Вторник 27.10.2020|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    633604_Bibi_Ohana_Olivier_Fitoussi

    «Бермудский треугольник» на улице Бальфура

    После 17 месяцев политического кризиса, правительственного паралича, трех выборов подряд и одной пандемии, которая разрушила экономику, кабинет Нетаниягу-Ганца будет приведен к присяге в кнессете 14 мая.

    Кошмар, который начался в декабре 2018 года, подойдет к концу, по крайней мере, в нынешней форме. Разумеется, при условии, что глава правительства Биньямин Нетаниягу не захотел переделать коалиционное соглашение во время уикэнда, проведенного с женой и старшим сыном в «бермудском треугольнике», который они называют домом.

    Приведение к присяге займет больше времени, чем обычно, как из-за правил чрезвычайного положения, так и из-за обилия министров, некоторые из которых не имеют ни малейшего понятия, какие посты они получат в правительстве. Если бы это событие потребовало музыкального сопровождения, самым подходящим был бы реквием – месса за упокой демократических правил игры, которые как-то выжили в стране за 72 года.

    Одиннадцать членов Верховного суда единогласно узаконили наиболее странное, перекошенное коалиционное существо, созданное когда-либо в политической лаборатории. Мы никогда не узнаем, в какой мере приставленный к голове судей пистолет – в виде угрозы четвертых выборов – повлиял на их решение. Тем не менее, они расставили несколько мин на пути нового правительства.

    Взять хотя бы комиссию по назначению судей, которой Нетаниягу придает такое большое, даже чересчур большое значение, не желая, чтобы там был хоть кто-то из оппозиции. Но БАГАЦ дал понять, что в таком случае он почти наверняка аннулирует подобное решение.

    В качестве объяснения такой одержимости Нетаниягу говорится, что, по всей вероятности, он хочет гарантировать, что в состав Верховного суда войдут правоориентированные судьи, склонные сжалиться над ним, когда он будет обжаловать свое предполагаемое осуждение иерусалимским окружным судом. Но следует принять во внимание, что эта кассация будет слушаться через два-три года самыми старшими судьями. Кандидаты, назначенные в течение ближайших четырех лет, не войдут в состав этого суда, даже если приговор будет отложен.

    Так что логическое умозаключение состоит в том, что Нетаниягу сделал вопрос комиссии по назначению судей своего рода политической ручной гранатой, и он держит чеку. Если БАГАЦ сейчас аннулирует соответствующий пункт коалиционного соглашения с «Кахоль-лаван», Нетаниягу его взорвет и потащит всю страну на четвертые выборы. Предлогом будет «государство в государстве», которое засело в Верховном суде, не подчиняясь воле народа, даровавшего ему «большинство» – ложь, которую так любит повторять Нетаниягу.

    А что он сделает, если суд аннулирует его вариант комиссии по назначению судей через месяц, после формирования правительства? Он не потребует четвертых выборов – это чересчур даже по его стандартам.

    Но как же насчет закона, который лишит БАГАЦ права вмешиваться в законодательство кнессета? Для этого есть простое решение в виде гарантированного большинства мандатов у Нетаниягу – даже без большей части депутатов «Кахоль-лаван». Достаточно, чтобы Цви Хаузер и Йоаз Хендель, два раскольника и коллаборациониста, проголосовали «за», и – вуаля! – закон в обход БАГАЦа, о котором так мечтал ненавидящий суд правый лагерь, будет принят.

    Роль руководителей и министров «Кахоль-лаван», в основном, сведется к тому, чтобы умерить, а то и затормозить те или иные процессы. Но с течением времени и затуханием пандемии появятся неизбежные проблемы и разброд. Все это будет сильно напоминать пробуксовку двух паритетно-ротационных правительств национального единства в 1984-м и в 1988 году (развалившееся на полпути), для которых конфликты, взаимное недоверие, интриги были ежедневным делом. В то же время в большинстве случаев они соблюдали элементарные правила игры.

    Сегодня же, когда идеологическая поляризация едва заметна, а токсичная политическая атмосфера может взорваться в любую минуту, – в основном, из-за юридических проблем Нетаниягу – трудно ожидать такого же джентльменского отношения. Тем более, что «Ликуд» давно превратился в партию идолопоклонников лидера, и некоторые из его потенциальных министров вне себя от горя, оставшись ни с чем после распределения трофеев. Так что трудно ожидать тех же правил игры или общей порядочности. Эта игра будет эмоциональной, отвратительной и неуловимой.

    Игра началась – занимайте места на трибуне

    На прошлой неделе около 100 тысяч членов «Ликуда» получили телефонное сообщение со ссылкой на газетную историю о разгромном отчете госконтролера по поводу МИДа. Итог этого сообщения был таким: «По заключению госконтролера Исраэль Кац провалился на посту министра иностранных дел! Кац не может контролировать министерство! Кац разрушил МИД и мы не можем позволить ему разрушить израильскую экономику и поставить под угрозу наше благополучие».

    В канун формирования правительства кто видит себя следующим министром финансов? У кого самые большие виды на минфин? Мы знаем только одного человека, который получил от главы правительства публичное обещание этой должности – обещание, которое потеряло всякий смысл и ценность, как только прозвучало вслух. Этого человека с огромным «эго» зовут Нир Баркат – бывший мэр Иерусалима.

    Кстати, телефонное сообщение членам «Ликуда» было послано через час после того, как Кац пригласил их пойти по ссылке, которая даст им «важнейшую информацию о кандидате на пост министра финансов». Тут Кац впервые использовал этот титул, после чего сразу возникли подозрения, что атака на него была подобающим сионистским ответом за украденный виртуальный титул кого-то другого. Люди Барката отрицали всякую связь.

    Вскоре Баркат может войти в члены клуба высокопоставленных ликудников, которых понизят до малозначительных постов, а то и дадут их после ротации, если дадут вообще: Юлий Эдельштейн, Гилад Эрдан, Гидеон Саар, Йоав Галант, Ципи Хотовели, Цахи Анегби, Ави Дихтер, Давид Амсалем. У некоторых из них большой политический и министерский опыт, к тому же на праймериз они не раз входили в первую десятку, а то и пятерку «Ликуда», намного опережая министра юстиции Амира Охану, занявшего только 21-е место. Но благодаря своему длинному языку, с одной стороны, и Саре с Яиром, с другой, он – первый номер.

    Ветераны «Ликуда» знают по своему опыту, что приготовленным для них дежурным блюдом Нетаниягу будут помои. Они вылижут правительственные остатки и скажут «спасибо». Начиная с 2015 года, вся силовая борьба с Нетаниягу стала бессмысленной.

    Все будущие министры умоляют его о пятиминутной встрече и получают отказ. Он хочет закончить переговоры с «Кахоль-лаван» о дележе портфелей (пока все еще неясно, кто возглавит минздрав) и заключить унизительную сделку с «Ямина», но не настолько, чтобы оставить ее в оппозиции. Только тогда у него будет время для членов его партии, жаждущих теплых местечек.

    У него есть не пыльная работенка послов в ООН, в Лондоне, в Париже и в Канберре – последней он хотел бы соблазнить Шарен Хаскель, которая шесть лет жила в Австралии. Она поддерживает врага премьера – Гидеона Саара, чьих лоялистов Нетаниягу хочет переманить на свою сторону. Хотовели и Акунис – возможные кандидаты для ООН.

    Так или иначе, многие будут разочарованы. Эдельштейн, Кац, Эрдан, Саар и Регев – первая пятерка в списке. Второй и пятый номер наверняка станут министрами. Первый, третий и четвертый в этом не уверены. До сих пор в правительстве Нетаниягу не было случая, чтобы человек из первой пятерки не стал министром.

    Баркату придется смириться с экономическим портфелем: может, это будет министерство энергетики и водных ресурсов. Эдельштейн ожидает вознаграждения, соответствующего его статусу – министерство образования, здравоохранения или новое крупное министерство, пошитое специально для него – с обещанием МИДа во второй половине правительственной ротации.

    А теперь вернемся к молодому Амиру Охане. Судя по ветрам, дующим из резиденции на улице Бальфура, он обошел Мири Регев в гонке за пост министра внутренней безопасности. Если это так, то причиной определенно стала его впечатляющая служба на посту министра юстиции, который выполнял любую волю хозяина. С таким достижением Охана получил шанс возглавить министерство, отвечающее за работу следователей, в чьих столах скопилось много новых доказательств по делам Нетаниягу.

    Старо-новый глава правительства и его семья ожидают, что Охана повторит свой успех и даже превзойдет его на новой работе. Если превзойдет, его ждут новые высоты. Может, они его усыновят. Если же он провалится, его окрестят «предателем» и «леваком» на службе заговорщиков «государства в государстве». И отрубят ему голову, если он только осмелится появиться рядом с домом на улице Бальфура.

    (Как написали Таль Шалев (Walla) и Хаим Левинсон ("ХаАрец"), исходя из того, что на первом этапе в правительстве будет 32 министра, а по окончании режима ЧП - 36, Нетаниягу предстоит трудновыполнимая арифметическая задача: разделить оставшиеся девять министерских портфелей на пятнадцать человек. В то время, как у Бени Ганца прямо противоположная задача: раздать 14 депутатам десять портфелей и шесть постов председателей комиссий кнессета.

    Оба автора уверены, что Исраэль Кац станет министром финансов, а Амир Охана - министром внутренней безопасности, и сомневаются, что Юлий Эдельштейн и Мири Регев получат достойное вознаграждение за преданность лидеру.

    Зато совершенно очевидно, что ультраортодоксальные партнеры Нетаниягу сохранили рычаги власти и доступ к госказне: Арье Дери (ШАС) остался в МВД, Моше Гафни ("Еврейство Торы) - на посту председателя финансовой комиссии кнессета, а его коллега по партии Яаков Лицман после колоссального фиаско в борьбе с эпидемией плавно перешел из минздрава в минстрой, чтобы начать массовое строительство жилья для гурских хасидов - прим. "Детали").

    Йоси Вертер, «ХаАрец», Р.Р. На фото: Биньямин Нетаниягу и Амир Охана. Фото: Оливье Фитуси.˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    Размер шрифта
    Send this to a friend