В деле помилования не все зависит от президента

Поможет ли заключенному солдату Эльору Азарии то, что министр обороны Авигдор Либерман попросил президента Ривлина его помиловать?  Ранее военный суд приговорил «стрелка из Хеврона» к 18 месяцам тюрьмы и разжаловал до рядового. А в сентябре начальник генштаба Гади Айзенкот сократил срок его тюремного заключения на четыре месяца, учтя нежелание Азарии раскаяться в содеянном.

Адвокат Зеэв Фарбер напомнил «Деталям»: хотя рекомендация министра обороны имеет в данном вопросе определенный вес, все решает не один лишь президент.

— Полномочиями в этой сфере обладает начальник генштаба — но только в отношении преступлений, подсудных военному суду. Тогда как президент может помиловать всех, включая и осужденных военным судом, — сказал Зеэв Фарбер. — Но при этом на помилование нужно получить согласие министра юстиции.

Закон весьма интересно определяет полномочия президента: его подпись под любым документом не имеет силы, если рядом не стоит подпись премьер-министра или любого из министров. Вопрос о том, относится ли это к его полномочиям по помилованию, в свое время дошел до Высшего суда справедливости. Все-таки это исключительная прерогатива президента. И сначала БАГАЦ оставил право помилования в руках президента, но затем расширенный состав Верховного суда пересмотрел это решение, постановив, что визировать решения должен министр юстиции.

— Раньше начальник генштаба мог и сам помиловать Эльора Азарию, но решил этого не делать. А сейчас его рекомендация не нужна?

— Нет, не нужна. Он может помиловать того, кто осужден военным судом. Начальник генштаба использовал свои полномочия, когда сократил Азарии часть срока и, по-видимому, счел это достаточным.

—  Иными словами, начальник генштаба за то, чтобы Азария сидел в тюрьме, а министр обороны — за то, чтобы его помиловать?

— Если бы Гади Айзенкот считал, что военнослужащего необходимо помиловать, то мог сделать это сам. Вполне логично, что если он сам этого не сделал, то и президенту он не рекомендует подписать акт о помиловании.

— Как долго рассматриваются просьбы о помиловании и сколько времени может занять процесс в данном случае? Не лишено ли все это смысла, имея в виду короткий срок Азарии?

— В полномочия президента входит не только помилование. Он может аннулировать судимость в личном деле. Ведь даже после того, как Азария отсидит, эта запись может ограничить его при устройстве на ту или иную работу, в получении оружия и т.д.

Сам процесс, конечно, длительный. Есть специальная комиссия по помилованию при Минюсте. Это профессиональная комиссия, которая готовит материалы, отправляет запрос в прокуратуру, при этом, как правило, стремится пообщаться с прокурором, который вел дело. В этой комиссии нет постоянного состава. В нее, как правило, и обращаются на первом этапе.

Но данный случай особый. Дело Азарии вызвало значительный общественный интерес и споры в обществе. Не случайно многие военные, юристы и политики считали, что дело не стоило доводить до суда, а если военнослужащий поступил неправильно, достаточно дисциплинарно его наказать, не раздувая скандал.

Часть общества в помиловании заинтересована, и, возможно, именно поэтому дело Азарии будет рассматриваться быстрее. Ведь его и так уже рассмотрели со всех сторон. На Азарию заведена толстая папка в Министерстве юстиции, ее просто передадут в комиссию по помилованию. В обычном режиме рассмотрение занимает несколько месяцев, но в его случае может сократиться до считанных недель.

— Существует ли статистика того, кто из израильских президентов чаще пользовался своим правом на помилование, а кто реже?

— Опубликованной статистики нет. Бытует мнение, что Эзер Вейцман очень мало пользовался своими полномочиями, а последующие президенты были более активны. В отношении Ривлина пока не сложилось никакого мнения. Но он ведь сам юрист, бывший адвокат, и уже принял решения о помиловании нескольких человек.

Кстати, рассмотрение в БАГАЦе, о котором я упомянул выше, произошло во время президентства Кацава. Минюст отказался давать рекомендацию о помиловании одного заключенному, который отбывал наказание за убийство и изнасилование. Он был приговорен к пожизненному заключению, отсидел 12 лет, и Кацав намеревался ограничить срок пребывания этого преступника в тюрьме. Поэтому и был подан иск в Высший суд справедливости. Так что Кацав использовал свое право на помилование шире, чем обычно, даже несмотря на противодействие министра юстиции.

— Самому Кацаву это не помогло…

— Ни Кацаву, ни тому заключенному — БАГАЦ оставил в силе право министра юстиции на дополнительную подпись.

— Статистика не публикуется, а мы узнаем о возможностях помилования из резонансных дел. Но можно предположить, что к президенту за помилованием обращаются не только те, о ком трубит пресса.

— Знаете, если поговорить с заключенными, отбывающими сейчас наказание, к примеру, в тюрьме Аялон, то они точно вам скажут, какой президент был хорош в вопросах помилования, а какой плох, потому что не пользовался своим правом. Но ведь на самом деле все очень ограничено комиссией по помилованию при Министерстве юстиции. От президента тут не очень много зависит. Президент у нас — фигура представительская практически во всем, и, похоже, что после того решения БАГАЦа его функции в вопросах помилования тоже стали более представительскими.

Олег Линский, «Детали». Фото: Томер Аппельбаум


тэги

Размер шрифта

A A A

Реклама