Главный » Политика » Интервью с Биньямином Нетаниягу: «Управлять государством – это сложное искусство!»

Интервью с Биньямином Нетаниягу: «Управлять государством – это сложное искусство!»

Главный козырь премьер-министра на этих выборах, несомненно – былые экономические достижения. В интервью «Деталям» Биньямин Нетаниягу напомнил, что за минувшее десятилетие Израиль по ВВП на душу населения обогнал Японию, что инфляция снижена с 3.9 до 0.7 процента, а туризм вырос с 2.3 млн. человек в год до 4.5 млн. «Удвоили жалованье солдат. Минимальный размер зарплаты подняли почти на 50 процентов. Средняя зарплата – рекордная за все время», - говорит он. Что до дефицита госбюджета, то страшной цифрой в 50 миллиардов, по мнению главы правительства, намеренно запугивают и запутывают избирателя, не шибко разбирающегося в экономике, а на самом деле дефицит хотя и вырос, но не трагично. «У нас большой экономический рост. 16 февраля были опубликованы данные за четвертый квартал: рост -  4.8 процента!» - сказал премьер-министр.

В политике все менее однозначно. Даже если не вспоминать о грядущем суде, нависшем над Нетаниягу, многие его решения вызывают у оппонентов сомнения или обвинения в излишнем авторитаризме.

- Господин Нетаниягу, давайте начнем наш разговор с нюанса, породившего "дело Наамы»: почему вы до сих пор не обсуждали рекомендации комиссии Шамгара (о рамках дозволенного в действиях правительства в целях освобождения израильтян, ставших пленными или заложниками)? Из-за этого мы каждый раз в подобной ситуации оказываемся без четких критериев.

- Эти рекомендации рассматривались кабинетом... Я подумаю, насколько это существенно. Но мы не заключаем сделок, плохих для государства. ХАМАС знает об этом.

- Вопрос в том, кто принимает решение – только вы?

- Это всегда решение правительства.

- За день до выборов 2015 года, в студии 9-го телеканала, вы пообещали решить пенсионную проблему русскоязычных репатриантов. Но решения так и не было.

- Вы правы! Мы выделили более 2 миллиардов шекелей на решение пенсионных проблем. Но кто остановил весь этот процесс? Либерман. Он и в первый раз не дал нам сформировать правительство, и во второй, и теперь делает все, чтобы предотвратить создание кабинета уже в третий раз. Деньги есть, решение готово, если меня изберут – оно будет незамедлительно реализовано.

- Вы привыкли к определенному стилю руководства: сосредоточиться на главных темах, а все остальное отдать другим министрам. Так, Кахлон получил всю экономику, а Либерман - весь «русский» сектор со всеми его проблемами. Признаете ли вы своей ошибкой, что передали целый сектор в другие руки и забыли о нем? 

- Поэтому я принял обязательство решить эти проблемы самостоятельно. Увидел, что Либерман ничего не делает для русскоязычных, ничего – только разговоры и болтовня, потому решил заняться этим. То же самое мы делаем сейчас в сфере общественного жилья – не ждем Либермана, строим 4000 единиц на хороших объектах, я посещал их. И строим тысячи других. Я не жду его и не иду с ним, по простой причине: потому что он идет с Ганцем. А Ганц идет с Тиби. Здесь все открыто: Либерман, Ганц и «МЕРЕЦ-Перец» не смогут создать правительство без Ахмеда Тиби.

- Но даже если арабы извне поддержат правительство Ганца – в чем проблема? Они в любом случае не входят в правительство. Когда вы решили распустить кнессет, «Объединенный список» тоже за это голосовал. Значит, иногда есть общие интересы, ради которых можно принять их поддержку? К тому же арабы – часть нашего общества, разве не так?

- Прежде всего, я не нуждался в них, чтобы распустить кнессет. Мог сделать это и без них. Но есть разница с тем, когда ты создаешь правительство, которая с первой же минуты своего существования нуждается в поддержке Аймана Уды, Ахмеда Тиби и «Объединенного списка». Ганц не может без них сформировать правительство, вот простой расчет: у Ганца 34, но предположим, что даже 36 мандатов; МЕРЕЦ и Перец – 8 мандатов, но дадим и им фору – 10. Либерман – 7, вместе это – 53. То есть даже в лучшем случае им не хватает 8 мандатов! У Ганца нет математической возможности создать правительство без «Объединенного списка».

- Есть, если к его правительству согласятся присоединиться ультраортодоксы.

- Тогда они предадут свои же клятвы. Они обещали пойти со мной, не разрушать наш блок.

Ганц не может создать правительство без Тиби, а Тиби говорит: хочешь действовать в Газе? Тогда не будешь главой правительства. Хочешь распространить суверенитет на Иорданскую долину? Тогда не будешь главой правительства. Айман Уда сказал прямо: «Наша высшая цель – свержение Нетаниягу». Почему? Потому что он знает, что Ганц слаб, а я силен. Поэтому Ганц не сможет действовать с правительством, которое зависит от кнессета и Ахмеда Тиби. И неважно, заседает Тиби в правительстве или управляет им со стороны, через голосования. Правительство Ганца с Либерманом зависит от Тиби. Это опасно для Израиля.

- Понятно, когда лидер правой партии критикует левую партию. Но можно ли утверждать, что все левые - "катастрофа" и "трагедия"? Возникает ощущение, что глава правительства раскалывает народ...

- Нет, почему же? Прежде всего, когда я буду выбран, я буду главой правительства всей страны. Но есть разница в том, кого вы хотите руководителем! Моя политика ясна.

- Но я говорю о риторике! Ведь и среди левых есть много людей, любящих свою страну.

- Либерман – тот, кто бойкотировал меня! Либерман говорит, что пойдет с Ахмедом Тиби и Айманом Уда. Правда, он не заявляет это прямо, а говорит: я иду с Ганцем, и согласен идти с МЕРЕЦ-Перец, главное – чтобы закончился век Нетаниягу.  Не знаю уж, что я ему сделал – но так он говорит, открыто.

- Вы постарались собрать все правые партии под крыло «Ликуда». Но, может, при наличии большего числа партий людям с правыми взглядами было бы легче выбрать, кто им ближе. А теперь остается только «Ямина» и «Ликуд» - насколько это математически хорошо для вашего лагеря?

- Нельзя выбрасывать голоса в мусорный ящик. Нельзя голосовать за, я не знаю, Бен Гвира или кого-то другого, кто не преодолевает электоральный барьер. Левые объединяются – и мы тоже должны объединить силы, насколько возможно!

Скажу больше: моя политика ясна – я принес Израилю лучшее десятилетие в его истории. Не было раньше такой сильной экономики и такой оборонной силы. Я стоял, как нерушимая скала, против уступок, [предлагаемых] Клинтоном и Обамой. И потом с президентом Трампом – пришел с ним, прежде всего, к выходу их опасного ядерного соглашения по Ирану. А Ганц предлагал сохранить это соглашение!

Привел Трампа к признанию Иерусалима в качестве столицы Израиля. Убедил его перенести посольство США в Иерусалим – сделано. Привел его к признанию суверенитета Израиля на Голанских высотах. Привел его к признанию легитимности еврейского поселенчества в Иудее и Самарии – и это он сделал. И сейчас, три недели назад, в исторический момент в Вашингтоне привел его к признанию нашего суверенитета в Иорданской долине, и он создал тяжелые условия для палестинцев, чтобы добиться от них признания еврейского государства, Иерусалима, с полным нашим военным контролем над всей территорией западнее Иордана, и т.п., и т.п., и т.п. Кто все это сделал – Либерман? Беннет? Лапид? Ганц? Это – исторические события. Так за кого же вы пойдете голосовать – за Бен-Гвира? За Беннета? За меня! Это историческая возможность, которую нельзя упустить.

- Из ваших слов получается, что Трамп делал все это не потому, что принял соответствующие решения, а только из-за вас. И если завтра вас сменит Ганц, Трамп поведет себя по-другому?

- Трамп принимает решения самостоятельно. Но я, как глава правительства Израиля, работал с ним. Как и в вопросе о ядерном соглашении. Сказал ему: «Я думаю, господин Президент, что вы обязаны выйти из этого ядерного соглашения». Отправил «Моссад» в сердце Тегерана, получил секретный ядерный архив, показывающий, что Иран давно планирует создать арсенал атомных бомб. Принес эти материалы, он посмотрел их и сказал – «Все. Я выхожу».

Ганц не может продвинуть ни одну из этих тем! Он слаб, нет у него этого горения, нет у него ни таких лидерских качеств, ни мировоззрения, он пришел слева, он склоняет голову. Не это нужно Израилю! Государство нуждается в сильной безопасности, политике и экономике, а Ганц провалился в бизнесе, провалился во всем. Он – не лидер. И потому я говорю людям: это - не выбор! Прекратите вестись на глупости и мелочи, смотрите на большое: мы имеем историческую возможность превратить Израиль в державу. Наша страна уже названа восьмой по силе державой мира. Почему? Благодаря политике Лапида? Ганца? Может, Либермана или Беннета? Нет – благодаря политике, которую я проводил!

- И все это благодаря одному единственному человеку - вам?

- Нет. У меня прекрасная команда. Министры, молодые люди, из единственной демократической партии Израиля. Вот, сейчас Нира Барката я назначу министром финансов в моем новом правительстве. Он пришел из мира свободной экономики, хайтека и предпринимательства. А что Бени Ганц? Он провалил единственное свое бизнес-начинание, доведя до банкротства компанию «Пятое измерение», после того, как сомнительным образом получил миллионы из государственной казны. Он захочет назначить министром финансов Ави Нисенкорна, экс-председателя Гистадрута. Вы хотите большевистскую экономику - или...

- Но в Кахоль Лаван говорят, вроде, что министром финансов может стать Мики Леви...

- ...Большевистскую экономику, или двигаться вперед и подниматься все выше? Большие достижениями, которых достигли я и правительство Трампа – или левое правительство, зависимое от МЕРЕЦ и Ахмеда Тиби? Это выбор.

- Относительно вопросов безопасности: о чем, кроме Сирии и присутствия там Ирана, вы говорите с Путиным во время ваших частых встреч? 

- Прежде всего – скоординировать действия, чтобы предотвратить столкновение между ВВС…

- Разумеется, но...

- Вы говорите – «разумеется»? Путин сказал, что в нескольких ситуациях  если бы не мой статус и не наши связи были бы уже боевые столкновения между российской армией и ЦАХАЛом. Так что, говоря «разумеется», надо понимать, в чем смысл. В целом же хорошо, если у нас будут связи с мировыми державами. Слава Богу, я поддерживаю эти контакты десятки лет. Дональд Трамп, самый большой наш друг из всех бывших в Белом доме, также и мой друг. И Владимир Путин, и Си Цзиньпин, и Нарендра Моди, и Синдзо Абэ – мои друзья. Я принимаем в мире, лидерами держав, это – ценно для государства Израиль. Я также в состоянии обращаться к американскому обществу. Случаются и разногласия - так, я пошел в конгрессе США против Обамы и всего мира. Управление государством – это сложное искусство, и нам нужны игроки, способные играть на международном уровне, на мировой сцене. Так кто же сделает это – Либерман? Ганц, Лапид? Беннет? При всем уважении, каждый из них имеет что-то свое, но этого у них нет.

А с Путиным мы говорим о билатеральных отношениях, об увеличении туризма, о ветеранах и их правах. И о многом другом.

Это огромные перемены. Кто принес их? И кто их продолжит? А газ? Это сейчас Ганц говорит, что он воспользуется доходами от добычи газа. Но ведь вы сами сражались с этим, Мики Хаймович, Буги Яалон - хотели оставить его под водой, не разрабатывать Левиафан. Постыдились бы! Это я обеспечил 150-200 миллиардов шекелей [будущего] дохода, газ пошел, потому что мы с Ювалем Штайницем сражались за это, дошли до БАГАЦа ради этого, и вот теперь они говорят, что воспользуются ими.

Нир Баркат, который будет министром финансов, готовит шесть огромных реформ. В том числе по значительному снижению цен на на продукты, путем прямого финансирования фермеров. Программа инвестиций в больницы – четыре будут построены, причем две уже в процессе строительства, и еще 700 коек в больницы, со всеми нужными ставками врачей, медсестер, стажеров. Никто, кроме нас, такого не сделает.

Я думаю, что эти вещи говорят сами за себя – но не в наших СМИ. Потому я должен сам о себе говорить. Нет выбора.

Эмиль Шлеймович, "Детали". Фото: Оливье Фитусси

тэги
 

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

партнеры

Send this to a friend