Похищенных детей не вернули отцу

Суд по семейным делам отклонил иск израильтянина, обвинившего жену в похищении детей. Эта семья жила в США, переехав туда в 2013 году из-за материальных проблем. Не имея легального статуса, они переезжали с места на место. По прошествии 4-х лет женщине надоела кочевая жизнь, и она, забрав детей, вернулась в Израиль. Это и стало поводом для обвинения.

— Я бы не сказал, что ситуация абсолютно бесспорная. Здесь есть нюансы, — прокомментировал для «Деталей» это решение адвокат Алекс Шмерлинг. — Дело в том, что международная конвенция по возвращению похищенных детей — достаточно ограниченный документ, причем, что уникально, не ставящий во главу угла благополучие ребенка.

Вся остальная судебная практика исходит только из одного принципа, что в первую очередь надо обеспечить блага детей. Потому здесь у родителей нет никаких безусловных и обязательных прав, главное, чтобы ребенку в итоге было хорошо, и это предопределяет любое судебное решение. Если ребенка без согласия одного из родителей увезли с места его постоянного проживания, такой случай подпадает под эту весьма прямолинейную конвенцию, и ребенок подлежит возвращению. Что будет после возвращения — уже другое дело, например, можно обратиться в судебную инстанцию по месту жительства, чтобы там уже судьи решали, в какой стране ребенку придется жить. Но если ребенка увезли из места, где он жил и где находится один из его родителей, это однозначно расценивается как «захват» и подпадает под действие этой Конвенции.

— То есть, в данном конкретном случае, ребенка могли вернуть отцу, потому что мать его не собирается возвращаться в США?

— Да, вернуть второму родителю. Сейчас мы часто сталкиваемся со спорами о детях, которых привозят в Израиль с восточных районов Украины. Потом выясняется, что на то не было получено согласие второго родителя — и вспыхивают конфликты. Я вас уверяю, в ближайшее время это станет частым предметом разбирательства в израильских судах.

Конвенция также запрещает человеку самостоятельно инициировать процесс возвращения ребенка. Но ему не обязательно искать адвоката, чтобы самому подать жалобу в суд. Можно пойти в прокуратуру по месту жительства, а она уже инициирует процесс. То есть при похищении ребенка в Израиле наши прокуроры, получив обращение, сами должны связаться с коллегами в той стране, куда его увезли, а те уже обратятся в суд, требуя вернуть малыша.

— Но в данной ситуации постоянным местом жительства мог бы считаться и Израиль? Америка ведь была для него временным пристанищем. И поскольку семья находилась там нелегально, отец даже не мог обратиться в американскую прокуратуру.

— Это и учел суд, приняв решение отвергнуть иск. Однако это совсем не само собой разумеющийся вывод. Возникает вопрос — что считать постоянным местом жительства ребенка? Решение суда изложено на 50-ти страницах, половина из них посвящена именно этому вопросу. Толкуя это понятие, судья анализировала судебную практику, и учитывала, что не срок проживания на том или ином месте будет в конечном итоге определять местожительства ребенка, а, скорее, намерение его родителей. Именно эта трактовка является сегодня доминирующим критерием при решении подобных вопросов, не только в Израиле, но и в других странах, подписавших конвенцию. Что и позволило судье определить, в конечном итоге, что, хотя дети 4 года не жили в Израиле, а выезд всей семьи в США был добровольным, их местом постоянного жительства все-таки следует считать нашу страну.

— Да, по словам матери, они намеревались вернуться в Израиль, накопив там деньги, так как уехали из-за материальных проблем. С другой стороны, большинство израильтян, уезжающих за океан, говорят, что уезжают лишь на время. И, возможно, они даже сами верят в это, но потом ситуация меняется. И многие остаются там навсегда.

— Это уже вопрос доверия. У суда есть право верить или не верить словам той или иной стороны. Отец сказал, что они собирались остаться навсегда, мать — что собирались пожить немножко и вернуться. Суд принял версию матери. Вообще, судья в данном судебном решении высказалась в отношении отца весьма нелицеприятно, и подвергла сомнению всю его версию — он не вызвал у нее особого доверия.

— А сможет ли отец опротестовать это решение в США?

— Нет, он может сделать это только в Израиле.

— Почему суд принял к рассмотрению частный иск, хотя по этому поводу должна была обращаться прокуратура?

— Конвенция все же допускает и индивидуальное обращение в суд, не обязательно это делать через прокуратуру. Можно обратиться в частном порядке, а прокуратура в таком случае становится одной из сторон в процессе, от нее достаточно поддержать это обращение.

— Но учтены ли интересы детей? Ведь Израиле они жили в нужде, а там у них, вроде, жизнь как-то стала налаживаться…

— Интересы детей, безусловно, требовали, чтобы они остались в Израиле. Во-первых, в США у них не было никакого статуса, во-вторых, их мама заболела раком и была не в состоянии получить в США надлежащую медицинскую помощь. О возвращении матери в США не могло быть и речи, то есть детей пришлось бы вернуть отцу без нее, а у него ни кола, ни двора, и вообще непонятно, что там происходит. Это и подвигло судью искать надлежащее толкование, позволяющее оставить детей с матерью в Израиле.

Лев Малинский, «Детали». Фото (иллюстрация): Томер Апельбаум

Размер шрифта

A A A

Реклама