Либерман требует денег, Кахлон против

Министр обороны хочет отказаться от бюджетного соглашения с Минфином, чтобы прибавить армии еще 4.8 млрд. шекелей. В этом с ним согласен Нетаниягу, а вот от начальника генштаба ЦАХАЛа Либерман не получил явно выраженной поддержки.

Соглашение между министрами финансов и обороны было подписано 24 ноября 2015 года. Оно стало первой договоренностью такого рода. Тогда Моше Кахлон пообещал, что на протяжении пяти лет оборонный бюджет будет стабилен, что сделает возможной реализацию амбициозного многолетнего плана начальника генштаба Гади Айзенкота — «Плана Гидеона«. (Помимо прочего, этот план включал в себя сокращение 2.5 тысяч кадровых военных и сокращение на 100 тысяч числа резервистов, а также снижение возраста командующего состава: с 35-37 до 32 лет для комбатов, и с 45 до до 40-42 лет для комбригов — прим. «Детали») В обмен на это Моше Яалон, возглавлявший тогда Минобороны, взял на себя обязательства выполнить определенные требования Минфина и не выходить за оговоренные рамки, если не произойдут «кардинальные» стратегические изменения.

Но главе правительства очень не понравилось, что соглашение было заключено у него за спиной и от него скрыли сам процесс подготовки. По словам людей, вовлеченных в переговоры, Нетаниягу на протяжении многих лет прибегает к тактике «разделяй и властвуй», сталкивая министров между собой, чтобы в итоге принимать решения самостоятельно. А продолжительная стабильность, в которой заинтересован начальник генштаба, премьеру не так важна.

Сегодня Либерман пытается изменить прежнее соглашение, мотивируя это тем, что за два года произошли серьезные изменения. Он считает, что российское и иранское присутствие в Сирии, и пополнение арсенала «Хизбаллы» высокоточными ракетами требуют от нас увеличить оборонный бюджет на 4,8 млрд. шекелей в течение трех лет — чтобы увеличить объем закупок вооружений, который сейчас, по соглашению с Кахлоном, определен в 31 млрд. шекелей в год. Общий же бюджет Министерства обороны, включая пенсионные и реабилитационные пособия, составляет около 70 млрд. шекелей в год.

Как и ожидалось, Кахлон решительно отверг эту просьбу, напомнив Либерману о соглашении. Айзенкот не выражает своей позиции (чем, в общем-то, дает понять, что он верен джентльменскому соглашению с Кахлоном), возможно, опасаясь потери финансирования столь важных для него реформ больше, чем стратегических изменений. Если политики прикажут ему получить больший бюджет, Айзенкот найдет, что с ним делать. Но он предпочитает, чтобы этот процесс прошел в координации с Министерством финансов.

22 ноября Нетаниягу провел первое обсуждение требований Либермана. Участвовали министры обороны и финансов, начальник генштаба и высшие чиновники Минфина. Встреча была короткой, договорились собраться еще раз — Нетаниягу надо было заниматься проблемами, требующими более срочного решения, в том числе кризисом в отношениях с ультраортодоксами. Но люди, которые разговаривали с главой правительства в последнее время на эту тему, говорят, что он с пониманием относится к требованию Либермана. И более того: возможно, он полагает, что прибавку надо увеличить. На том заседании Нетаниягу и Либерман чуть ли не конкурировали в том, кто мрачнее опишет ситуацию в регионе. Но в итоге размер прибавки будет зависеть и от внебюджетных источников — таких, например, как ЕНФ.

Главные аргументы главы правительства сосредоточены на Иране и его региональных саттелитах, от «Хизбаллы» до «Исламского джихада». Иными словами, жизнь нетто — вместо программы «семья нетто». Или, как говорили 50 лет назад, «пушки вместо носков».

Амос Харэль, «ХаАрец». Публикуется в сокращении. Фото: Дуду Бахар

тэги

Размер шрифта

A A A

Реклама