Мэры и криминал – рука руку моет

В политической системе признают, что для того, чтобы вести муниципальную предвыборную кампанию, кандидаты должны полагаться на пожертвования, которые могут ввести их в большие долги. Денежный долг можно вернуть, но политический останется. «Даже если ты вернул деньги, сам по себе факт, что кто-то одолжил тебе миллион шекелей, налагает обязательство, от которого трудно быстро отделаться». Так дорога в кабинет следователя становится намного короче.

Одним из самых интересных городов на этих муниципальных выборах на этот раз стал Рамат-Ган, в котором второй тур в точности повторяет то, что было пять лет назад:  борьба снова идет между действующим мэром Исраэлем Зингером и бывшим депутатом кнессета Кармелем Шамой-Хакоэном.

В прошлый раз победил Зингер. Но вряд ли кто-то из его лагеря забудет первое заседание муниципального совета, которое после выборов прошло в прямой трансляции, и там Шама-Хакоэн заявил: «Сегодня у нас, в самом деле, есть чистый мэр, который сидит в своем кресле, но этого не скажешь о тех, кто входит и выходит из его кабинета. Вы только посмотрите на эту стаю махеров и продажных подрядчиков!»

Год спустя, когда Зингер оказался под следствием, которое закончилось в этом июле, очистив его от всех подозрений, Шама-Хакоэн сказал в интервью «TheMarker», что кампания Зингера «основывалась на связях с преступными элементами. Я ему сказал, что эти люди уже обращались ко мне, и я отказался иметь с ними дело. Я ему сказал: «Порви все связи с этими людьми, чтобы они не могли тебе угрожать. Муниципалитет наймет тебе телохранителя. Ты не обязан выполнять никаких обязательств, которые им дал».

Шок Шамы-Хакоэна можно было объяснить его переходом из национальной политики в муниципальную. Многие политики, которые совершили этот переход, обнаруживают различия между двумя аренами. Например, депутат Йоэль Хассон («Сионистский лагерь») тоже их обнаружил в этом году, когда собрался баллотироваться на пост мэра Ришон Лециона. В интервью «TheMarker» он сказал, что на местах все сложнее, потому что нужно хорошо знать город и людей, и до тонкостей – общее положение в городе. Местная политика, в которой принимают участие много игроков, носит намного более личный и эмоциональнй характер. В дополнение к этому, вся система отлажена таким образом, чтобы укрепить действующего мэра. Когда ты появляешься на местной арене без всякой партийной поддержки, твоя способность  собирать деньги и начинать предвыборную кампанию против действующего мэра сильно ограничена. Это почти невозможно, разве что ты берешь на себя обязательства, с которыми не расстанешься всю жизнь. Без партийной поддержки ты обнаруживаешь, что тебе надо
самому собирать деньги и брать на себя обязательства перед заинтересованными лицами. Не хотел бы я оказаться в кресле мэра с такими кредиторами».

По словам Хассона, «на протяжении многих лет, когда были попытки сделать выборы честными и для новых кандидатов тоже, теми, кто совал палки в колеса, были мэры-ветераны, которые контролировали положение в национальной политике, особенно – в ЦК «Ликуда». Поэтому так и не были приняты законы об ограничении срока на посту мэра или финансировании выборов, которые позволили бы прийти новым кандидатам, не зависящим от строительных подрядчиков.

Требуемые денежные ресурсы очень велики. На праймериз ты можешь получить от спонсора до 10 тысяч шекелей, когда самая большая организация, в которой ты должен баллотироваться – «Ликуд»  –  насчитывает 120 тысяч человек. В то время как в Тель-Авиве, где живут сотни тысяч избирателей, можно получить от спонсора не больше 5 тысяч шекелей. Только тот, кто входит в гонку, будучи миллионером, может рассчитывать на хороший старт. В прошлом я думал о законе, который ограничил бы мэров только двумя сроками на посту, когда для переизбрания на третий срок им потребуется не меньше 50 процентов голосов. Но я даже не пытался продвигать эту инициативу, потому что знал, что нет никаких шансов справиться с действующими мэрами», закончил Хассон.

Привычка полагаться на пожертвования весьма проблематична, потому что у каждого спонсора и каждого избирателя может быть личный интерес на местных выборах. Месяц назад, на предвыборном митинге «Еврейского дома» в Нес-Ционе, одним из ораторов был член совета Ицхак Коэн, входящий в комиссию по планированию и строительству. «Я хочу извиниться перед теми жителями, чьи просьбы мы не утвердили, – сказал он. – Мы это сделали, исходя из необходимости беречь общественные средства». Под этим подразумевалось то давление, которое оказывают на членов муниципального совета все потенциальные избиратели, желающие хотя бы застеклить балкон.

Депутат кнессета Орен Хазан («Ликуд»), который взвешивал возможность баллотироваться в Тель-Авиве, с этим согласен. «Я очень хотел баллотироваться. Но в «Ликуде» не считали нужным выставить своего кандидата. На муниципальных выборах все по-другому: там куча проблем, начиная от канализации и до детей, которым нет места в школе. Давление носит намного более личный характер, например, со стороны граждан, которые обращаются за помощью, потому что недовольны учительницей в школе. В то время, как депутат кнессета имеет дело с проблемами мира и экономики. На фоне такого прессинга финансирование становится проблематичным делом».

По словам Хазана, иная система финансирования на муниципальных выборах порождает давление, которое угрожает чистоте рук и выборов. «Сегодня депутаты кнессета получают из госказны твердую сумму, которая должна позволить им позаботиться о чистоте выборов, поэтому на общих выборах тебе не о чем беспокоиться – ты и так знаешь, что не останешься с долгами. На муниципальных выборах ты за все платишь сам, и только в случае успеха окупишь все затраты.

Это давление сбивает тебя с толку. По всему Израилю найдется немало людей, которые хотели баллотироваться и имели шансы на победу, но были не готовы рисковать личными деньгами за счет своих детей. Этот вопрос надо урегулировать на местных выборах, чтобы гарантировать равенство кандидатов», сказал Хазан.

Общественность знает лишь о малой доле тех обязательств, которые берут на себя кандидаты. О пожертвованиях, получаемых ими, сообщается на интернет-сайте госконтрорлера, но там нет не слова о тех ссудах, которые они берут. Закон о выборах гласит, что кандидаты смогут получить финансирование взависимости от числа мандатов, полученных на выборах. По естественным причинам, они не знают, сколько денег смогут вернуть. Поэтому получаемые ими ссуды – это своего рода личная любезность.

Об этом сказал один из политиков, который в прошлом взвешивал возможность баллотироваться на муниципальных выборах: «Даже если ты возвращаешь деньги, сам по себе факт, что кто-то одолжил тебе миллион шекелей, налагает обязательство, от которого трудно быстро отделаться».

Сегодняшний закон о финансировании приводят к многочисленным расследованиям, которые мы видим в местных органах власти. Пока этот закон не изменят, нам придется подождать, чтобы посмотреть, как будут себя вести мэры, которые скоро займут свои кресла, и хорошенько проверить, – как это определил Кармель Шама Хакоэн – не въехали ли они в свой кабинет верхом на тигре, которого придется кормить в ближайшие годы.

Хагай Амит «TheMarker», Р.Р.

На фото: Кармель Шама Хакоэн. Фото: Офер Вакнин.

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend