Бывший генпрокурор Израиля обнаружил, что поселенцы захватили дом его семьи в Шейх Джарахе

Некоммерческая организация поселенцев захватила дом в квартале Шейх Джарах в Восточном Иерусалиме, принадлежащий семье Михаэля Бен-Яира, бывшего генпрокурора и отставного судьи окружного суда. Организация контролировала дом в течение многих лет и без ведома законных наследников первоначального владельца собирала с палестинских жителей арендную плату, которая составила сотни тысяч шекелей.

Два года назад Бен-Яир узнал, что дом его бабушки перешел в собственность этой организации. Никто из отдела официального попечителя собственности министерства юстиции, раввинских судов или поселенческой организации не пытался найти его законных наследников. С тех пор Бен-Яир ведет судебную тяжбу, пытяась вырвать дом из рук поселенцев и позволить палестинским жителям в нем остаться. За это время Бен-Яир обнаружил сомнительные с юридической точки зрения методы, которыми пользуются поселенцы для «иудаизации» квартала Шейх Джарах.

«Они могли с легкостью нас найти»

В конце XIX века Нахалат Шимон был небольшим еврейским кварталом в западной части Шейх Джараха. Михаэль Бен-Яир, бывший генеральным прокурором при Ицхаке Рабине и Шимоне Пересе, родился там в 1942 году.

В 1948 году, после того, как район был захвачен иорданским Арабским легионом, жители квартала бежали. Как и большинство еврейских жителей, бежавших из Восточного Иерусалима в западную часть города, семья получила компенсацию за потерю дома, а также дом и магазин в районе Ромема.

В 1990-х годах поселенческие организации начали борьбу за замену арабских жителей Шейх Джараха еврейскими. При этом они опираются на закон, который позволяет евреям вернуть собственность, которой они владели в 1948 году, даже если они получили компенсацию за ее потерю. Нахалат Шимон был разделен на две части. Земли восточной части под названием Карм аль-Джауни принадлежали советам еврейских общин, ашкеназской и сефардскй. Земля в западной части — Умм Харун, где жила семья Бен-Яира, находилась в частной собственности еврейских семей.

Земля в восточной части была впоследствии приобретена некоммерческой организацией «Нахлат Шимон», которая контролируется зарубежной компанией и управляется поселенцем-активистом Ицхаком Мамо. На западном участке Мамо и поселенческие организации нуждались в сотрудничестве со стороны еврейских семей, унаследовавших недвижимость. В некоторых случаях они заручались их содействием и покупали дома, выселяя проживающие в них палестинские семьи. В случае с семьей Бен-Яира они применили другой метод.

Дом и пристроенный к нему магазин указаны в «документе об учреждении доверительного управления» — разновидности завещания, составленного бабушкой Бен-Яира, Сарой Джанной, дочерью Менаше Швили. В 1927 году она заявила в раввинском суде в Иерусалиме, что дом и магазин перейдут к ее наследникам, а затем — к наследникам наследников. Она добавила, что если, не дай Бог, после первоначальных наследников не останется в живых ни одного члена семьи, имущество будет передано соседней грузинской синагоге. В те времена, когда в семьях не было живых потомков, это было обычным делом.

Основываясь на этой последней фразе, правая некоммерческая организация «Меяшвей Цион» («Поселенцы Сиона»), которой руководил Мамо, обратилась в 2002 году в раввинский суд с просьбой назначить Мамо и еще одного человека по имени Орен Шеффер представителями суда для определения принадлежности имущества. Суд удовлетворил их просьбу. Вскоре эти двое сообщили суду, что они не нашли наследников, и суд быстро назначил их попечителями этого здания, без каких-либо значительных усилий со стороны суда по поиску наследников.

Решение было основано на предположении, что наследников найти не удалось, несмотря на то, что Сара Джанна значится в регистре населения, поскольку умерла в 1955 году, после создания государства. Любой желающий мог бы легко найти ее наследников путем простого поиска в МВД. «Номера удостоверений личности у всей семьи следовали один за другим, — говорит Бен-Яир. — У моего брата он заканчивается на 03, у меня — на 04, а у моих бабушки и дедушки на 05 и 06 соответственно».

