum _09248

    Бывший ястреб: «Огонь по своим»

    Буквально через неделю должна выйти из печати книга Ами Аялона  «Огонь по своим», и это не просто хлесткое название: судя по всему, бывший бравый военный, директор ШАБАКа, затем политик, представляющий левый лагерь, пытается свести счеты с прошлым, а заодно, по образному выражению журналиста «ХаАрец» Йоси Мельмана, расшифровать коллективную ДНК Израиля, сионизма и иудаизма.

    Подзаголовок новой книги гласит: «Как Израиль стал злейшим врагом для самого себя и надежда на будущее». По мнению Аялона, величайший враг Израиля – это не Иран, не ХАМАС, не «Хизбалла». Это «политический вектор, который государство предпочло после второй интифады» в 2000 году. И если сионизму когда-нибудь придет конец, как утверждает отставной адмирал,  причина кроется отнюдь не в горстке еврейских террористов или в раввинах, которые верят в мессианские идеи, а в политике правительства, идущего на поводу у определенных групп населения.

    Как считает автор, Израиль вел справедливые войны в борьбе за свое существование до 1973 года, а все, что происходило после этого, вызывает вопросы. В принципе, история знает немало примеров из жизни раскаявшихся грешников, но в данном случае Аялон нацелен на большее – он выстраивает собственную доктрину и, хочет этого или нет, предлагает нам своего рода «Книгу откровения» и себя в роли пророка.

    «Откровенно говоря, – пишет он, – в молодости нас не мотивировали ни сионистско-социалистическая идеология Нового Человека, ни сложившийся после Катастрофы новый этос «Это никогда не должно повториться». Все сводилось к азарту приключений и опасностей, опьяняющему адреналину боя – желанию выйти за пределы наших возможностей. Плавать быстрее, нырять глубже, дальше бегать и стрелять не столько из-за тщательного обдумывания, сколько из-за инстинкта и интуиции, составляющих формулу выживания».

    Как считает Йоси Мельман, «речь идет не об автобиографии в обычном понимании этого слова. Книга Аялона – это скорее личное, интеллектуальное и философское путешествие по его жизни, перемежающееся встречами с людьми, через которых он намеревается расшифровать коллективную ДНК Израиля, сионизма и иудаизма. Не случайно он взял эпиграф к книге из автобиографического романа Амоса Оза «Повесть о любви и тьме»: «Единственное путешествие, из которого всегда возвращаешься не с пустыми руками – это путешествие внутрь себя»...»

    Крик ястреба

    Ами Аялон родился в 1945 году в Тверии и вырос в кибуце Мааган на берегу озера Кинерет. Его родители репатриировались в Палестину семью годами ранее из румынской Трансильвании.

    Детство и юность Аялона, по его собственному признанию, были отмечены ощущением постоянного присутствия сирийцев вдоль границы и грохотом канонады от обстрелов с вражеской территории, которым подвергались еврейские поселения в Изреэльской долине. Время, проведенное в бомбоубежищах, а также на берегу Кинерета было связано со стихами поэтессы Рахель.

    Однако главным для молодого Аялона стала, конечно, военная служба. Так, в 1969 году, в разгар «войны на истощение» на Синае, Аялон, тогда еще молодой офицер, был отправлен с другими морскими коммандос и бойцами  элитного спецназа генштаба для рейда на Зеленый остров в южной части Суэцкого канала недалеко от города Суэц. Англичане укрепили небольшой остров во время Второй мировой войны, чтобы оградить канал от возможного противника.

    Начальник генштаба Хаим Бар-Лев и министр обороны Моше Даян решили провести контроперацию после того, как египетские коммандос пересекли канал и напали на израильский форпост; в результате восемь израильских солдат погибли, один попал в плен, несколько израильских танков было уничтожено.

    Рейд на Зеленый остров, помимо тактических задач, должен был сыграть и роль показательной операции. И главный посыл, как понимает его Аялон, заключался в том, что ни одна вылазка египтян против Израиля не должна  было остаться без возмездия.

    Аялона и его товарищей по оружию засекли, когда они продвигались к укреплениям. Завязался жестокий бой, в котором были убиты шесть израильских бойцов. Однако потери египтян оказались неизмеримо больше: от 70 до 80 человек убитыми.

    Аялона, который был тяжело ранен, удостоили высшей военной награды за храбрость. Но он до сих пор вспоминает доктора Славина, оказавшего ему первую помощь: когда истекающего кровью Аялона эвакуировали с места сражения на корабельной шлюпке «Зодиак», Славин то и дело бормотал: «Ублюдки»... имея в виду командование ЦАХАЛа, которое отправило бойцов практически с  самоубийственной миссией. «Тогда мы не думали, что эта операция бесполезна, и я не думаю так и сегодня», – признается Аялон.

    В 70-х годах ВМС Израиля все чаще стали принимать участие в антитеррористических операциях. Таким образом, Аялон оказался в Средиземном море с миссией по ликвидации главарей террористов почти во всех арабских странах, включая убийство в апреле 1988 года Абу Джихада, заместителя Ясера Арафата в Тунисе.

    В другой операции, после того, как в 1979 году Аялона назначили командиром спецподразделения морских коммандос, он вместе со своими бойцами должен был ликвидировать одного из боевых командиров ООП, инициировавшего целую серию терактов в Ливане; стало известно, что этот человек планирует совершить рейд, зайдя с моря на израильское побережье, и, открыв беспорядочную пальбу, убить как можно больше мирных граждан.

    Подразделение Аялона планировало расположиться в ливанской гавани Тира, засечь цель в кафе на пирсе, а затем уничтожить ее издалека  снайперским огнем. Однако во время заключительного инструктажа по проведению операции, когда израильский спецназ был готов к решению поставленной задачи, Аялон затеял ожесточенный спор с начальником генштаба Рафаэлем Эйтаном (Рафулем).

    «Рафуль внес в план операции серьезное изменение, – вспоминает Аялон в своей книге. – Убедившись, что цель поражена, он хотел, чтобы мы перестреляли всех в кафе из пистолетов и автоматов и установили заряды взрывчатки на волнорез. И тогда я сказал ему, что этого не будет. «Что это значит? – посуровел Рафуль. - Это приказ!» Я парировал: «Наша задача - убить террориста, а не семьи в кафе или детей, бегающих по волнорезу... если мы откроем массированный огонь, все узнают о нашем присутствии».

    Эйтан продолжал «настаивать на бойне», чтобы «обезопасить отступление», но Аялон стоял на своем: «Если вы хотите, чтобы всех убили, мы вам не нужны. Отправьте самолеты. Они сбросят тонну бомб на пирс, и все будет кончено». В результате Эйтан отступил, и операция пошла по заранее намеченному плану.

    Как считает Мельман, возможно, это событие было некоей исходной точкой, после которой началось превращение «ястреба» в «голубя», «формирование нового мировоззрения Аялона, которое определило его дальнейший путь в ЦАХАЛе, в ШАБАКе, который он возглавлял с 1995 по 2000 годы, и в политике в последующие десятилетия: бесстрашная война с терроризмом при соблюдении принципов человечности и нравственности.

    Точно так же, придя к руководству ШАБАКом, Аялон в корне поменял политику этой организации, которая, по его словам, в то время «застряла в глубоком прошлом». Обращаясь к своим новым подчиненным, Аялон заметил: «Старые стратегии потерпели неудачу». И добавил: «Мы больше не воюем с ООП: теперь нашим врагом стали исламские террористы. В частности, чтобы помешать ХАМАСу убивать израильтян, нам нужно разобраться с его военным крылом – «Бригадами Изз ад-Дин аль-Кассама». Я был убежден, что наша неудача была следствием отсутствия правильного подхода. «Итак, мы рассмотрим все: методы сбора разведданных, методы вербовки, методы предотвращения, – сказал я. - Мы поставим под сомнение все соглашения и аксиомы. Что работает, сохраним; что  - нет, от того откажемся».

    Аялон пишет, что Юваль Дискин, которого он назначил руководить контрразведкой на территории Иудеи и Самарии, отмечал, что, к сожалению, ШАБАК демонстрировал «игру мускулов» и «практическое отсутствие ума».

    К моменту, когда Аялон оставил эту должность, ШАБАК делал ставку именно на «ум», управлявший «мускулами». Были усовершенствованы методы и технологические возможности, база данных подверглась оцифровке, и над всем этим витал дух смелости и нестандартного мышления. К этому следует добавить тесное сотрудничество между ШАБАКом и Мохаммедом Дахланом, в то время главой палестинских сил безопасности в секторе Газа, и его коллегой на Западном берегу Джибрилем Раджубом. В конце концов, Джибриль и его люди арестовали больше террористов ХАМАСа, чем Израиль, отмечает Аялон в своей книге.

    Одним из главных успехов ШАБАКа при Аялоне считается ликвидация братьев Аделя и Имада Авадаллаха в 1998 году. Адель был командиром военного крыла ХАМАСа  – «Изз ад-Дин аль-Кассам». Имад сбежал из тюрьмы ПА. Оба они были убиты около Хеврона силами  антитеррористического подразделения израильской полиции, на основании разведданных, предоставленных ШАБАКом. ХАМАС был убежден, что именно Раджуб устроил побег Имада из тюрьмы, а затем передал информацию ШАБАКу.

    Полет голубя

    Постепенно, особенно в ходе второй интифады, Аялон решил, что время требует перемен, и ему ничего не остается, как принять активное участие в общественно-политической деятельности. Так, в 2002 году он и его хороший палестинский друг (по сей день), профессор Сари Нуссейба, бывший президент Университета Аль-Кудс в Иерусалиме, разработали мирную инициативу, содержащую общие принципы соглашения между Израилем и палестинцами.

    Ее основные постулаты остаются и сегодня: принцип двух государств для двух народов, основанный на границах 1967 года с территориальным обменом; Иерусалим как столица обоих государств; отказ палестинцев от права вернуться в Израиль (палестинцам будет разрешено вернуться только в палестинское государство); и демилитаризация палестинского государства. Одновременно Аялон и Нуссейба создали общественные движения для продвижения этой инициативы («Голос народа» и «Народная кампания за мир и демократию»). К 2005 году четверть миллиона израильтян и 160 тысяч палестинцев выразили свою поддержку.

    В 2006 году Аялон был избран в кнессет от партии «Авода», занимал министерскую должность в правительстве Эхуда Ольмерта и проиграл Эхуду Бараку в борьбе за лидерство в «Аводе» в 2007 году, после чего какое-то время вновь занимал пост министра, а затем оставил политику.

    «Политика не для меня, – признается Аялон. – Оглядываясь назад, я думаю, что Рабин совершил ошибку, не предъявив Арафату ультиматума и не потребовав, чтобы он прекратил закрывать глаза на терроризм. Нетаниягу и Барак совершили ошибку, не поняв давления, под которым находился Арафат из-за продолжения оккупации и расширения поселений, ситуации, которая не могла привести к созданию горизонта. Что касается палестинского вопроса, наш долг и ответственность – сделать первый шаг. Мы этого не сделали до сих пор».

    В то же время Аялон подчеркивает: «На мой взгляд, главная потребность состоит не в том, чтобы утихомирить палестинцев, а в необходимости переформулировать сионистский подход, чтобы обеспечить будущее Израиля, как безопасного, еврейского и демократического государства, согласно духу Декларации Независимости Израиля».

    Как считает Аялон, переделать подход следует таким образом, чтобы «продолжать стремиться к цели, как ее сформулировали отцы-основатели. Это все равно, что плыть на парусной лодке, когда меняется направление ветра. Иногда вам нужно изменить курс, чтобы добраться до пункта назначения, который вы выбрали сами».

    Марк Котлярский, по материалам «ХаАрец». На снимке: Ами Аялон. Фото: Томер Аппельбаум˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend