Wednesday 01.12.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Фото: Vincent Kessler, Reuters
    Фото: Vincent Kessler, Reuters

    Франция: антисемиты в роли сумасшедших

    Это произошло 20 ноября 2003 года, вскоре после полуночи. Сосед заманил 23-летнего еврейского юношу на подземную парковку, где жестоко и хладнокровно убил его. А затем, как говорят, вопил, что попадет на небеса за убийство еврея; согласно полицейскому протоколу, он заявил офицерам: «Я счастлив, что этот грязный еврей сдох».


    Убитый – Себастьян Селам, успешный ди-джей, восходящая звезда одного из знаменитых ночных клубов в Париже. Преступление совершил его давний приятель и сосед – Адель Амастайбу, страдавший, как утверждается в его анамнезе, психическим расстройством, да еще и наркоман. Впервые за несколько десятилетий убийство, носящее явно антисемитский оттенок, было объяснено проблемами с психикой. Однако с тех пор ряд преступлений на почве расовой ненависти были приписаны людям, страдающим психическими заболеваниями.

    Овдовевшая мать Себастьяна вспоминает о трагических событиях шестнадцатилетней давности: «В ночь, когда был убит Себастьян, сотни молодых людей пришли к дому, где это случилось. Друзья Себастьяна были в шоке. Я хотела спуститься вниз и увидеть сына, но полиция не разрешила. Они сказали: то, что убийца с ним сделал, просто ужасно».

    В то же время в еврейской общине раздавались голоса, к которым присоединилась и семья Селама, - что жестокое убийство молодого человека, когда его буквально исполосовали ножом, нужно расценивать, как антисемитский акт, своего рода признак новой волны юдофобии, давшей о себе знать с 2000 года. То, что в дальнейшем, учитывая и другие инциденты, позволило французской комиссии по правам человека назвать «новой юдофобией».


    Однако бытовало и другое мнение, в том числе, у лидеров местной еврейской общины,  полагающее, что действия Амастайбу не должны считаться антисемитскими, поскольку он страдал от психического заболевания; поэтому его очень быстро признали невменяемым и неподсудным. Когда мать Селама и его брат обратились за помощью, чтобы привлечь убийцу к ответственности, их просьбу попросту проигнорировали. (Амастайбу госпитализировали и в конечном итоге освободили. В 2009 году его дело было пересмотрено, но правоохранительные органы снова пришли к выводу, что его нельзя судить.)

    Как утверждают некоторые эксперты, убийство, совершенное человеком, страдающим психическим расстройством, да еще отягощенным помрачением сознания, по определению нельзя квалифицировать, как преступление на почве ненависти. «В данном случае преступление базируется на одном факторе, - пояснил доктор Марк Сэйджман, судебный психиатр и исследователь терроризма из США. - Убийца может быть антисемитом и неуравновешенным человеком, но когда он совершает убийство, основным фактором, способствующим преступлению, является либо его нестабильность, либо ненависть».

    Однако сегодня, спустя 16 лет после убийства Себастьяна, еврейские лидера Франции все же считают, что оно было совершено на почве антисемитизма. «Мы сделали огромную ошибку в то время, потому что должны были поддержать мадам Селам, - подчеркивает Фрэнсис Калифат, президент CRIF, Федерации еврейских общин, – наша организация не осознавала, что это было убийство с антисемитским душком, потому что ничего подобного ранее не происходило. До убийства Себастьяна Селама уровень антисемитизма был гораздо ниже: от 50 до 60 инцидентов в год».

    В 2018 году во Франции был зафиксирован 541 антисемитский инцидент. Теперь Калифат говорит уже по-иному: «Мы обращаемся к властям: почему убийство, совершенное предположительно человеком с нестабильной психикой, не должно рассматриваться как антисемитское?!» Разумно также и поинтересоваться: какие вообще профилактические меры могут быть приняты, чтобы, возможно, даже предотвращать преступления на расовой почве?

    Во Франции, в отличие от США, нельзя судить подозреваемых, которых эксперты-психиатры считают неспособными, с юридической точки зрения, отвечать за свои действия. Как правило, таковых госпитализируют на неопределенный срок, до тех пор, пока лечащие их врачи считают, что они представляют опасность, либо для них самих, либо для общества. Процесс, в ходе которого выясняется, действительно ли тот или иной подозреваемый психически нездоров, также имеет во Францию свою специфику: источник в министерстве юстиции сообщил, что психиатрам сообщают только о том, в чем подозревается обвиняемый, но у экспертов нет доступа к файлам или делам подозреваемым, и дается ограниченное время для изучения состояние этих людей.

    Мало того, что семье Селам приходилось лицом к лицу сталкиваться с убийцей Себастьяна, когда того отпускали на время из больницы, так еще и опровергать активно распространяемые слухи, что убийство не носило антисемитский характер. К примеру, одна из версий гласила, что, на самом деле, Себастьян был гомосексуалистом, а его убийца – ревнивым любовником.


    «Я и мой второй сын остались наедине с этой трагедией, - рассказывает Жюльетт, - мой муж умер до того, как все это случилось. Мы отдали практически все свои сбережения адвокатам, которые безуспешно пытались довести дело до суда. Некоторые из них сказали мне открытым текстом: «Мадам Селам, ничего не поделаешь, они решили свернуть это дело».

    Возможно, ситуация может измениться. В прошлом году президент Франции Эммануэль Макрон признал убийство Себастьяна антисемитским актом - после того, как к нему обратился законодатель еврейского происхождения Меир Хабиб.

    Вообще за последние шестнадцать лет Франция в целом, и ее еврейская община, в частности, стали свидетелями нескольких преступлений якобы на почве ненависти, совершенных злоумышленниками с диагнозом «психическое расстройство». Однако этот вопрос не рассматривался на законодательном или нормативном уровне. Кроме того, Фредерик Потье, глава межведомственной комиссии по борьбе с расизмом, антисемитизмом и ненавистью к ЛГБТ, говорит, что его организация также не проводила никаких исследований по всем этим делам.


    Тем не менее, правительство и спецслужбы, похоже, обеспокоены угрозой совершения тяжких преступлений, исходящей от лиц с психическими расстройствами. Например, генеральное управление внутренней безопасности Франции изучило связь между совершением терактов и психическими заболеваниями. В сентябре 2018 года кабельный новостной канал BFM рассказал, что в Управлении проанализировали теракты, совершенные между 2010 и 2016 годами, и обнаружили, что 30 процентов (всего в таких преступлениях был замешан 71 человек) из тех, кто должен был предстать перед судом, были признаны невменяемыми, и, следовательно, освобождены от суда. Некоторые из этих терактов были также классифицированы, как преступления на почве ненависти, такие как нападения на четырех евреев в Марселе в двух отдельных инцидентах в октябре 2015 года и январе 2016 года, и нападения на евреев в Страсбурге в 2010 году и в августе 2016 года.

    Европейская еврейская организация (OJE) даже создала юридическое отделение в Париже, которое представляет в судах жертвы антисемитских нападений, в том числе, в тех  случаях, когда нападавших признавали психически неполноценными.

    Мюриэль Уакнин Мелки, президент OJE, в настоящее время работает над делом, которое все еще волнует многих: убийство Сары Халими в Париже в апреле 2017 года. 65-летнюю женщину, бывшего врача и директора детского сада, убил ее сосед, который вначале жестоко избил ее, а затем сбросил с балкона.

    Мелки считает, что несмотря на признание ряда преступников психически нездоровыми, на самом деле, они были совершенно вменяемыми.

    «Убийство Себастьяна Селама, вероятно, вдохновило некоторых людей [на подобного рода нападения], - говорит она. Подозреваемые разыгрывают эту карту сейчас. Мы работали над несколькими такими случаями». Но нет ни исследований, ни отчетов, ни статистики на эту тему.

    «Два года назад трое несовершеннолетних напали на одного человека; двоих из нападавших признали сумасшедшими. В двух психиатрических обследованиях говорилось, что речь идет о пограничном состоянии. Нам потребовалось два года, чтобы понять, что мотивы нападавших были антисемитскими», - добавляет Мелки.

    Получается, что признание преступника психически нездоровым обретает некий стратегический характер, и в большинстве случаев эта стратегия срабатывает.

    В апреле нынешнего года 39 общественных деятелей Франции, в том числе, философы Ален Финкелькраут и Элизабет Бадинтер, историки и психиатры, опубликовали обращение в ежедневной газете Le Figaro. «Должна ли психиатрия считаться новым инструментом, отрицающим реальность?» - задают они сакраментальный вопрос.

    Ширли Ситбон, «ХаАрец» М.К. К.В. 

    На фото: еврейское кладбище во Франции. Фото: Vincent Kessler, Reuters

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend