Ближневосточные иллюзии России

Международная конференция, посвященная новой роли России на Ближнем Востоке, открылась диалогом между руководителями этого проекта – генерал-майором запаса Амосом Гиладом и Мэтью Рожански.

Гилад руководит израильским Институтом политики и стратегии (Герцлия), Рожански – американским Институтом Кеннана (Вашингтон). Оба исследовательских центра исследовали возможности и последствия российского влияния в регионе. Интерес к теме и заявленным докладчикам оказался настолько высок, что вполне солидного возраста специалисты сидели на ступеньках и стояли в проходах зала герцлийского Междисциплинарного колледжа, где проходила конференция. Она носила академический характер, но в зале было немало людей в военной форме, а также тех, чья выправка угадывалась под штатским костюмом. Представители РФ официально не участвовали в конференции, но в зале можно было услышать и русскую речь. Там нашлось место даже Яакову Кедми.

Далее мы предлагаем вашему вниманию наиболее важные, на наш взгляд, фрагменты из выступлений экспертов.

Амос Гилад: «Наша ситуация чрезвычайно сложна»

— Россия вошла в Сирию под тем предлогом, что если режим Асада падет, исламский террор через южные регионы вновь проникнет в Россию. Она не является стратегическим союзником Израиля, и мы не можем делиться с ней разведданными или новыми технологиями. Но ее присутствие в регионе придется учитывать, — сказал генерал Гилад. — Некоторые аналитики полагают, что Россия сможет вытеснить Иран из Сирии. Я так не считаю, но Россия, действительно, хочет ограничить влияние Ирана – и тогда в дело вступает Израиль. Именно этим наша страна выгодна России. Но все договоренности с Россией могут быть только неофициальными. И нам нужно ее согласие по двум пунктам: не допускать Иран на Голаны, и на свободу действий ВВС против иранцев, исключая угрозу жизни российских военнослужащих, – сказал Амос Гилад.

Мэтью Рожански: США теперь полагаются на «мягкую силу»

— Это сложное время для американской внешней политики, – признал Мэтью Рожански, директор института Кеннана при центре Вудро Вильсона в Вашингтоне, США. Рассказывая об американском подходе к ситуации, он сказал, что, несмотря на разногласия между конгрессом и сенатом, у США есть некое общее видение ситуации.

— Оно заключается в том, что сегодня Россия является для нас стратегическим соперником, действующим против США по всему миру, в том числе и на американском континенте – например, в Венесуэле. На Ближнем Востоке тоже, и ее присутствие здесь мы не можем игнорировать. Но США не готовы больше напрямую вмешиваться в ситуацию. Мы хотим активнее применять принципы «мягкой силы», то есть воздействовать и на Россию, и на Иран посредством санкций, не доводя дело до прямой конфронтации.

— Мы видим активизацию России во всем регионе, – согласился с Рожански и Амос Гилад – В Египте она налаживает ядерную энергетику, в Ираке пытается войти на нефтяной рынок, в Ливии поддерживает определенные оппозиционные силы. В свое время много критиковали однополярный “Pax Americana”, мир по-американски. Для кого-то это, быть может, звучит неприятно – но Израилю он был выгоден. Для нас важно присутствие США в регионе, и, на мой взгляд, уход США из региона – это ошибка.

— Я не вижу в этом большой проблемы. США достаточно «мягкой силы», чтобы противодействовать России. И мы не думаем, что 2000 солдат могут играть решающую роль в регионе, – возразил ему Рожанский. – В то же время США должны в любом случае поддерживать Израиль. И в случае, если отношения с Россией помогают Израилю избежать конфронтации, мы, конечно, не будем вмешиваться. Но они должны быть очень прозрачны… США нужно тесное сотрудничает с Израилем в военной сфере, и важно, чтобы стратегическая информация или технологии не попали в Россию.

Уместно привести здесь мнение еще одного участника конференции. Даниэль Шапиро – бывший посол США в Израиле, а ныне ведущий сотрудник Института изучения национальной стратегии Израиля, предположил, что гипотетическое американо-российское соглашение «Украина в обмен на Сирию» не исключено – если против Трампа по итогам расследования не будет выдвинуто никаких обвинений, и возникнут некие «благоприятные условия». Уход США из Сирии, по мнению Шапиро, может быть связан именно с этим.

Депутат Ксения Светлова: Россию интересует Ливан

— Мне, как арабисту, было видно заранее, что Россия стремится в Сирию. Еще задолго до последних событий она открыла в Дамаске русский культурный центр, школу по изучению русского языка, проводила другую подготовку, – рассказала Ксения Светлова. Депутат Кнессета, член парламентской комиссии по иностранным делам и обороне, Светлова участвовала в другом обсуждении конференции, касавшемся вопросов региональной безопасности. – Сейчас также стоит обратить внимание и на Ливан. Россия активно стремится на ливанский нефтяной рынок, с учетом перспективных нефтегазовых полей у побережья. Премьер Ливана недавно заявил, что он не против присутствия там российских войск.

Угроза Израилю исходит не только с приграничных фронтов, но, например, и со стороны Турции. Россия возвращается и в другие регионы – например, в Африке активно действуют силы так называемой «ЧВК Вагнера».

Что касается отношений России и Ирана, то они весьма проблематичны. Объем взаимной торговли между ними очень мал, особенно по сравнению с Турцией или Египтом. До сих пор сохраняются противоречия по вопросам Каспия. Сегодня к ним добавилась и борьба за выгодные контракты на восстановление экономики Сирии.

Однако Россия не имеет возможности удалить Иран из Сирии силовым путем. Это надо отчетливо понимать. Равно как никто не в состоянии вытеснить из Сирии и саму Россию. «Мы же здесь по приглашению законного правительства!» – так отвечают на все вопросы в российском МИДе.

Профессор Итамар Рабинович: у Израиля нет рычагов давления на Иран, кроме военных

— Возможности дипломатического давления сильно сократились. Во время войны Судного дня израильское руководство прямо заявило американцам: «Мы сами разберемся с сирийцами, но русские за вами, – отметил бывший посол Израиля в США, профессор Итамар Рабинович. Сегодня он является президентом института Израиля в Вашингтоне. – А сейчас ситуация кардинально иная. Невозможно было представить раньше, что президент США скажет туркам: «Заберите себе Сирию!» Да, это президент, который дружески расположен к нам, но у него есть свои предпочтения. Пусть в Сирии было немного солдат – но это был ясный сигнал: мы на карте. А теперь уход США стал плохим посылом и египтянам, и саудовцам.

Профессор Рабинович также согласен с тем, что Трамп предполагал реализовать сделку с Россией, но эту идею застопорили расследования против него. Что до возвращения России на Ближний Восток, то она видит в этом шанс вновь стать глобальным игроком. Это – иллюзия, которой страдал и СССР. Но важно поддерживать диалог с ней: нынешняя Россия не проводит подчеркнуто антиизраильскую политику, и, в отличии от СССР, смотрит на ситуацию хладнокровно и прагматично.

В прошлом Итамар Рабинович возглавлял израильскую миссию на мирных переговорах с сирийцами. Он утверждает, что если бы соглашение тогда было достигнуто, то сейчас ни иранской, ни российской угрозы для Израиля не возникло бы. Как и гражданской войны в Сирии, потому что тогда, как заложено и в мирных соглашениях с Египтом и Иорданией, Сирии была бы оказана массированная американская помощь.

А вот теперь уже неясно, когда Сирия восстановится. Там сложилась патовая ситуация, ибо ни у России, ни у Ирана нет средств на это восстановление. Разве что некоторая надежда на европейцев, которые хотели бы, чтобы 5 миллионов сирийских беженцев вернулись обратно.

«Россия может слыть военной сверхдержавой, но экономически она слаба», – напомнил профессор Итамар Рабинович. С ним солидарен и Майкл Киммедж, научный сотрудник института Кеннана: по его мнению, Россия, Китай и Иран бросили главные вызовы для США, но наименьшей угрозой из них, возможно, является Россия. Он напомнил, что эта страна одновременно осуществила две массированные интервенции – в Сирии и на Украине, и вряд ли ее экономика долго выдержит такую  нагрузку.

Владимир Поляк «Детали». К.В. Фото: Omar Sanadiki, Reuters