Фото: Esam Al-Fetori, Reuters

Незаметная война: так делят африканский континент

Многие израильские политические комментаторы скептически оценивают возможность Израиля установить тесные международные отношения со странами Африки. Ведь этот континент уже превратился в поле геополитической брани многих государств, в том числе и ближневосточных. Турция и Катар ищут здесь место под солнцем, ОАЭ и Саудовская Аравия стараются их оттеснить.

Турция в Сомали

Нео-османские устремления Эрдогана неизменны, Турция продолжает идти по пути, проложенным прошлым премьер-министром Ахметом Давутоглу, наращивать и распространять свое влияние на новые территории, даже несмотря на то, что тем увеличивает разрыв с суннитской коалицией, которую возглавляет Саудовская Аравия.

Идея создания «стратегической глубины» принадлежат именно Давутоглу, профессору политологии. Он даже выпустил книгу, в которой изложил стратегию превращения Турции в мировую державу. И тут про Эрдогана можно сказать, что ученик затмил учителя — в своем политическом курсе он преследует и личные цели, в желании стать лидером суннитского мира.

23 июня министр иностранных дел Сомали Юсуф Гараад Омар сказал, что через несколько месяцев турки откроют в его стране военный тренировочный лагерь. И объяснил в интервью турецкому новостному агентству «Анадолу», сколь важную роль лагерь будет играть для безопасности его страны. Кроме того, Турция построила в Сомали автомагистраль, ведущую к аэропорту, две больницы и несколько школ, а сейчас занимается и другими проектами.

Галья Линденштраус из Института по исследованию национальной безопасности (INSS), отмечает в этой связи — Турция пытается расширить свое влияние в тех странах, с которыми ее раньше ничего не связывало. Передается и гуманитарная помощь: например, только 19 июня 2017 года туда доставили очередную партию, 13 тонн различных грузов.

Распределение гуманитарной помощи в Сомали. Фото: Feisal Omar, Reuters

30 марта, через день после инаугурации нового правительства Сомали, организация «А-Шабаб», являющаяся филиалом Аль-Каиды в Сомали, устроила теракт возле президентского дворца в Могадишо, столице страны. Погибли два сомалийца, минометный снаряд разорвался на пространстве между офисом президента Сомали и жилым комплексом. Аль-Каида давно активна в Сомали. В 2013 году организация «А–Шабаб» устроила теракт в посольстве Турции в Могадишо, непосредственно перед визитом президента Турции. Тогда пострадала и гостиница, где должен был остановиться Эрдоган.

В 2016 году стали появляться сообщения о том, что Эрдоган решил потратить 400 млн. долларов на строительство в Могадишо и нового здания посольства, и военной базы, где смогут дислоцироваться 200 турецких солдат постоянно, но в случае надобности тут смогут принять еще 1500 турецких солдат, для проведения военных учений. И все для того, чтобы присоединиться к борьбе с организацией «А-Шабаб». Эрдоган видит, как распространяется влияние в этом регионе Египта, ОАЭ и Саудовской Аравии  и укрепляет свое присутствие, в попытке нивелировать эту тенденцию.

Катар в Уганде

Один из самых богатых людей Катара, шейх Фейсал бин Касим аль Тани, с недавнего времени стал оказывать личную помощь правительству Уганды. В частности, помог восстановить авиакомпанию Uganda Airlines, которая 20 лет до этого не могла справиться с экономическими трудностями.

Дружеские отношения двух стран не новы. Президент Уганды Йовери Мусевени в апреле 2017 посещал Катар, тогда же встретился с премьер-министром этой страны шейхом Абдаллой бин Насер бин Халифа эль Тани. А 20 апреля Мусевени объявил об открытии инвестиционного офиса Уганды в Дохе. И тут же заявил, что сотрудничество с Катаром является новой стратегической политики его страны.

Мусевени напомнил, что в Африке уже сегодня живут около 1,25 млрд. человек, и население удвоится в ближайшие пять лет. Так что, по его словам, сотрудничать с Африкой выгодно для элиты Катара. И эти слова были услышаны: Катар в последнее время старается наращивать туристические связи и культурное взаимодействие между двумя странами. Хотя цель та же, что у турков — катарцы хотят распространить свое влияние в Африке, чтобы реализовать собственные геополитические интересы, ради предотвращения сепаратизма среди местных племен, и ради возможного создания постоянных союзов против ОАЭ, Саудовской Аравии и Египта.

ОАЭ в Сомали

20 лет назад Эрик Принс создал компанию Blackwater (Черная вода). Она специализируется на вопросах обеспечения безопасности в США. Это огромная структура, пользующаяся несметными инвестициями и методичными бюджетными вливаниями американского правительства. В 2010 году Принс продал свою «Черную воду», после того, как всплыли несколько скандальных историй, касающихся военного вмешательства США во внутренние иракские перипетии в 2003 году. В 2011 году он переехал в Абу-Даби и там подписал соглашение на создание батальона наемников для того, что представители Эмиратов называют «борьбой против террора» внутри страны и за ее границами».

Что это означит? В свое время Blackwater выполняла черную работу в Ираке. Эта компания стала подрядчиком по вопросам безопасности в Афганистане, Азербайджане, Кении и ОАЭ. Тренировочная база компании стала международной, под названием «Blackwater Worldwide». И вот сейчас эта скандальная компания Эрика Принса, которая выполняет грязную работу по всему миру за сотни миллионов долларов, вновь выходит на сцену.

ОАЭ имеет большой опыт работы с частными силовыми структурами. Так, частные силы безопасности под названием Reflex Response (Рефлексивный ответ) описываются в документе, который слили и опубликовали в «Нью-Йорк Таймс» еще в 2011 году. Reflex Response названа организацией, независимой от официального командования и поддержки ОАЭ… но она имеет собственные ВВС, включая и самолеты, и вертолеты, а также свой независимый флот.

С того момента, правда, Эрик Принс не играл ведущей роли в различных противостояниях на Ближнем Востоке. Но 23 июня поступили сведения, что Принс, связанный с ОАЭ, выиграл тендер на обеспечение безопасности на Юге Сомали. Правда, не один, а в сотрудничестве с китайской фирмой FSG (Frontier Services Group). Принс уже провел беседу с президентом «Юго-западного Сомали» (автономного региона страны) шерифом Хасаном шейх Аденом, и эти двое решили создать управление зоной свободных инвестиций (FZIA — Free Zone Investment Authority) в Южном Сомали…

Все это происходит в то же время, когда депутат американского конгресса от Демократической партии Джен Шаковски призывает расследовать связи президента США Дональда Трампа с Эриком Принсом. Шаковски утверждает, что Принс был посредником, со стороны Абу Даби, в контактах между тогда еще кандидатом в президенты Дональдом Трампом и президентом России Владимиром Путиным.

Июнь 2017 г. Теракт в Могадишо. Фото: Feisal Omar, Reuters

Для Принса это  не первый проект в Сомали. Но президент ОАЭ Халифа ибн Зайд Аль-Нахайян в целом мыслит стратегически, например, в сентябре 2015 года он распространил свое влияние на Эритрею, разместив военный контингент на военной базе в порту Асаб. Съемки с воздуха свидетельствуют о наличии на базе танков и самолетов ОАЭ. А также Объединенные Арабские Эмираты наращивают свое присутствие и в Сомалиленде, самопровозглашенном государстве, возникшем в северной части Сомали (Африканского Рога). Оно де-факто ведет себя, как суверенное образование, хотя де-юре не признано никем в мире. И правительство Сомалиленда разрешило ОАЭ присутствовать и в своем аэропорту Бербера. ОАЭ подписали с властями соглашение развивать и отстраивать аэропорт и автостраду, ведущую к нему. Стоимость автострады — около 250 миллионов долларов, и она соединит Сомалиленд с Эфиопией. Подписан и ряд других соглашений.

Зачем это ОАЭ? Их волнуют, среди прочего, сомалийские пираты. В мае 2017 года грузовой корабль, направляющийся из Шри-Ланки с топливом на борту, затерялся в прибрежных водах Сомали, успев послать сигналы SOS и рапорт о том, что его преследуют. Для ОАЭ пираты – серьезная опасность. Согласно сайту французского Минтранса, тот самый похищенный корабль, «Арис- 13», принадлежит панамской пароходной компании «Ареми», управляемой из ОАЭ.

А еще одну возможность для ОАЭ укрепить здесь свое влияние дает… лагерь беженцев Дабааб. Он находится в соседней с Сомали стране — Кении, но близ границы. Огромный лагерь, в котором живут более 350 тысяч беженцев, стал местом вербовки террористов для сомалийской исламистской террористической организации «А-Шабаб», которая проводит теракты на территории Кении. Несмотря на это, в феврале 2017 года кенийский суд принял решение о том, что «нельзя закрывать самый большой в мире лагерь беженцев и высылать более 200 тысяч человек назад, в Сомали, где идет война». Однако многие беженцы и сами возвращаются из Кении в Сомали, и здесь ОАЭ включается в геополитическую игру. И вот месяц назад Эмираты заявили о готовности помочь и этим беженцам.

Интерес ОАЭ к Сомали очевиден. Эта страна не даст туркам и катарцам так просто распространить свое влияние на данной территории. Вместе с американцами, ОАЭ поддерживает сомалийские милиции, дабы противостоять катаро-турецкому союзу. И это противостояние будет длиться долго.

Доктор Евгений Клаубер. Фото: Esam Al-Fetori, Reuters

Размер шрифта

A A A

Реклама