Российские дальнобойщики — сила, которой боится Кремль

Сегодня в России под надуманными предлогами были арестованы и заключены под стражу, сроком на пятнадцать суток, лидер движения «Объединение перевозчиков России» (ОПР) Андрей Бажутин и руководитель петербургского подразделения ОПР Сергей Владимиров. Аресты проведены буквально накануне объявленной массовой акции протеста водителей-дальнобойщиков, которая должна пройти  15 декабря во всех регионах РФ.

— Власть не просто боится дальнобойщиков, — сказала в интервью «Деталям» Татьяна Конькова, одна из активистов протестного движения и организаторов этой акции. — Власть понимает, что это  реальная сила, идущая с самых низов. И эта сила, в отличие от остальных, действительно способна изменить ситуацию в стране.

По словам Коньковой, несмотря на аресты, демонстрация будет проведена — в полном объеме, по всей стране, и не только в городах, но и на трассах, по которым ездят дальнобойщики.

— Трудно оценить даже примерно, сколько людей примут завтра участие в протесте, — говорит она. — Объединение перевозчиков — это горизонтально структурированная организация, со множеством региональных отделений, у каждого из которых свои планы и свои люди.

Очень многое зависит и того, как быстро отреагируют правоохранительные органы. Ведь на подавление протеста брошены значительные силы репрессивного государственного аппарата. Руководителей ОПР задержали в результате облавы — специально продуманной операции. Из арестовали только для того, чтобы не допустить к участию в завтрашних событиях.

— Где сейчас Бажутин и Владимиров?

— Идет судебное заседание в городе Тосно — это в двадцати пяти километрах от Петербурга, рассматривается жалоба адвоката задержанных, требующего их освобождения. К сожалению, судья, ведущая процесс, отклонила просьбу о прямой трансляции, и потому результаты суда будут известны только поздно вечером.

— Почему вы считаете дальнобойщиков реальной политической силой?

— Это показывает история их протеста, который начался два года назад, когда дальнобойщики прибыли в Москву. Они хотели встретится с Путиным и рассказать ему о проблемах, причем не только своих.

Понимаете, эти люди всю свою жизнь проводят в дороге. Они знают, что, на самом деле, происходит по всей стране, чем дышит глубинка, как выживают многие в борьбе за существование. Именно от дальнобойщиков я узнала, например, о существовании ядерного полигона, расположенного в районе Петрозаводска, о красных дождях, которые там выпадают, о том, как гибнет там окружающая среда. Это от них я знаю, что творится с дорогами на периферии, какой беспросветной жизнью там живут люди…

— С этого начинался их протест?

— Поверьте, он не носил никакой политической окраски, а был вызван введением налога на передвижение по дорогам страны для грузового транспорта. Этот налог прозвали «Платоном», и дальнобойщики полагают, что деньги даже не поступают в казну, а пошли напрямик в карманы отца и сына Ротенбергов — людей из близкого окружения Путина. Но, повторяю, водители тогда были бесконечно далеки от политики. Они в чем-то даже казались наивными, предполагая, что стоит Путину узнать о неправедности введенного побора, он, дескать, сразу наведет порядок.

Татьяна Конькова

— И что же, Путин узнал?

— Не думаю. В то время как раз проходила «прямая линия» с президентом, и многие из дальнобойщиков, а также их друзья, близкие, родственники, сочувствующие, направили вопрос, касавшийся «Платона». Я помню, как мы сидели с несколькими ребятами-водителями в московском кафе, а там, на телевизионном экране, вывешенном на стене, шла трансляция этой «прямой линии». Вопрос проигнорировали.

Вот тогда у них как будто спала пелена с глаз, тогда они стали организовываться, как движение. А сегодня ОПР — это уже около 10 000 человек из 43 регионов страны. Из наивных людей они стали превращаться в граждан с активной жизненной позицией, а поскольку они колесили по всей стране, то объясняли всем, кого встречали, что происходит. Пытались привести в чувство тех, кому кремлевская пропаганда промыла мозги.

Они стали борцами за свои права. Их арестовывают, бросают в КПЗ и спецприемники, а они только посмеиваются, потому что порой жили в таких условиях, по сравнению с которыми спецприемники могут показаться санаторием. Многих водителей лишают водительских прав, чтобы они не могли ездить по всей стране. Они лишаются порой заработка, дело доходит до того, что распадаются семьи, но они продолжают упорно гнуть свою линию.

Меня часто спрашивают: так что же они сделали, эти твои дальнобойщики? И я отвечаю — они «встали с дивана», на котором возлежит большинство россиян, и теперь уже никогда в прежнее состояние не вернутся.

Известный российский политик, президент Общероссийского общественного движения «Союз правых сил» Леонид Гозман выступал на учредительном съезде ОПР. Он заметил, обращаясь к участникам съезда: «Как знать, может быть, вы и есть та среда, из которой выйдет наш Лех Валенса».

— Завтра акция пройдет и в Москве тоже?

— Власти ни за что этого не допустят. Они уже выставили заслоны из патрулей ДПС на подъездах к столице. Потому акция запланирована в Подмосковье. Репрессивный аппарат задействован на полную мощь, включая и людей в штатском.

— Судя по тому, что арестовали лидеров движения ОПР, за ними ведется персональная охота?

— Безусловно, им уж точно уделяется самое пристальное внимание. Кстати, еще и потому, что Бажутин выказал намерение баллотироваться на пост президента на ближайших выборах. Для того, чтобы выдвинуть его кандидатуру, необходимо обжаловать решение о его задержании. Но и это еще не все. Неожиданно выяснилось, что ОПР вдруг объявили «иностранным агентом».

— На каком основании?

— Об этом, наверное, известно только самим властям. Смешно говорить о том, чтобы профсоюз, созданный по инициативе «низов», вдруг стал «иностранным». Тем более, что с самого начала своего существования движение заявляло, что исповедует «протест в рамках закона».

— Есть еще какая-то причина, по которой власти хотят изолировать лидера ОПР?

— Эта причина, на мой взгляд, в том, что если Бажутина все-таки зарегистрируют кандидатом в президенты, он по закону получит выход в телеэфир. А это уже «бомба», если хотите. Представляете, выходит в какой-то программе простой, крепкий русский мужик и говорит всей стране, что в ней происходит? Не какой-то политик или общественный деятель, не «VIP-персона», а человек труда. Вот это и есть самое страшное для властей, этого Кремль боится и хочет не допустить, во что бы то ни стало.

Марк Котлярский, «Детали». Фото: Maxim Shemetov, Reuters

Фото в тексте предоставлено Татьяной Коньковой

тэги

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend