«Троянский конь» Анвара Садата

Этот день израильтяне не забудут никогда. 19 ноября 1977 года у единственного израильского государственного телеканала был 100-процентный рейтинг. Телевизор смотрели все. И все видели, как по взлетно-посадочной полосе аэропорта им. Бен-Гуриона подрулил египетский самолет и из него вышел… враг. Заклятый враг еврейского государства, президент Египта Анвар (Ануар) Садат, который за четыре года до этого развязал самую кровавую и жестокую войну против Израиля, чтобы стереть его с лица земли.

И вот Садат, хорошо знакомый по бесчисленным фотографиям, выходит из самолета и машет рукой тем, кого не смог победить на войне. Именно по этой причине он перешел к «плану Б», продолжая войну другими, теперь уже мирными средствами.

Приезд Садата обошелся Израилю в потерю всего Синая. «До последней песчинки» — как требовал Садат. И получил свое, потому что Израилю, как воздух, нужен был мир с самым большим арабским государством, без которого арабы никогда не начали бы новой войны. Мир с Египтом выбил его из колоды врагов. Поначалу казалось, что это будет если и не горячий, то хотя бы нормальный мир. В смысле полной нормализации отношений. Но в 1981 году убили Садата, а потом и нормализацию. Тем не менее, этот холодный мир держится уже четыре десятка лет и это самое главное.

Неожиданность и огромность исторического визита Садата были таковы, что некоторые заподозрили ловушку, опасаясь, что самолет Садата может оказаться троянским конем, и откуда выскочат египетские военные. Более серьезно звучат воспоминания американских политиков, полагавших, что визит Садата может сорвать запланированное американцами наведение мостов между Израилем и Египтом. В частности, об этом сказали профессор Стюарт Айзенштадт, бывший советник президента Картера, и профессор Вильям Б. Квандт, который был членом совета национальной безопасности и специальным посланником президента на Ближнем Востоке. Они признают, что, приехав в Израиль, Садат уничтожил табу в арабском мире.

Но в отличие от израильтян, которые так и восприняли визит Садата, видя в нем все основания для праздника, американцы смотрели на индивидуальное шоу Садата совершенно по-другому: в Белом доме решили, что высокомерный и неуправляемый зазнайка Садат хочет сорвать все усилия Белого дома, носившие глобальный характер. Там замыслили свести за одним столом женевской конференции представителей Израиля, Египта, Сирии, Иордании и палестинцев. Картер даже сумел привлечь к своей инициативе Брежнева, и 1 октября 1977 года две сверхдержавы опубликовали совместное заявление со своим видением положения на Ближнем Востоке, которое вызвало одинаковый переполох у Бегина и Садата.

Обе стороны не хотели прессинга и ультиматумов, а Садат, который не видел никакой пользы в женевской конференции, к тому же не хотел, чтобы Хафез эль-Асад получил право вето на его действия. Кроме того, в списке приоритетов Садата на первом месте значился Синай. На втором  тоже Синай. И на третьем. Палестинцы интересовали его гораздо меньше — он собрался в Иерусалим не из-за них и не для них. Односторонняя инициатива Садата поссорила его с Белым домом и он просто отключил телефон.

Голос Садата громче всего прозвучал 9 ноября на пленарном заседании египетского парламента, где он объявил о своем намерении поехать в Иерусалим. Следующие десять дней были теми самыми, которые «потрясли весь мир», потому что слова Анвара Садата перешли в дела в ту минуту, когда он вышел из самолета в аэропорту им. Бен-Гуриона и пожал руку Менахему Бегину.

Все сказанное имеет самое прямое отношение к сегодняшнему дню, когда арабский мир все еще не готов признать Израиль, а палестинцы — сесть за стол переговоров. Но самое существенное и актуальное, что решительные шаги Садата показали возможность достижения мира без американских мирных планов. Включая тот, над которым сейчас трудятся сотрудники президента Трампа. Если бы сорок лет назад израильтяне и египтяне ждали американского плана, 19 ноября 1977 года никогда не стало бы исторической датой.

18 ноября министр обороны Авигдор Либерман призвал правителей Ближнего Востока пойти по стопам Садата и приехать в Иерусалим. Но сорок лет спустя призыв израильского министра остался гласом вопиющего в пустыне. Если даже два партнера Израиля по мирному договору , египетский генерал А-Сиси и иорданский король Абдалла, все еще не нанесли официального визита в Иерусалим, что уж говорить о тех арабских правителях, для коих Израиль по-прежнему остается безымянным государством, с которым не стоит воевать, но никак нельзя заключать мир.

М.Р. На фото: Анвар Садат и Джимми Картер, 5 сентября 1978 г. 

Фото в Викисклада: Central Intelligence Agency from Washington, D.C. , 1978, Public Domain


Размер шрифта

A A A

Реклама