Письма из Иcпании

Летом 1936 года генерал Франко начал в Испании трехлетнюю гражданскую войну.

На стороне Республиканской армии сражались Интербригады, куда входили добровольцы из разных стран мира. Чуть ли не пятую часть из них составляли евреи. Они называли себя русскими, венграми, французами, американцами, в соответствии с тем, из какой страны они прибыли. Иногда они брали себе псевдоним или боевую кличку, чтоб остальным интернационалистам их фамилии не очень резали слух.

Исключение составляло название отдельной еврейской роты: «Имени Нафтали Ботвина» – польского еврея, отдавшего жизнь за дело коммунизма. Поначалу отдельной еврейской роте хотели присвоить имя Бар-Кохбы, но командование Интербригад, утвердившее появление украинской роты имени Тараса Шевченко, решило, что в случае евреев дело пахнет национализмом. Все солдаты еврейской роты говорили на идише и даже издавали свою газету, для чего где-то раздобыли печатный станок с еврейскими буквами.

Одним из солдат еврейской роты был доброволец из Америки Хаим Кац.

Мать Хаима Каца узнала, что ее сын и два ее брата отправились сражаться с Франко, только через год после начала войны в Испании, когда получила от сына письмо:

«Дорогая мама!

Ты, конечно, понимаешь, что я не сообщил тебе, где нахожусь, потому, что не хотел тебя волновать. Я знаю, с моей стороны было глупо думать, будто ты об этом не узнаешь.

Поехать в Испанию я считал моим долгом. Ты же помнишь, как весь мир оставался равнодушным к сложившемуся положению. Нас мало волновало, что в Италии Муссолини пришел к власти. Тревожно нам было, что Гитлер стал канцлером Германии (…) Мы полагали (…) что нас это не коснется (…) Но вспомни антисемитские выступления в Австрии всего год назад. Посмотри, что происходит в Польше, как фашисты наращивают свое влияние на Балканах, как итальянцы пытаются подыгрывать арабским лидерам (…)

Так неужели ты не понимаешь, что, если фашизм победит, мы, евреи, пострадаем первыми?

Да, мы не сумели ясно различить руку Муссолини и Гитлера во всех этих странах, но в Испании ее нельзя не видеть. Вместе со своими единомышленниками Франко пытается установить в Испании тот же антисемитский режим, который уже установлен в Италии и в Германии. Если мы будем сидеть сложа руки и дадим им укрепиться после захвата Испании, они двинутся на Францию, но и на этом не остановятся. Скоро они придут и в Америку (…) а я, как еврей, окажусь среди первых жертв фашистов, и мне останется только проклинать себя и повторять: «Почему я не проснулся, когда уже звонил будильник?» Но будет слишком поздно. Так же, как было поздно для евреев Германии, убедившихся в 1933 году, что они ошибались, полагая, будто Гитлер никогда не будет править Германией. (…) Да, мой поступок и есть тот случай, когда сыновья во благо самих же матерей должны поступать вопреки материнской воле (…) Напиши мне обо всех родственниках. Я потерял записную книжку с адресами, поэтому пришли мне все адреса: дедушки, Сиднея, Юдит, Сарры, Йоны и всей нашей родни в Палестине.

Любящий тебя Хаим».

А своей тете Хаим Кац написал:

«Дорогая тетя Клара!

До приезда в Испанию я понятия не имел о солдатской службе, никогда в жизни не держал в руках ни пистолета, ни карабина. Но теперь у меня есть опыт, и я убедился, что могу быть полезен как солдат. Нет, тетя, не ждите меня скоро: я здесь нужен и потому счастлив.

Кстати, в нашей бригаде есть еще один Кац, телефонист. Мне сказали, что он – хороший парень. С дядей Михелем я виделся дважды и каждый раз по три дня. У него все в порядке, и он хорошо выглядит (…) У него важная, но безопасная работа топографа (…) Читала ли ты о том, что делают наши? Мою бригаду похвалили за то, что в ней есть такой батальон, как наш, и вынесли благодарность нашей роте.

Твой Хайми».

Написал Хаим и другой своей тете:

«Дорогая тетя Софи!

Ты пишешь, что я обманул мою маму и причинил ей боль своим поступком. Но вспомни Танах. Авраам собрался принести в жертву своего сына Исаака и обманул Сарру, мать Исаака, не сказав, куда они идут, потому что знал, что это причинит ей боль. Да, из этого ничего не вышло. Но ведь Исаак должен был погибнуть, потому что совесть Авраама велела ему подчиниться Богу. Вот и моя совесть велит мне сделать здесь многое для победы над фашизмом, а ты жалуешься на то, что я поступил, как Авраам.

Вероятно, я – плохой сын, если в конфликте между моей совестью и желаниями моей матери совесть взяла верх. Так в этом же частично виновата моя мать: она принесла много жертв, чтобы дать мне хорошее еврейское воспитание, а вся история нашего народа научила меня восхищаться пророками и воинами, которые погибли за свободу. Мое еврейское воспитание осветило всю мою жизнь, все мои мысли и поступки. Так сказал бы тебе каждый, кто сражается рядом со мной.

Твой Хайми».

Владимир Лазарис. Фото: By Vera Elkan, Википедия, Public Domain

This is photograph HU 71509 from the collections of the Imperial War Museums., Public Domain

На фото: интербригада в Испании. Снято в период декабрь 1936 — январь 1937 г.


500 лет еврейской истории и 25 лет поисков в израильских и зарубежных архивах легли в основу книги Владимира Лазариса «Среди чужих. Среди своих».

«Детали» публикуют избранные главы из этой, единственной в своем роде, хроникально-исторической книги. В основу статей легли и рассекреченные цензурой протоколы, и архивные материалы о самых неожиданных сторонах еврейской жизни в Диаспоре до и после Катастрофы, и множество неизвестных документов, публикуемых впервые на русском языке.

Приобрести книгу «Среди чужих. Среди своих» или другие произведения Владимира Лазариса можно, обратившись на его сайт: www.vladimirlazaris.com


тэги

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend