Фото: Tom Jacobs, REUTERS

Новая стратегия глобального джихада

Напомним, что основными ошибками в стратегии и тактике джихадистов были враждебное отношение к местным племенным кланам и неприятие их религиозной практики, а также совершаемые джихадистами массовые убийства мусульман. Это привело практически к ликвидации «Исламского государства» и значительному ослаблению «Аль-Каиды». В то же время, по мнению американского аналитика Томаса Маккейба, потенциал исламских радикалов отнюдь не уничтожен. «Аль-Каида», породившая ИГ, и подобные ей группы, уже вырабатывают новую стратегию.

Эту новую стратегию, а также вопрос о том, как Запад может противостоять этому, рассматривает в своей статье «Как «Аль-Каида» учится на своих ошибках» Томас Маккейб.

Одной из ключевых ошибок джихадистов в прошлом было пренебрежение местными особенностями и попытки навязать другим группам свои цели. Сегодня «Аль-Каида» строит свою работу на тесном сотрудничестве с местными исламскими группировками. Так происходит в Афганистане, Сомали, Йемене, Южной Азии и конечно в Сирии, где ею была сформирована организация «Хайят Тахрир аш-Шам».

Во всех этих странах «Аль-Каида» теперь делает упор на достижении локальных целей, а не международных, как прежде. Кроме того, сейчас она не стремится немедленно навязать свою версию ислама, а проводит то, что можно назвать ползучей джихадизацией.

Это делается за счет селективной помощи отдельным группам населения для выстраивания собственной базы поддержки. Также, благодаря коллапсу во многих странах региона государственных институтов, джихадисты берут под свой контроль те или иные функции. В Сирии, например это суды и вообще юридическая система. Все вместе это создает им образ умеренных радикалов.

Ещё один ключевой пункт в новой стратегии — создание максимально широкого альянса всех потенциальных союзников по глобальному джихаду. Здесь просматриваются три аспекта действий.

Первое — преодоление раскола в глобальном джихадизме и выбор наиболее эффективного варианта.

В настоящий момент есть три направления в джихадизме. Гиперрадикальный, который проповедовало ИГ с жесткой исламизацией и стремлением к скорейшему установлению халифата. Интернациональный, который настроен решительно в отношении Запада и стремлении атаковать его цели, но более гибок в отношении норм шариата и видит перспективу создания халифата лишь в более далеком будущем. Третий — национально- ориентированный джихадизм, который готов ограничиться нормами шариата только в отдельно взятой стране и не хочет платить высокую цену за конфронтацию.

«Аль-Каида» стремится преодолеть раскол, существующий между разными направлениями, сдвигаясь временно в сторону национально-ориентированного джихадизма для обеспечения более широкой поддержки на местах.

Второй аспект новой стратегии — мобилизация латентной симпатии к глобальному джихаду. По опросам в 2014 года симпатии к «Аль-Каиде» выразили 15 процентов египтян и индонейзицев,12 процентов пакистанцев и 11 процентов иорданцев. Это потенциальные сторонники радикального ислама.

Третье — получение поддержки со стороны радикальных, но не джихадистски настроенных мусульман, а также населения ближневосточного региона и мусульманского населения в целом.

Стоит отметить, что глобальный джихадизм возник не на пустом месте. Во многом он лишь верхушка айсберга, в основе которого лежит фанатичное ядро суннитского ислама. Западные аналитики считают умеренным любого мусульманина, который не применял насилия, но эта планка явно занижена. Ненасильственный радикальный ислам все равно остается радикальным исламом.

В итоге такого рода деятели являются в определенном смысле «диктаторами в ожидании». Когда пробьет их час, они будут готовы заменить существующие в ближневосточном регионе автократии теократиями. Это делает их потенциальными союзниками джихадистов.

Такие группы также разделяют с джихадистами утверждение, что они предстают жертвами «западного заговора сионистов и масонов».

Часть мусульманского населения в целом, и особенно на Ближнем Востоке, по-прежнему испытывает ненависть к США и Западу. Эта антипатия связана с тем психологическим комплексом обиды и гнева, с которым исламский мир относится к превосходящей его западной цивилизации.

Конечно, это усугубляется нынешними гражданскими войнами, неудачными модернизациями, социально-экономическим кризисом, коррупцией и токсичными идеологиями.

Все это вместе остается подходящей средой для развития модернизированного глобального джихада.

В случае успешной реализации новой стратегии «Аль-Каида» будет гораздо опаснее и ИГ, и самой себя в прежней версии. Обновленные джихадисты со временем могут превратиться в доминирующие движения в том или ином государстве, как это произошло с ливанской «Хизбаллой».

Согласно такому плану, ближневосточный и другие регионы могут быть опутаны сетью такого рода, в которой формально негосударственные актеры в виде джихадистских групп будут играть решающую роль. Одержать над ними победу станет намного сложнее.

Владимир Поляк, «Детали», по материалам Middle East Forum Quarterly 2018.
Фото: Tom Jacobs, REUTERS


Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend