Равив Друкер — о черных списках «Йедиот ахронот»

Равив Друкер не считает Нетаниягу единственным виновным в коррупции в Израиле. «Вешать все на него неправильно, — сказал он. — У нас было четыре премьер-министра, замешанных в коррупционных делах. Все это пахнет так же дурно, как в канализации, но мы уже привыкли к этому запаху».

— Последние четыре премьер-министра, действительно, были вовлечены в коррупционные дела на всех уровнях. Но издатель «Йедиот ахронот» Нони Мозес, главный фигурант расследования по «делу 2000», уже много десятилетий работает на рынке! В отдельные годы он оказывал большое влияние на израильскую политику. Так кто же более коррумпирован, премьер-министр или тот, кто контролирует прессу?

— Мозес является примером всего плохого в израильских СМИ. Но то, что он пережил многих премьер-министров, не означает, что он намного сильнее их. «Дело 2000» нанесло ему сильнейший удар, от которого его газете не удается оправиться.

— Когда Мозес говорит Нетаниягу в записи: «Надо убедиться, что вы остаетесь премьером, и мы будем менять курс корабля» — что это означает?

— Это хорошая метафора в общении людей, которые не доверяют друг другу. Ее смысл таков: «Слушай, с Нахумом ( Барнеа) и Симой (Кадмон) я не могу говорить, разберитесь с ними сами. Другими словами, я позабочусь обо всем остальном, у меня есть репортеры, с которым я могу поговорить напрямую».

— Если бы сделка между Нетаниягу и Мозесом, о которой говорится в «деле 2000», действительно состоялась, что произошло бы в этой газете наутро?

— Мозес очень точен, когда говорит об «изменении курса корабля». Другими словами, если бы газета поддержала Нетаниягу, вы увидели бы наутро заголовки вроде «Биби — самый успешный премьер в мире». Просто градус критики снижается на 20 -30 процентов, и внезапно статьи становятся сбалансированными, заголовки — нейтральными, общая картина выглядит лучше. Таковы эти манипуляции.

Я думаю, что «Йедиот» на протяжении многих лет проводила проблематичную, разрушительную журналистскую политику, вредную для израильского общества. В частности, существовали черные списки. Кого-то можно было критиковать, а кого-то нет. Это создает коррумпированную профессиональную среду.»

— Вопрос заключается в потенциальной силе Мозеса. Разве он может влиять на премьера?

— Нет, это преувеличение, скорее это говорит о его «Я». Таковое могло быть в прежние годы, сегодня он не обладает такой силой».

— Это было до эпохи «Исраэль  ха-йом»?

— Это было в 90-е годы, когда заголовок в газете мог изменить судьбу ведущего политика. Когда, например, одно из расследований привело к падению бывшего лидера «Аводы» Авраама Бурга.

— За последнее десятилетие случалось, что «Йедиот ахронот», фактически, объединялась с олигархами в попытке торпедировать экономические реформы. А как это работает в политике?

— На политической сцене это не происходило так остро. Пожалуй, кроме Нетаниягу. Но на протяжении многих лет это было не так. Газета не служила левым против правых, но помогала тем левым, которые помогали им. Или вредила правым, которые выступали против ее интересов.

— Один из самых известных примеров — это министр обороны Авигдор Либерман. Чем объяснить, что он получает массированную поддержку этого издания?»

«Мозес и Либерман тесно связаны. Есть многое, чего я еще не публиковал, и надеюсь, что в один прекрасный день мне удастся это обнародовать. Дошло до того, что Мозес тратил деньги в интересах Либермана — например, вкладывая средства в СМИ на русском языке. Например история с сайтом «Изрус», которая до сих пор не расследована до конца. Этот сайт был куплен «Йедиот ахронот». Почему они купили его? Какая экономическая модель стоит за этим? Есть много интересных историй о связи между Мозесом и Либерманом.

-Это довольно пугающая связь, не так ли?

— Так, но я думаю, что это легко понять. Мозес хочет, чтобы высокопоставленный политик был на вершине власти. Он не знает, где и когда он сможет пригодиться, но говорит себе: «Мне нужен такой человек», — сказал Друкер.

В 2017 году, когда «дело 2000» было в самом разгаре, Друкер дал интервью приложению «Йедиот». «Йедиот» с момента начала расследование «дела 2000», пытается улучшить свой образ. Хороший способ для этого — показать читателям обложку с Друкером

— Они использовали вас, или вы думаете, что Мозес изменился и внезапно решил, что Друкер — важный человек для демократии? Что вас побудило согласиться на  интервью?

— Журналист Йегуда Нуриэль, которого я ценю, обратился ко мне и сказал: «Я хочу сделать с тобой интервью — согласишься?» Я ответил: «С радостью». Там, где я могу говорить, если я полагаюсь на то, что все будет опубликовано верно — я «за». Даже если «Исраэль ха-йом» предложит мне завтра интервью, я соглашусь, хотя и думаю о них плохо. Я даю интервью, так как я — не сторонник бойкотов.

Будучи левым, — пусть Всевыщний защитит нас — я верю, что можно добиться изменений у палестинцев. Так что я верю и в то, что можно изменить и «Йедиот ахронот». Это не значит, что Мозес сменит свою позицию на мою или на вашу. Но на каком-то этапе он поймет, что дело его жизни умирает, и от него зависит сделать последний шаг, чтобы газетой управляли более профессионально. А это значит, что он увидит в газете людей, чьих статей он терпеть не может. Почему? Потому что для газеты это — возможность добиться успеха.

«Йедиот» пытается измениться, и мое сообщение было адресовано тем журналистам издания, которые никогда не разговаривали с Мозесом или его доверенным лицом, пытались угадать, кто находится в «белом списке», а кто в «черном». Они говорят себе — минутку, Друкера, интервьюируют? Тогда, может, и я сделаю, наконец, расследование, которое давно хотел? Это придает им сил. Я не хочу насмехаться над этим. Я сделал это, в первую очередь, для самого себя, или ради того, во что я сам верю и что обычно не получает освещения в «Йедиот ахронот»,

— Почему, на ваш взгляд, «делу 2000» уделялось так мало внимания в политической системе? Не потому ли, что и соперники Нетаниягу, которые выиграют от его падения, тоже являются протеже Мозеса? И когда Нетаньягу сойдет с политической арены, мы останемся с тем же самым Мозесом и стадом его политиков?

— Возможно, потому, что мы согласились с предположением, что это дело рано или поздно будет закрыто, и поскольку оно не опасно для Нетаниягу, мы на него меньше смотрели.

— Придем ли мы к ситуации, когда у нас будет коррумпированный премьер-министр, которого защищает часть прессы, или даже большинство СМИ?

— Думаю, нет. Но, может быть, что мы станем настолько слабыми, что у нас не останется сил проводить серьезные расследования, и тогда придется ждать, что полиция, государственный контролер или другие структуры займутся этими расследованиями.

От «Йедиот ахронот» не поступило реакции на эту публикацию.

Либерман отказался от комментариев.

Гай Рольник, Нати Токер, The Marker. В.П. Фото: Нир Кейдар

тэги

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend