Главный » Политика » «Алло, это прачечная?» За что Мири Регев не любит «обнаженку»

«Алло, это прачечная?» За что Мири Регев не любит «обнаженку»

Министр культуры не имеет полномочий не только лишать финансирования неугодные ей учреждения культуры, но и даже делать заявления по этому поводу. Об этом напомнила заместитель юридического советника правительства Дина Зильбер – после того, как Мири Регев потребовала исключить из программы Фестиваля Израиля спектакли с обнаженными танцорами, угрожая в противном случае лишить Фестиваль финансирования.

Впрочем, министерского пыла это не остудило: Регев вновь заявила, что никто не заставить ее замолчать. Таким образом, конфликт вокруг обнаженной натуры на Фестивале Израиля не исчерпан, и можно ждать новых попыток регулировать содержание театральных постановок в зависимости от их «национальной значимости».

- Директора Фестиваля Израиля назначают по профессиональным качествам. А это значит, что его признают подходящим человеком для отбора произведений искусства на этот фестиваль, - пояснила «Деталям» доктор искусствоведения, режиссер-постановщик Елена Тартаковская. - И он не один этим занимается: работает профессиональная комиссия, в которую входят люди, обладающие всеми необходимыми навыками для отбора работ. Если какие-то постановки выбрали, значит, они имеют художественную ценность, и это – произведение искусства. Хорошие они или плохие, понравятся или нет - это уже другое дело.

В том, что касается аспектов закона, тот я согласна с юридическим советником правительства.


Если министр хочет, чтобы ее прерогативой был пусть даже не запрет, а прекращение финансирования - хотя по сути, это и есть запрет, поскольку всем понятно, к чему приводит отсутствие средств - то это ведет нас к абсолютному тоталитаризму. К системе, в которой отбирать произведения, разрешенные к показу, министр сможет единолично.


- Сторонники министра говорят следующее: если государство финансирует какие-то проекты, то имеет право и снимать те или иные постановки, да и вообще вмешиваться в процесс. Кто платит – тот и заказывает музыку?

- Мири Регев – не государство. Она политик, не имеющий никакого образования, связанного с культурой. Она не может вмешиваться в процесс принятия профессиональных решений. Если государство хочет активно вмешиваться, то надо создать комиссию со специалистами, вот они и должны решать, какие требования предъявлять к произведениям. Хотя в демократических странах к искусству политические требования предъявлять не принято.

- В данном случае – если мы говорим о Фестивале Израиля - речь о политике не идет. Танцоры выступают обнаженными, и это может задеть чьи-то чувства. Ведь в истории этого фестиваля такие скандалы были - ультрарелигиозные партии несколько лет назад требовали отменить выступления "нескромно одетых" танцоров…

- Мы знаем, что время от времени религиозные партии пытаются навязать остальной части общества свои вкусы. Ничего общего с демократией это не имеет. Ладно еще, когда требуют снять рекламные плакаты, установленные вдоль трассы, и мотивируют это тем, что речь идет об "общественном пространстве", что такие изображения оскорбляют тех, кто может их увидеть, даже если этого не хочет. Но когда мы говорим о балете, тот, чьи чувства он оскорбляет, просто не пойдет в зал. Как раз напротив, если государство мешает человеку увидеть спектакль, потому что кому-то другому он может не понравиться – вот это нарушение принципов демократии. Это полный нонсенс.

Мои демократические чувства, например, задевают поступки и действия представителей религиозных партий. Причем не только мои, но и всего слоя общества, с которым я себя отождествляю. Почему же на это никто не обращает внимания? Я понимаю, что в каких-то сферах надо считаться с чувствами верующих, но если политики из этой общины начинают манипулировать штампами, то это никуда не годится.


Я знаю из сообщений СМИ, что, по мнению министра, такие произведения задевают "ценности Израиля как государства еврейского и демократического". Это абсолютный бред. Ценности демократического государства как раз задевает непрофессиональная вкусовщина, которая идет сверху. Сейчас ей не нравятся голые люди на сцене, в другом спектакле актеры будут, допустим, "недостаточно одетыми", и опять будут приняты волюнтаристские решения?


А что касается еврейского государства, то, насколько я понимаю, иудаизм как образ мысли всегда ставил перед собой интеллектуальные задачи и пытался их решить, расширяя интеллектуальное пространство. То же самое делает и искусство. Оно стремится уйти на шаг от дозволенного, а не повторять то, что уже всеми принято.

- Можем ли мы говорить, что за последнее время, помимо шума в СМИ и обсуждения в политических кругах возникло реальное давление на театры, появилась цензура?

- Я не слышала пока о какой-то прямой цензуре со стороны министерства культуры. Вот министерство образования цензуру внедряет куда более успешно.

Понятно, что министр культуры не заботится об искусстве, а стремиться повысить свой рейтинг. Меня беспокоит, что в конце концов, после таких часто повторяющихся инцидентов, может появиться самоцензура: когда художник, ощущая риск утраты финансирования, начнет ограничивать себя. Это очень плохо. Создается такая атмосфера, что просто напрашивается сравнение с тем, что сейчас происходит в России.

Олег Линский, «Детали». Фото: Эмиль Сальман


Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend