40 заложников в обмен на 800 террористов: кто мешает заключить эту сделку?

40 заложников в обмен на 800 террористов: кто мешает заключить эту сделку?

На этой неделе премьер-министр Биньямин Нетаниягу сравнил лидера ХАМАСа Яхью Синуара со злодеем Аманом и пообещал ему тот же конец. Но эти громкие слова вступают в противоречие с прежними заявлениями самого Нетаниягу, утверждавшего, что главная его цель – освобождение заложников.

Для того чтобы заключить эту сделку, Израилю необходим Синуар. Именно он принимает оперативные решения, а не лидеры ХАМАСа, находящиеся за рубежом, в частности в Катаре. Без Синуара Израилю не с кем будет вести переговоры, и это может еще больше сократить шансы на заключение сделки об освобождении заложников, которые и без того невысоки. Такова позиция высокопоставленных представителей израильской разведки и оперативного штаба под руководством генерал-майора запаса Ницана Алона, с которыми мне удалось поговорить.

Судя по сообщениям прессы, под давлением администрации Джо Байдена Израиль в ходе переговоров в Дохе согласился смягчить свои позиции. Новый компромиссный вариант разработал директор ЦРУ Уильям Бернс при участии министра разведки Египта Аббаса Кемаля и премьер-министра Катара Мухаммеда Ат-Тани. Участвовали в этом процессе и представители Израиля.

В соответствии с этим предложением в обмен на 40 заложников из израильских тюрем должны были выйти 700-800 палестинских заключенных. В том числе около 100, относящихся к категории «убийц с кровью на руках». Таким образом, на каждого освобождаемого из плена приходится примерно 20 террористов.

ХАМАС настаивает на освобождении лидеров террористических организаций, чей выход на свободу будет иметь символическое значение. Среди них – председатель Народного фронта освобождения Палестины Ахмад Садат, спланировавший убийство министра Рехавама Зеэви, и один из лидеров ФАТХа Маруан Баргути. Имя последнего ХАМАС включил в список с очевидной неохотой, поскольку речь идет о серьезном сопернике в борьбе за власть. Но вряд ли правительство Израиля в его нынешнем составе согласится освободить Садата и Баргути.

Израиль настаивает на том, чтобы самостоятельно решать, кто из заложников будет освобожден. Однако не исключен и компромисс. Израиль может согласиться и на то, чтобы список освобождаемых представил ХАМАС – при условии, что в него будут включены старики, больные, женщины и дети. Достигнуто также принципиальное соглашение о прекращении огня на шесть недель. Кроме того, Израиль взвешивает возможность разрешить нескольким тысячам палестинцам вернуться в свои дома на севере сектора Газа и увеличить объем гуманитарной помощи, доставляемой в анклав через контрольно-пропускные пункты «Рафиах», «Ницана», «Керем-Шалом» и «Эрез».

У него есть время

Связь между участниками переговоров чрезвычайно сложна и запутана. Это, по сути дела, восемь сторон. Чтобы выступить в связь с ХАМАСом в Газе, Бернс, Кемаль и Ат-Тани обращаются к Исмаилу Хании, Халеду Машалю и Мусе Абу-Марзуку. Они советуются с другими лидерами организации, находящимися в Лондоне и Анкаре (в этих контактах принимают участие и представители турецкой разведки). Таким образом, предложения по поводу сделки доходят до Синуара и его ближайшего окружения.

Израиль уделяет особое внимание юридическим аспектам готовящегося соглашения. В работе переговорной группы принимают участие адвокаты Йоси Бенкель и Гилад Шер, полковник запаса. Шер отвечает за связь со Штабом семей заложников.



Вскоре после начала переговоров, в октябре-ноябре 2023 года, представители Израиля поняли, что с юридическими формулировками могут возникнуть серьезные сложности. Поэтому было решено упростить их и свести текст соглашения к нескольким страницам. Обычные торговые договоры занимают, как правило, сотни страниц. Необходимость в юридическом обосновании сделки, пусть даже самом элементарном, очевидна для всех посредников. Тем более что речь идет о таких непримиримых противниках, как Израиль и ХАМАС.

Так, в юридическом документе о передаче заложникам лекарств было прописано, что их доставку в Катар осуществит служба внешней разведки Франции во главе с Николя Лернером. Этот документ был представлен на утверждение Международному комитету Красноого Креста. К слову, вопреки достигнутой договоренности, эти лекарства были переданы только части заложников, и то со значительным опозданием. ХАМАС опасается, что израильские спецслужбы внедрили в медикаменты подслушивающую аппаратуру или устройства, позволяющие определять их местонахождение.

Израиль тоже затягивает ход переговоров, но это в большинстве случаев связано со стилем работы Нетаниягу. Он руководствуется главным образом собственными политическими интересами.

После очередного раунда переговоров с посредниками руководители израильских спецслужб докладывают ситуацию Нетаниягу, министру обороны Йоаву Галанту и начальнику Генштаба Герци Халеви. Затем Нетаниягу собирает военный кабинет, в состав которого помимо него и Галанта входит Бени Ганц. В его работе участвуют также министры Рон Дермер и Гади Айзенкот и депутат кнессета Арье Дери. Последний имеет в военном кабинете особый статус и пользуется высоким авторитетом в силу своей умеренной позиции. Порой она противоречит позициям Нетаниягу и беспрекословно слушающегося его Дермера.

Решение, принятое военным кабинетом, подлежит утверждению военно-политическим кабинетом в расширенном составе. Это сложное бюрократическое устройство позволяет Нетаниягу затягивать принятие важных решений. Начиная с 7 октября он делает это постоянно.

Предположение: только половина из 110 заложников живы

По поручению Йоава Галанта и Герци Халеви Ницан Алон чрезвычайно быстро создал оперативный командный пункт и обеспечил его эффективную деятельность. КП находится в Бней-Браке и работает от зари до зари. Эта инстанция сотрудничает с оперативным и аналитическим отделами военной разведки, ее подразделениями 8200 и 504, а также с ШАБАКом и «Моссадом».

В работе КП участвуют сотни человек, в том числе кадровые сотрудники военной разведки и резервисты. Наиболее высокопоставленные из них – бывший руководитель стратегического отдела Генштаба бригадный генерал Орен Сетер, который много занимался проблемой иранского атома, и бывший координатор действий правительства на территориях генерал-майор запаса Йоав Мордехай, который по завершении армейской службы занялся бизнесом, в том числе в Катаре.

Сотрудники КП пристально изучают любую информацию, связанную с заложниками. «Мы всматриваемся в каждый кадр опубликованных видеороликов и прислушиваемся к любому раздающемуся на записи шуму, – рассказывает участвующий в работе КП резервист. – Мы уже накопили огромное количество информации – около миллиарда гигабайтов. Используется в работе и искусственный интеллект. Это очень тяжкая работа. Молодые офицеры, и мужчины, и женщины, должны часами рассматривать видеокадры или фотографии убитых изнасилованных израильтянок, обезглавленные тела, отрубленные конечности, обгорелые останки младенцев».

Недавно оперативный командный пункт сократил объем своей работы и его кадровый состав был урезан наполовину. Оставшиеся работники КП заняты в основном сбором информации, помогающей пролить свет на то, кто из заложников по-прежнему находится в живых.

По данным ЦАХАЛа, ХАМАС удерживает в плену 134 человека. 34 из них были убиты 7 октября или впоследствии, уже после похищения. Их тела удерживаются в секторе Газа. Из оставшихся в живых 100 заложников десять – иностранцы (восемь граждан Таиланда, гражданин Непала и обладатель мексиканского и французского гражданств). Около месяца назад семьям похищенных сообщили, что из 90 оставшихся в живых израильтян в критическом состоянии находятся 20. По уточненным оценкам, в настоящее время живы 60-70 из них.

«Дай бог, чтобы мы ошибались, – говорит занимающийся этим вопросом военный. – Но не исключено, что в живых осталось еще меньше заложников».

Каждый час в плену увеличивает угрозу для жизни похищенных. Армия извлекла уроки из трагических инцидентов, когда в результате бомбардировок гибли заложники. Районы, где, по данным разведки, находятся пленники ХАМАСа, выведены за пределы боевых действий.

Что означает принцип сохранения человеческой жизни

Когда выяснилось, что ХАМАС удерживает в плену 259 человек, у представителей сил безопасности, а также у некоторых политиков – министров Бени Ганца и Гади Айзенкота и лидера оппозиции Яира Лапида – сложилось впечатление, что Нетаниягу не считает освобождение заложников главной целью войны.

С течением времени недовольство представителей сил безопасности только возросло. «Складывается впечатление, что Нетаниягу делает все для того, чтобы затянуть заключение сделки с ХАМАСом», – говорит высокопоставленный офицер военной разведки, принимающий участие в работе оперативного командного пункта.

Сначала среди провозглашенных целей войны освобождение заложников оказалось на последнем, пятом, месте. В ноябре после достижения соглашения об обмене 110 похищенных на более 300 палестинских заключенных прошла неделя, прежде чем оно было реализовано.

Затем Нетаниягу использовал любую уловку для того, чтобы не созывать заседание военного кабинета или откладывать его на несколько дней. Он оправдывал это тем, что в данном случае неприменим принцип иудаизма, позволяющий во имя сохранения человеческий жизни нарушать все прочие религиозные предписания.

Заявления Нетаниягу об уничтожении лидеров ХАМАСа не способствовали продвижению переговоров, так же как и требование представить список оставшихся в живых заложников. «Было очевидно, что это условие помешает достижению соглашения», – говорит высокопоставленный представитель военной разведки.

Нетаниягу неоднократно скрывал информацию о ходе переговоров от Ганца и Айзенкота. Он запрещал Ницану Алону и руководителю «Моссада» Давиду Барнеа выезжать на встречи с посредниками или лишал их какого бы то ни было мандата. Эти трюки были настолько очевидны и отвратительны, что однажды Алон выезжать на переговоры отказался. В минувшую пятницу руководитель ШАБАКа Ронен Бар пригрозил, что не поедет в Катар, если израильская делегация не будет наделена необходимыми полномочиями.

Руководители сил безопасности выработали единую позицию по отношению к Нетаниягу. С их точки зрения, освобождение заложников представляет высшую моральную ценность и имеет важное стратегическое значение. Существуют нюансы, отличающие позиции резервиста Ницана Алона, руководителя ШАБАКа Ронена Бара (который, безусловно, покинет свой пост по окончании войны) и руководителя «Моссада» Давида Барнеа, несущего очень ограниченную ответственность за провал 7 октября.

Так или иначе руководители сил безопасности предполагают, что если сделка не будет заключена и на этот раз – причем по вине Нетаниягу, а не из-за упрямства ХАМАСа, – то гнев, который вызывает поведение премьер-министра, только возрастет.

Йоси Мельман, «ХаАрец», Б.Е. √ Фото: Моти Мильрод

Новости

После опубликования видео "Хизбаллы" ЦАХАЛ признал ущерб базе на горе Мерон
В Ашкелоне тревога в связи с ракетным обстрелом
США использует право вето против признания Палестинской автономии членом ООН

Популярное

Гендиректор «Авиационной промышленности»: «Такой эффективности ПВО мы даже не обещали покупателям»

Успешным отражением иранской атаки Израиль в первую очередь обязан противоракетному комплексу «Хец»...

«Битуах леуми» досрочно выплатит пособия в апреле: подробности

Служба национального страхования в апреле  досрочно выплатит большинство социальных пособий. По случаю...

МНЕНИЯ