Узник Сиона на кремлевской сцене: «Я сказал то, что думал».

В предпоследний день Хануки, в кремлевском Дворце съездов были объявлены лауреаты премии Федерации еврейских общин России (ФЕОР) «Скрипач на крыше». В номинации «Мужество», за защиту прав евреев в СССР, был награжден легендарный раввин Йосеф Менделевич, житель Израиля с 1981 года.

В интервью «Деталям» раввин Менделевич рассказал, как он провел 48 часов в Москве. Свое выступление в Кремле он расценивает, как «торжество еврейской правды над коммунистической идеей».

— Вы получили премию из рук главного раввина России Берла Лазара, которого называют «человеком Путина»…

— Честно говоря, я не акцентировал бы внимание на этом обстоятельстве. Прежде всего Берл Лазар служит не Путину, а еврейскому народу. И задача Берла Лазара, как и любого лидера крупной еврейской общины, сохранять ровные и хорошие отношения с правителем, от которого во многом зависит судьба этой общины.

— Что вы чувствовали, стоя на сцене в Кремле?

— Я вспоминал, как в то далекое время, когда я жил в России, для нас кремлевский Дворец съездов олицетворял власть. Там проходили съезды компартии, там чествовали коммунистических вождей. Но где они? Их уже нет, и коммунизм сошел со сцены. А я выступаю здесь, перед огромной аудиторией — около шести тысяч человек, и принимаю награду от имени всех евреев, отдавших свою жизнь за последние сто лет во имя нашего Б-га, во имя нашего народа, во имя нашей земли — Эрец Исраэль.

Для меня эта награда равносильна торжеству еврейской правды над коммунистической идеей. Правда оказалась на нашей стороне.

— Вы стали лауреатом премии «Скрипач на крыше» через 48 лет после того, как суд приговорил Вас к пятнадцати годам лишения свободы за участие в знаменитом «самолетном деле»…

— Символично, наверное, что в Москве я пробыл 48 часов. Прилетел на церемонию награждения на двое суток, вместе со всей моей большой семьей. Вообще-то я думал, что полечу только с женой, но мои дети и внуки рассудили иначе. Для них это было своего рода возвращением к корням, им все было интересно: русского языка они не знают и в России оказались впервые. Они знали о моем прошлом, о России — по моим рассказам и, мне кажется, им было важно воочию увидеть то, что они только слышали.

Москва им очень понравилась — огромный, красивый город. Честно говоря, я вообще противник крайностей, и потому мне претит представление о том, будто Россия вообще, и Москва в частности — это что-то отсталое и примитивное. Чего греха таить, есть немало израильтян, которые именно так и считают! Так что я доволен, что моя семья увидела Москву во всей ее зимней красе.

— Вы выступали перед собравшимися на русском языке?

— Да, я говорил по-русски, и даже заготовил заранее свое выступление, но потом постоянно отвлекался, потому что не люблю читать по бумажке. Но я сказал только то, что думал — открыто, и не таясь.

Речь раввина Йосефа Менделевича на вручении премии «Скрипач на крыше»

«Конечно, я не достоин награды за «еврейское мужество». До нас были люди, которые отдали жизнь в застенках НКВД за свою веру и народ. А я, как последний из последних, принимаю эту награду от их имени.

Конечно, чтобы идти на угон самолета, нужно мужество. Но ведь это романтика! Как сказал наш национальный герой Йосеф Трумпельдор, «Хорошо умереть за родину!». А ведь мы шли на это, чтобы принести свободу своему народу и всем вообще.

В том бою за свободу все решалось быстро — или убьют, или повяжут.

А вот сидеть в тюрьме, ходить на допросы — и не сломаться, не давать показания, не ломать то, что ты сам построил — это уже посложней. А ведь общественный обвинитель просил «вышки» и для меня.

Наш суд шел как раз во время Хануки — во время праздника еврейского героизма, победы над империей Александра Македонского. И на этот раз наши ребята не подкачали, каждый своим смелым заявлением как бы зажег ханукальную свечу своей плотью. Так что эта награда принадлежит всем ребятам и, прежде всего, нашему командиру, светлой памяти Марку Дымшицу.

А потом, вот уж где потребовалась крепость духа, так это в тюрьмах и лагерях. Почти 11 лет. Как остаться евреем в условиях советского ГУЛАГа, соблюдать субботу, учить Тору, учить других. Вот за это меня и приговорили к трем годам владимирской тюрьмы. Потребовалось два месяца голодовки, чтобы добиться права держать молитвенник и Тору.

И тут произошло чудо. В 1980 году посланник Ребе приехал к Ицхаку Когану, чтобы проверить кошерность ритуального убоя. Посланник был в восторге и сказал, что обо все расскажет Ребе и тот благословит его. Ицхак рассказал мне об этом только в прошлом году. Ицхак сказал: «Пусть ребе благословит Йосефа, чтобы у него удачно кончилась голодовка, и он освободился». Так на одиннадцатом году отсидки указом Верховного совета меня лишили советского гражданства и… изгнали на мою родину.

Вот тут, действительно, нужно мужество. Вырастить семерых детей, учиться на раввина. Денег нет. Работы нет. И не сдаваться!

«Скрипач на крыше» — трогательный и романтичный образ еврея, который бежит от обыденной жизни и устремляет побуждения своего сердца высоким духовным порывам. Только на крыше он находит место, куда сбежать от обыденщины.

Я думаю, что для меня этот образ символизирует начало пути, поиск. Но очень скоро я нашел себя, не только спрятавшись на крыше. Я взлетел с этой крыши к Б-гу Израиля в страну Израиля. Теперь моя скрипка — это восьмиструнная арфа царя Давида, Машиаха, предвещающая освобождение народа Израиля.

Когда я был изгнан из СССР, Любавический ребе наказал мне оставаться примером для евреев в свободном мире так же, как я был примером в Гулаге, исполняя законы Торы.

Я надеюсь, эта награда выражает признание, что я выполнил наказ и по-прежнему являюсь примером еврейского мужества. Ибо еврейское мужество означает служение Б-гу Израиля и народу Израиля, несмотря на все трудности».

Марк Котлярский, «Детали». Фото — со страницы Моше Менделевича в фэйсбуке, публикуется с его согласия.

На фото: Йосеф Меделевич со своей семьей, Москва.


Читайте также: «Фильм о «самолетном деле» будут показывать в школах Израиля»


тэги

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама


Send this to a friend