Sunday 05.12.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...

    Пока суд да дело – о подлодках

    Похоже, Высший суд справедливости (БАГАЦ), наконец, понял, что Нетаниягу водит его за нос: пришло время государственной следственной комиссии по делу о подводных лодках.


    Когда председатель Верховного суда Эстер Хают хочет показать, что она расстроена, ее брови приподнимаются над оправой очков, и она немного повышает голос. Это случается с ней, когда, например, она слышит утверждения, что Высший суд справедливости в составе одиннадцати судей оставил у власти Биньямина Нетаниягу, обвиняемого в совершении уголовных преступлений. Ведь с ее точки зрения, суд ничего подобного не одобрял, а просто констатировал, что нет законодательного запрета для формирования правительства человеком, которому предъявлены обвинения.

    Поведение Верховного суда за последние два года иногда называют «судебной  сдержанностью». Реально это означает, что правительство и кнессет уже давно потеряли чувство меры, а Верховный суд решил не вмешиваться и воздерживается от ответа.

    Судебная сдержанность была характерна для Верховного суда еще до корона-кризиса. Многие его члены, если не большинство, в той или иной степени отличаются консерватизмом. Добавьте к этому непрекращающиеся угрозы судебной системе, подстрекательство со стороны высокопоставленных политиков против судебной власти в целом и судей, в частности. Добавьте также тот факт, что председатель Верховного суда, которая придерживается довольно консервативных взглядов, ходит с телохранителем. И она – не единственная судья, к которой приставлена охрана. Так родилась «судебная сдержанность» БАГАЦа.


    Более того, даже в чрезвычайных ситуациях судьи продолжают проявлять сдержанность. Они понимают, что правительство тоже должно принимать решения в состоянии стресса и неопределенности. И если бы это происходило в какой-нибудь другой стране, сдержанность Верховного суда можно было бы понять. Но не в Израиле, который идет на четвертые досрочные выборы, когда премьер-министру предъявлены обвинительные заключения по уголовным преступлениям, страна страдает от систематических покушений на основные права граждан и непрерывных попыток подрыва демократических устоев.

    БАГАЦ не может смотреть по сторонам, ожидая инициативы и прецедентов от судебных систем других стран. Израильские реалии не имеют прецедентов в мире. Если БАГАЦ не найдет смелости действовать немедленно, он фальсифицирует свою роль в государстве и обществе.

    Наконец, они догадались

    В последние месяцы можно отметить положительную динамику. Похоже, до некоторых судей Верховного суда начинает доходить понимание того, что их водят за нос. Дурят БАГАЦ.

    В последние месяцы судьи Верховного суда очень часто стали требовать объяснений от государства посредством условно-временных судебных постановлений по ряду ключевых вопросов, в том числе тех, которые вызывают острые споры в обществе. В ноябре 2020 БАГАЦ возразил против «компромисса Хаузера» и попросил правительство объяснить, почему в стране не принят госбюджет.

    В том же месяце БАГАЦ потребовал от государства обосновать, почему не отменена регуляция, связанная с альтернативным главой правительства. БАГАЦ также потребовал объяснений, почему электронную слежку ШАБАКа нельзя заменить иными средствами без вторжения в личную жизнь граждан.


    Возможно, детонатором, который дал судьям понять, что их водят за нос, стал отказ Нетаниягу выполнить распоряжение о конфликте интересов, вынесенное юридическим советником правительства Авихаем Мандельблитом. Мандельбит совершил ошибку: вместо того, чтобы поставить главу правительства перед фактом, он составил черновик и дал Нетаниягу для ознакомления. Нетаниягу проигнорировал обращение Мандельблита, а потом написал в «Твиттере», что его это никак не связывает. И это несмотря на то, что Нетаниягу пообещал БАГАЦу подписать и выполнять соглашение о конфликте интересов.

    В октябре 2020, еще до этой череды постановлений, БАГАЦ согласился углубленно изучить закон о чрезвычайных полномочиях на время эпидемии коронавируса. Антидемократический закон, который передает от кнессета правительству широкие законодательные полномочия для борьбы с кризисом и ослабляет парламентский надзор.

    В этом месяце состоялось слушание по апелляциям против этого закона, особенно по поводу ограничения демонстраций, и судьи БАГАЦа подошли к делу во взвинченном состоянии. Председатель суда Хают подвергла критике ограничение демонстраций. Судья Менахем Мазуз пошел еще дальше, снова и снова задавая представителям прокуратуры вопрос: не вступает ли глава правительства в конфликт интересов, ограничивая демонстрации против себя?


    «Поведение, не соответствующее стандартам»

    Эта тенденция приводит к обсуждению, которое состоится сегодня, 25 января по апелляциям в БАГАЦ против решения Мандельблита не предъявлять обвинений Нетаниягу по «делу о подлодках» («дело 3000»). А также по делу об акциях, которые Нетаниягу получил от своего кузена Натана Миликовского и вскоре продал со значительной прибылью. Апелляции были поданы «Движением за чистоту власти», НКО «Стража демократии» и группой бизнесменов.

    Получившая известность в СМИ, апелляция «Движения за чистоту власти» собрала письменные показания высокопоставленных чиновников министерства обороны, которые участвовали в процессе принятия решений о покупке подводных лодок у концерна ThyssenKrupp. Мандельблит постановил, что не было доказательной базы даже для разумного подозрения, оправдывающего расследование против премьер-министра по этому делу. «Движение за чистоту власти» утверждает, что письменные показания создают такую базу.

    В «деле о подлодках» необходимо доказать, что премьер-министр знал о тех высоких комиссионных, которые должен был получить от сделки его израильский кузен, адвокат Давид Шимрон. Нетаниягу отрицает, что знал об этом, и Шимрон его выгораживает.

    В случае с акциями шансов что-либо доказать еще меньше: прибыль, полученная от сделки с подводными лодками американским кузеном Миликовским (владевшим компанией по производству компонентов стали, которые продавались ThyssenKrupp), очень невелика. Шансы убедить БАГАЦ, что эти дела нужно расследовать вместе, тоже невелики. На расследование уйдут годы. Шансы на предъявление обвинения малы. Мандельблит не хочет проводить расследование. А если его заставят, это будет выглядеть соответствующим образом.

    И все же: дело с подводными лодками очень дурно пахнет. Каким инструментом может здесь воспользоваться БАГАЦ? Тем самым, на котором настаивают податели апелляции – создание государственной следственной комиссии.

    Фактически, Мандельблит тоже оказался в деле. В своей позиции, представленной в БАГАЦе, он написал, что «предполагаемое недостойное поведение, отраженное во многих показаниях по «делу 3000», которые подтверждаются также в вышеупомянутых письменных показаниях под присягой, действительно создает тревожную картину», но не может быть разрешено в уголовной плоскости.

    Мандельблит добавил, что «представленные мне доказательства в отношении сделки с подводными лодками включают веские утверждения о поведении, которое не соответствует надлежащим стандартам государственного органа, занимающегося столь важной проблемой для национальных интересов Государства Израиль».

    Параграф 1 закона о следственных комиссиях гласит, что государственная комиссия по расследованию является инструментом для выяснения «вопроса, имеющего жизненно важное общественное значение, но при этом требуются дополнительные разъяснения». Проблема в том, что решение о создании государственной следственной комиссии входит в компетенцию правительства. Правительство Нетаниягу такого решения никогда не примет. Может ли БАГАЦ обязать правительство обсудить создание государственной комиссии по расследованию?

    Это логичное решение. Во-первых, сам юридический советник правительства говорит, что дело серьезное и затрагивает очень важный вопрос – государственную безопасность. Во-вторых, судья Мазуз намекнул, что решение Нетаниягу об ограничении демонстраций может быть связано с конфликтом интересов, и по вопросу о создании такой комиссии Нетаниягу тоже окажется по горло в конфликте интересов. В-третьих, противодействие Нетаниягу и членов его правительства созданию следственной комиссии, несмотря на ее жизненную необходимость, доказывает, что правительство не руководствуется здесь деловыми соображениями.

    В этих обстоятельствах БАГАЦ должен обязать юридического советника  правительства инициировать создание государственной следственной комиссии, чтобы правительство обсудило этот вопрос.

    И самое главное: по закону возглавить такую комиссии должен судья Верховного суда в отставке, назначенный председателем Верховного суда Эстер Хают. Есть немало судей в отставке, которые могут взять на себя эту задачу. Она особенно подходит для судьи, который был юридическим советником правительства и хорошо знает систему. Например, Ицхак Замир, Эльяким Рубинштейн или сам Мени Мазуз, который скоро выйдет на пенсию.

    Идо Баум, TheMarker Ц.З. Фото: Оливье Фитусси˜

     

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend