Каждый имеет право на адвоката

Израильская общественная адвокатура превратилась в образец для подражания: система ее работы сегодня копируется в странах Европы и Азии. Чем столь привлекательна израильская модель — об этом в интервью «Деталям» рассказал адвокат Вадим Шув, заместитель руководителя иерусалимского округа адвокатуры.

— Наша организация относительно молода, существует только 25 лет. До того, как в Израиле появилась общественная адвокатура, людям, у которых не было денег, защитников назначали судьи, — рассказывает Шув. — Но тогда они были зависимы от судей, получали деньги из бюджета управления по делам судов! Никто не следил за качеством их работы, не проверял их квалификацию, как и то, готовы ли эти адвокаты представлять обвиняемых в уголовных процессах.

Но в 1996 году вышел закон об общественной защите, который стал юридической основой для существования нашей организации. Этот закон установил, что в Израиле в каждом судебном округе будет открыта коллегия общественной защиты. Общественные защитники будут представлять в рассмотрении уголовных дел людей, у которых либо нет денег на адвоката, либо они душевнобольные, либо страдают физическими недостатками. Глухим, глухонемым и слепым тоже предоставляется право получить общественную защиту.

И Общественная адвокатура выполняет функцию, которой в Израиле сейчас как бы нет, но в других странах она существует — функцию уполномоченного по правам человека. В этом особенность нашего мандата, — сказал адвокат Шув. — Ежегодно мы подаем отчет об условиях содержания заключенных. Допустим, если дело, которое ведем не мы, рассматривается в Верховном Суде и имеет принципиальное значение, то судьи могут запросить у нас экспертное заключение — как у третьего лица, от общественной организации, имеющей соответствующий опыт. Мы отстаиваем, причем системно, права человека в уголовных процессах в Израиля.

— Вы относитесь к Министерству юстиции?

— Да. Общественная адвокатура является отделением министерства. Я сам тоже работник Минюста.

В судах людей представляют, в основном, частно практикующие адвокаты, которые работают с общественной защитой по контракту. 10-15 адвокатов в каждом округе. А наши сотрудники занимаются координацией их действий, проводятся курсы профессионального усовершенствования, мониторинг работы защитников… Или, допустим, замечено, что в каком-то округе арестованных больше, чем в других местах — тогда мы обращаемся в полицию с запросами. Мы не только представляем людей в судах, но и участвуем в законотворческой деятельности: если подается законопроект, способный повлиять на права обвиняемых или осужденных, у нас просят экспертного заключения.

— Кто может получить общественную защиту?

Адвокат Вадим Шув. Фотография из личного архива, снято в Либерии.

— Нынешнее законодательство гарантирует адвоката от нашей организации всем, кому грозит тюремное заключение, вне зависимости от дохода. Если обвинение скажет, что оно будет просить тюремного приговора, обвиняемый вправе просить предоставить ему общественного адвоката. Даже если этот человек — миллиардер. Идеологическая концепция здесь такова: если государство тратит деньги и на суд, и на прокурора ради проведения уголовного процесса, то и адвокат –неотъемлемая часть того же уголовного процесса. И если государство хочет посадить человека в тюрьму, оно должно затратить хоть какие-то средства и на адвоката. Потому сейчас большинство уголовных процессов в Израиле проводятся при участии адвокатов от общественной адвокатуры.

— А что значит «большинство», каковы цифры?

— Данные по Иерусалимскому округу: 60 процентов — в окружном суде, 70 процентов — в мировом суде, 80 процентов — в суде по делам  несовершеннолетних.

— Но почему так происходит? Ведь обычно клиент выбирает за свои деньги того адвоката, которого он хочет, а в Общественной адвокатуре поди знай, кого тебе назначат…

— Теоретически так, но за работой частного адвоката никто не следит. Не проверяет ее качество. Есть, конечно, крупные фирмы — но большинство адвокатов на рынке уголовных дел – это одиночки! А общественная защита – организация с огромной базой данных, которая способна также привлечь экспертов, организовать свои ресурсы для обеспечения максимально хорошей защиты, и — что самое важное – контролировать качество работы. Даже если человек не выбирал адвоката, у него есть референт, контролирующий его работу.

Если возникают какие-то проблемы — мы либо заменяем адвоката, либо добавляем еще одного. Мы все время видим, что происходит. Такой мониторинг обычно невозможен на частном рынке.

Главный общественный адвокат Израиля Йоав Сапир. Фото: Эяль Туаг

Очень много недавних прецедентов, принятых в Верховном суде и улучшивших права арестованных, заключенных и обвиняемых, были связаны с делами, которые представляла общественная адвокатура. Результаты нашей работы заметны, мы даже слышим в свой адрес упреки, что из-за нас люди меньше обращаются к частным адвокатам, потому что зачем платить деньги, если здесь можно получить не менее квалифицированную помощь?

Это парадокс, ведь обычно все думают, что если это государственное и бесплатное — то плохое. Будь то медицина или адвокатура. Но мы подбираем кадры, которые изначально готовы представлять людей из самых разных слоев общества: больных, наркоманов, бездомных… А если человек ими не удовлетворен, у него есть, куда пожаловаться.

— Как случилось, что израильской моделью заинтересовались в мире?

— Все началось с того, что одна европейская организация, которая занималась странами Восточной Европы, попросила Моше Хакоэна, первого главного общественного защитника Иерусалима, провести несколько семинаров в Литве, в Молдавии, в Польше — там хотели организовать подобные Коллегии общественной защиты.

Потом в Израиль приезжали делегации из Украины, во главе с заместителем министра юстиции, из Казахстана и Литвы. Мы им рассказывали, как работает наша система. А сотрудничество со странами Африки начали уже по линии ООН. Есть такой отдел в ООН, который занимается именно справедливыми судебными процессами. Сейчас, кстати, возглавляет этот отдел представитель России. У них прошло заседание в Вене, и там главный общественный защитник Израиля Йоав Сапир сделал доклад о нашей системе, который произвел на всех очень сильное впечатление.

С того момента и началось сотрудничество по линии ООН. Ведь общественная защита есть во многих странах, но там она не является доминантной, серьезной силой. Обычно это — несколько адвокатов, которые защищают малоимущих,а не такая серьезная система, как в Израиле. Поэтому нашу организацию взяли за эталон, и наших представителей попросили помочь построить такую же систему в развивающихся станах.

Начали с Либерии, Мы там учили местных адвокатов не только представлять клиентов в суде, но и рассказать, как создать организацию, что такое прозрачность фондов, создали им этический кодекс общественной защиты, объясняли, как вырастить молодое поколение, которое уже не будет жить с подачек зарубежных стран, как проводить мониторинг… Я туда выезжал дважды. Потом участвовали в конгрессах во Вьетнаме и в Китае, работали над организацией подобных служб в странах Азии. А недавно наша министр юстиции, вместе с главным общественным защитником Йоавом Сапиром, побывали в Танзании и Кении. Ведь речь идет не только о помощи им по линии ООН — эти контакты помогают и государству Израиль.

Олег Линский, «Детали». Фото: Эяль Туаг


тэги

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама


Send this to a friend