В 2004 году официальный государственный управляющий имуществом, в ведении которого оно находилось с 1967 года, высказал возражение против назначения новых попечителей, утверждая, что необходимо попытаться найти живых членов семьи, но суд отклонил эту просьбу. Через год управляющий передал здание Мамо и Шефферу, даже возместив некоммерческой организации 250 тысяч шекелей за арендную плату, которую государство собирало с палестинских жителей до этого времени. В течение следующих девяти лет организация получила 600 тысяч шекелей дохода от собственности.

В 2011 году другой некоммерческой организации, совету грузинской общины, при поддержке раввинского суда удалось взять под контроль собственность. Совет грузинской общины также не смог найти настоящих наследников. Протоколы заседаний раввинского суда в 2016 году показывают, что совету было известно, что у имущества есть законные наследники, которые не извлекают из него выгоду. В совете даже знали их имена. «Они сказали мне, что дом принадлежит какому-то профессору Яиру… профессору Михаэлю Бен-Яиру; мы пытаемся его найти», — сказал на одном из заседаний попечитель грузинского совета Давид Бандар.

Отсутствие элементарной порядочности

Когда десять лет назад, после выселения палестинских семей из их домов, Шейх Джарах оказался на слуху, Бен-Яир присоединился к демонстрациям, организованным движением солидарности против еврейских поселенцев. Он даже составил брошюру, в которой говорилось, что еврейские семьи, покинувшие свои дома, получили компенсацию за свои дома, что делает требование вернуть старые дома незаконным и аморальным.

Два года назад Бен-Яир обнаружил, что поселенцы начали выселять палестинцев из магазина, который, как он считал, был частью дома его бабушки. После этого он обратился к официальному управляющему имуществом в квартале Шейх Джарах, адвокату Сигаль Якоби, которая также является исполняющим обязанности гендиректора министерства юстиции. «До этого времени я думал, что недвижимость все еще зарегистрирована на имя моей бабушки, и полагал, что ее занимают палестинские беженцы, благополучно там проживающие. Поскольку в 1948 году мы получили компенсацию, я не удосужился проверить в земельном кадастре, кому на настоящий момент принадлежит право на эту собственность», — говорит он.

Бен-Яир говорит, что он встретился с официальным управляющей, она провела проверку и обнаружила, что собственность была освобождена. «Я сказал ей, что мы являемся наследниками, она попросила посмотреть доверенность, оставленную бабушкой, и была потрясена. Она увидела, что доверенность была частная, а не общественная», — вспоминает он. Бен-Яир собрал семью и ознакомил ее с содержанием завещания бабушки – так они впервые узнали о его существовании. Впоследствии Бен-Яир и его сестра, Наама Барталь, попросили суд ознакомиться с завещанием. Суд отклонил просьбу, заявив, что у них нет достаточных документов, подтверждающих их родство с бабушкой.

Бен-Яир обжаловал это решение в магистратском суде Тель-Авива, потребовав от министерства внутренних дел выдать ему документы, подтверждающие, что он является внуком своей бабушки. Бен-Яир выиграл апелляцию, и министерство внутренних дел должно передать ему документы на следующей неделе.

В то же время адвокаты Михаэль Сфард и Алон Сапир при содействии организации «Шалом ахшав» («Мир сейчас») подали в раввинский суд просьбу назначить попечителями собственности членов семьи. «Михаэль Бен-Яир не скрывался, не менял имени и не был похищен иностранными агентами. Это не только человек, которого легко найти, но и общественный деятель, который делает публичные заявления и три года назад даже опубликовал книгу о Шейх Джарахе», — написали Сфард и Сапир в своем запросе в суд.

Решение по их заявлению еще не вынесено, но тем временем раввинские судьи постановили приостановить всю деятельность, связанную с завещанием. Бен-Яир и его сестра сказали, что они надеются скоро получить свой дом обратно, после чего намерены подать в суд на попечителей из «Меяшвей Цион» и грузинский совет за то, что они на протяжении многих лет взимали с палестинцев деньги.

Поскольку завещание запрещает продажу дома, Бен-Яир надеется убедить своих родных сдать его в аренду проживающей там палестинской семье за символическую плату на длительный срок. «Это не просто вопрос «что мое — мое, а что твое — тоже мое». Это элементарное отсутствие порядочности; ни при какой правовой системе немыслимо, чтобы я получил и компенсацию, и имущество, за которое получил компенсацию, — говорит Бен-Яир. — Это также повлечет за собой выселение палестинцев, которые во второй раз станут беженцами, и это при том, что они не имеют права добиваться возвращения своей собственности, которой они обладали до 1948 года. Справедливость требует, чтобы их не выселяли и обеспечили им право владения домом».

«Это безумная история, — говорит адвокат Сфард, представляющий интересы Бен-Яира. — Человек, которого они должны были искать, сидел в своем кабинете этажом выше официального государственного управляющего имуществом в министерстве юстиции. Это показывает, насколько интенсивны были усилия по сокрытию истины, и на то, что между активистами иудаизации Восточного Иерусалима и раввинским судом существует прямая связь. Обязанность суда — убедиться, что попечители не делают ничего, чтобы исказить желания человека, оставившего завещание».

«История Бен-Яира дает нам возможность понять, как действует система лишения собственности в Восточном Иерусалиме, — говорит Хагит Офран из организации «Шалом ахшав». — Представители государственной власти, официальный государственный управляющий имуществом и раввинский суд не только не противодействуют, но даже способствуют выселению палестинцев и вселению в их дома поселенцев. Правительство больше не может утверждать, что происходящее в квартале Шейх Джарах — это всего лишь конфликт, связанный с вопросом собствености на недвижимость. Это политический вопрос, ответственность за который лежит на государстве; оно отвечает также за предотвращение несправедливости».

«Возможно, произошла путаница»

Администрация раввинских судов заявила: «В 2011 году в суд явились несколько человек и заявили, что наследники дома не найдены. Поэтому суд постановил, что в соответствии с завещанием имущество должно быть использовано в общественных целях». Совет грузинской общины также входит в число нынешних опекунов. Из материалов дела следует, что имя женщины, оставившей завещание, пишется по-разному — Сара Бат-Менаше Ханна/Жанна/Швили — что могло вызвать путаницу.

«Важно отметить, что те, кто претендует на звание наследников покойной, до сих пор не доказали, что они действительно являются ее потомками, и провели судебное разбирательство по этому вопросу на других форумах. Несмотря на это и из осторожности, когда заявитель впервые связался с Рахель Шакарджи, управляющей религиозной собственностью, предназначенной для благотворительных целей, она обратилась в суд и попросила выдать временный судебный запрет, предписывающий попечителям собственности не предпринимать никаких действий, которые могли бы изменить ее статус.

«Суд немедленно вынес судебный запрет, и он остается в силе, несмотря на то, что лица, называющие себя наследниками лица, оставившего завещание, не доказали своего родства с ней, и несмотря на то, что с момента вынесения временного запрета прошло полгода. Учитывая время, прошедшее с момента составления завещания, местонахождение недвижимости и произошедшие там потрясения, вполне возможно, что произошла ошибка. Однако, как уже отмечалось, на сегодняшний день утверждение о родственных отношениях между заявителями и составительницей завещания не доказано».

Адвокат Шломо Туссиа-Коэн, представляющий интересы совета грузинских евреев, отказался прокомментировать эту статью. В своем ответе раввинскому суду представители грузинской общины утверждали, что Бен-Яир и его сестра не доказали своего кровного родства с Сарой Джанной и публичные высказывания Бен-Яира о правах проживающих там палестинцев указывают на то, что он стремится действовать вразрез с принципами завещания и поэтому не имеет права на его долю.

Канцелярия официального государственного попечителя имущества ответила следующим образом: «Это — собственность, управляемая по доверенности, она управлялась официальным государственным попечителем и в отношении нее в начале 2000-х годов назначенными попечителями был подан запрос на освобождение. В свете того, что речь идет о частном завещании, официальный государственный попечитель направил запрос в суд и выразил свою позицию, что попечителями должны быть назначены родственники покойной. Однако эта позиция не была принята судом, поэтому в 2006 году имущество было передано в доверительное управление. Само собой разумеется, что назначенные попечители обязаны действовать в соответствии с целями доверенности, составленной покойной».

Ицхак Мамо и организация «Меяшвей Цион» отказались прокомментировать статью.

Нир Хассон, «ХаАрец». М.Р.
На фото: Михаэль Бен-Яир и его сестра Наама Барталь
в квартале Шейх Джарах. Фото: Хагит Офран