ЦАХАЛ меняется, но не слабеет

У молодых израильтян снижается мотивация к службе в боевых частях ЦАХАЛа. Но в интервью «Деталям» подполковник генштаба в запасе Марк Бабот развеял опасения: все идет своим чередом и в правильном направлении.

Как следует из данных об итогах ноябрьского призыва, опубликованных управлением личного состава ЦАХАЛа, сегодня лишь 67 процентов призывников рвутся «на передовую». Это самый низкий показатель за последнее десятилетие. Также, впервые в истории, были мобилизованы менее половины молодых людей призывного возраста. По прогнозам управления личного состава, через десять лет, в силу демографических причин, молодежи станет еще больше. Так сохранится ли в Израиле «народная армия» в том виде, в каком мы привыкли ее видеть?

— Армия обороны Израиля — зеркало общества. Это не просто расхожее клише, так и есть на самом деле, — говорит Марк Бабот. — И вот, сегодня молодые парни и девушки спрашивают себя: «Что армия может мне дать ?». Они предпочитают подразделения, использующие новые технологии, связанные с хай-тек и наукой, потому что такая служба поможет потом устроиться на гражданке, даст необходимые навыки. И мы видим колебания мотивации: когда положение на границах тревожное и на горизонте маячит война, возникает подъем боевого духа, желание служить в боевых частях. А когда жизнь становится более спокойной и рутинной, эта мотивация снижается.

— Бывший начальник генштаба Эхуд Барак, в бытность главой правительства, говорил, что «нам нужна маленькая и умная армия». Как это согласуется с принципом «народной армии» и всеобщего призыва? Может, и впрямь пришло время перейти от «народной армии» к профессиональной?

— Армия уже меняется. Во-первых, сократилась численность военнослужащих. Во-вторых, изменился характер внешних угроз, поэтому все больше ресурсов направляется службе тыла, на гражданскую оборону.

У нас сейчас созданы большие подразделения спасателей — специалистов по разбору завалов, по оказанию помощи пострадавшим от ракетных обстрелов и бомбардировок. Одновременно все меньше требуется танковых подразделений, машин с тяжелой броней. Становится меньше артиллерийских подразделений, потому что пушки и ВВС стали бить точнее, и, соответственно, уже не требуется столько батарей. Одна батарея сегодня работает, как в прошлом целый дивизион.

Но в то же время наша армия остается народной. У нее есть функции не только военные, но и гражданские, социальные. Служба в армии должна повышать качество нашего человеческого капитала, готовить ребят к более продуктивному образу жизни после демобилизации. Этого в зарубежных армиях нет. У нас уровень образования в школах, к сожалению, не очень высок, так что потом именно армия дает возможность ребятам интегрироваться в общество на лучших условиях.

— А должна ли армия брать на себя эти дополнительные функции? Мы помним «детей Рафуля» (покойный начальник генштаба Рафаэль Эйтан — прим. «Детали»), когда армия взяла на себя функцию перевоспитания молодежи из неблагополучных семей. Сейчас мы добиваемся призыва ультраортодоксов, хотя ясно, что большой пользы армии  ни не принесут, а дополнительных проблем добавят немало. Тогда как армии всего мира выполняют лишь одну задачу: защиту своей страны.

— Израиль — это не весь мир. Традиционно в Израиле у армии гораздо более широкие функции, особенно в сфере социализации общества. Напомню, что ни в одной стране нет проблемы становления народа, которая была в Израиле на протяжении XIX – XX веков. Поэтому именно у нас армия гораздо народнее, чем вымышленные «народно-революционные» армии прошлого в разных странах.

В самом ЦАХАЛе есть структуры, которые занимаются обучением новых репатриантов. Посмотрите на алию из Эфиопии! Этих ребят надо было не только обучить ивриту, но и научить жить в современном обществе. Поэтому мне кажется, что у израильской армии на сегодняшний день гораздо более глубокие функции, чем просто военные.

Многие говорили, что подразделения гражданской обороны должны находиться под началом Министерства внутренней безопасности. Но в Израиле это невозможно, потому что армия — это самая большая структура, которая может взять на себя эти функции.

— Количество призывников постоянно увеличивается пропорцинально росту населения. Тогда как армия не только не прибавляет в числе, но, наоборот, сокращается. Как это увязать с идеей всеобщего призыва?

— Уже сегодня в армии служат только около 50 процентов юношей и девушек призывного возраста. Не служат арабы, ультраортодоксы, девушки, объявившие себя религиозными… Но ведь армия планирует свою работу на 18 лет вперед! То есть уже сегодня она знает, сколько новорожденных появилось в этом году, и, соответственно, скольких смогут призвать в строй через восемнадцать лет. Статистика говорит, что через десять лет будет на 17 тысяч больше призывников.

В то же время театр боевых действий все быстрее меняется: больше и больше технологий, меньше и меньше бойцов на поле боя. Меняется сама структура подразделений, ведущих бои. Очень многие ведут бои за столом, у компьютеров. Все меньше бойцов лично участвуют в боевых действиях. Больше антитеррористических подразделений — и меньше тяжелой боевой техники. Армия будущего будет более технологична, более эффективна, меньшее число людей смогут исполнять больше функций. Все больше девушек сменяют юношей в там, где девушкам это физически подходит. Сидя за столом и управляя боевыми действиями с помощью джойстика, они выполняют те же задачи, которые раньше приходилось делать бойцам в полевых условиях.

Армия учитывает эти процессы, планируя свою деятельность. Поэтому все домыслы прессы, все эти «больше, меньше», никак не отражают той реальности, которая наступит через пять, десять и пятнадцать лет. И, как мне кажется, сам процесс идет в правильном направлении.

Лев Малинский, «Детали» . Фото: Илан Асаяг


Читайте также: Какая армия нужна Израилю — народная или контрактная

тэги

Размер шрифта

A A A

Реклама