Израиль, ПА и Газа: планы на послезавтра

Несколько дней назад, в начале июля 2018 года Министерство обороны Израиля опубликовало информацию о том, что с начала года боевики осевших в секторе Газа террористических группировок выпустили по прилегающим к сектору районам южного Израиля 289 ракет и минометных снарядов. По сравнению с 35 такими обстрелами в прошлом, 2017 году, и 15-ю — в 2016-м.

Военные и политические планы

Все это означало серьёзную эскалацию противостояния между Израилем и управляющим Газой движением радикальных исламистов ХАМАС. А также и то, что новая масштабная антитеррористическая операция в секторе становится все более реальной.

Судя по настроениям в минобороны и канцелярии премьер-министра, операция ЦАХАЛа в секторе на этот раз должна быть мощной, короткой и для режима исламистов последней. Или, во всяком случае, однозначность их поражения позволит Израилю, и только ему, диктовать условия окончания противостояния, оставим посредникам договариваться только о технических деталях.

Имеющиеся в Генштабе ЦАХАЛа планы, судя по данным опубликованным израильскими СМИ, включают три базовых параметра. Это обеспечение максимальной защиты западного Негева и израильского тыла в целом, массированное использование всех имеющихся у армии огневых средств уже буквально с первой минуты конфликта, и быстрый переход к наземной операции с целью рассечения территории сектора на операционные зоны и изоляции и уничтожения группировок исламских боевиков. После этого удара ХАМАСу и «Исламскому джихаду” понадобятся годы на то, чтобы восстановить свою структуру – если они вообще смогут это совершить когда бы то ни было.

Источник в высшем руководстве армии, который цитирует в своей статье на портале Ynet известный военный обозреватель Рон Бен-Ишай, полагает, что сегодня армия готова к наступательным операциям в секторе более, чем когда бы то ни было. Подобные заявления звучали и в прошлом, замечает автор, и нередко вызывали скепсис, но сегодня «в том, что у командования Южным округом имеется детальный оперативный план достижения поставленных целей и необходимые для этого возможности, практически нет сомнений».

Но если то, что будет «завтра», уже более-менее понятно, вопрос о том, кто возьмет на себя контроль над Газой и ответственность за ее, по разным оценкам, 1.2 – 2.5-миллионное арабское население, пока не решен. Сегодня перспективы сохранения прежней политики в отношении ХАМАСа, в свете низких шансов на нормализацию этой террористической группировки, крайне невелики. Нынешняя ситуация отличается от прежних раундов конфликта, когда перед ЦАХАЛом ставилась задача восстановления «красных линий» и укрепления механизма «сдерживания» террористических структур – но не демонтажа режима ХАМАСа, играющего роль фактического суверена в секторе.

Судя по всему, вариант передачи власти в зачищенном от террористов секторе главе Палестинской национальной администрации (ПНА) Махмуду Аббасу на повестке дня также не стоит. Хотя именно на такой версии событий настаивают израильские левые и их единомышленники за рубежом, полагая, что только таким образом можно стимулировать готовность ПНА/ООП к возобновлению дипломатического процесса и втянуть в него ХАМАС. Другая популярная в этих же кругах идея утверждает, что ПНА является единственным возможным инструментом восстановления инфраструктуры сектора и перевода туда финансовых средств. Поэтому Израиль и международное сообщество, по этим мнениям, должен сотрудничать именно с Рамаллой.

Однако ни та, ни другая идея не встречает особого понимания ни в израильском руководстве, ни в экспертных кругах, ни в обществе – и, в общем, по понятным причинам. Примирение между управляющими ПНА «светскими националистами» из ФАТХа/ООП и радикальными исламистами из движения ХАМАС, с передачей оружия его боевого крыла и возвращения сектора под контроль Рамаллы, не имеет сегодня шансов на реализацию. И именно команда главы Палестинской автономии (ПА) Махмуда Аббаса является сейчас главным препятствием любых усилий по разрешению «гуманитарного кризиса» в секторе, включая проекты улучшения инфраструктуры, строительства солярной электростанции и порта.

Показательно, что председатель ПА был приглашен американцами, наряду с представителями 20 стран, на организованную Белым домом 13 марта 2018 конференцию по теме Газы, на которой тогдашний координатор действий правительства Израиля на контролируемых территориях Иудеи и Самарии генерал Йоав (Поли) Мордехай озвучил некоторые из возможных гуманитарных программ. Но Махмуд Аббас и тогда предпочел бойкотировать встречу. А два месяца спустя послал своих эмиссаров в страны Залива, поставив передними задачу убедить тамошних лидеров воздержаться от финансирования плана, который, якобы, под видом «гуманитарной помощи Газе» ставит целью навсегда разделить сектор и палестинские арабские анклавы на Западном берегу реки Иордан.

Причем, за усилиями лидеров ПНА торпедировать планы реконструкции Газы под лозунгом «нет [палестинскому] государству ни в Газе, ни без Газы» стоит не просто желание «наказать» своих исламистских врагов и примкнувших к ним конкурентов. И даже не просто сохранить свой статус в качестве единственного «адреса» для Израиля, США, ЕС или региональных субъектов на «палестинской арабской улице». Но прежде всего не допустить реализацию любой из имеющихся на повестке дня моделей урегулирования проблемы палестинских арабов, которая бы устроила основные мировые и региональные субъекты, однако по определению не устраивает пост-арафатовский клан в Рамалле. И прежде всего – «сделки века» Трампа, позитивный момент для представления которой, по данным газеты «ХаАрец», американцы надеются создать, успокоив, с помощью финансово-экономических компонентов своей идеи, положение в сфере безопасности.

Перспективы Абу-Мазена

В Рамалле, судя по всему, прекрасно понимают, что план Трампа, в случае своей реализации, грозит закрыть «палестинский файл», превратив лидеров ООП в политиков пятого-шестого ряда, с потерей ими всех информационных и финансовых дивидендов, которые им дает бесконечная «война за мир с Израилем».

Суть этой дилеммы довольно точно оценили в газете The Washington Post член Совета по международным отношениям Макс Бут и старший научный сотрудник Центра исследований стратегии и международных отношений Сю Ми Терри. «Процесс Осло, начатый в 1993 году, предложил палестинским (арабам) сделку: прекращение вооруженного противостояния и признание Израиля — в обмен на свое государство. Чтобы подсластить сделку, США и их союзники предложили ПА финансовую и экономическую помощь, в рамках которой, начиная с 1993 года, ПНА получила более $31 миллиардов только прямых субсидий. Фактическая столица палестинских (арабов) – Рамалла поражает обилием сверкающих новых зданий. ВВП на душу населения более чем удвоился – с $1,200 в 1994 до $2,900 сегодня».

Палестинцы собирают пшеницу на поле в окрестностях Рамаллы. Фото: Гиль Коэн-Маген

Эта экономическая помощь, возможно, как-то стимулировала сотрудничество с Израилем в сфере безопасности, заключают авторы статьи (и от себя добавим — оно все эти годы является критическим условием выживания, в самом прямом смысле слова, Махмуда Аббаса и его приближенных, спасая их от покушений исламистов). Но она никоим образом не приблизила мир между сторонами, поскольку, по мнению авторов, ни один палестинский лидер, не только из ХАМАСа, но и из ФАТХа, не готов подписать соглашение с Израилем, которое будет означать завершение конфликта — потому, что борьба с Израилем является интегральной частью палестинской (арабской) идентификации.

С этой точки зрения следует, вероятно, оценивать и нынешнюю стратегию Махмуда Аббаса, призванной вернуть в центр общеарабской и международной повестки дня палестинскую тему, стремительно теряющую релевантность в ситуации существенно более актуальных для ближневосточного региона вызовов и угроз. Ее базовыми элементами являются кампания де-легитимации еврейского государства в международных организациях, массированная антиизраильская пропаганда и подстрекательство арабского населения. Это часть общей программы де-нормализации отношений ООП и Израиля — вопреки заложенным в основу тех же соглашений Осло принципов их «нормализации».

Недавним примером стала организованная ПНА кампания давления и запугивания членов аргентинской сборной, в итоге заставившая их отказаться от товарищеского матча со сборной Израиля в Иерусалиме. Смысл такого рода действий прямо объяснил еще в 2014 году секретарь центрального совета ФАТХа и министр по делам спорта ПА Джабриль Раджуб: по его словам, «любая деятельность по нормализации в сфере спорта с сионистским врагом является преступлением против человечности». А два года спустя он объявил «предателями» любых арабов, которые попытаются нормализовать отношения с Израилем.

Что и привело израильское руководство к логичному выводу об издержках «политического процесса», которые сегодня превосходят для Израиля плюсы от поддержания «партнерских отношений» с ПНА/ООП на «медленном огне». Тем более, что администрация США также пришла к выводу, что «ословская» схема «два государства для двух народов» может быть лишь одним из многих вариантов — причем, возможно, не самым продуктивным — решения «палестино-израильского» конфликта.

Саудовцы и их союзники также не видят перспектив партнерства с лидерами ПНА, мешающих прозападным суннитским режимам обойти препятствия, которые создает им незакрытый «палестинский файл» в обеспечении их неотложных оборонных и прочих потребностей.

Сектор Газы — под контроль иностранцев

Иными словами, коль скоро ни ХАМАС, ни ПНА не рассматриваются больше в качестве суверенов в секторе, способных долго поддерживать режим мирного сосуществования с Израилем и не мешать американо-израильско-суннитским региональным планам — то остаются две другие опции. Либо ре-оккупация Газы Израилем, чего там хотели бы избежать, но вынуждены иметь ее в виду из-за перспектив погружения этого сектора в полный хаос, с перспективой его перехлеста на приграничные районы страны. Либо поиск оптимальной модели «внешнего управления» сектором, с перенесением ее, в случае успеха, и на арабские «кантоны» на Западном берегу.

Фото: Нир Кафри

Судя по всему, оптимальной формой такого управления Вашингтону и Иерусалиму видится система, назовем ее, «покровительства», с передачей ответственности в сфере безопасности Израилю, а контроля над административно-хозяйственным механизмом – суннитским союзникам США. По данным СМИ, Вашингтон, заинтересованный сделать свой ближневосточный план «обще-суннитским проектом», предложил стать частью этой системы не только членам проамериканской «саудовской четверки» (Саудовская Аравия, ОАЕ, Египет и Иордания), но и их конкурентам и соперникам в региональном суннитском сегменте, Турции и Катару.

Обе эти страны известны сегодня как главные покровители суннитского радикализма и спонсоры террористической группировки ХАМАС («палестинского филиала» движения «мусульманских братьев», чьей «турецкой версией» считается режим «Партии свободы и справедливости»). Они имеют также тесные связи с главным врагом суннитской оси – Ираном.

Президент Турции Реджеп Эрдоган, проводящий акцентированный антиизраильский курс и явно заинтересованный не в успокоении Газы и ослаблении ХАМАСа, а напротив, в усилении этой группировки и эскалации ее конфликта с Израилем, предложения американцев решительно отверг. А вот история с Катаром чуть сложнее.

Как нам уже приходилось замечать, в начале десятилетия Катар выдвинулся было на роль главного донора-распорядителя режима ХАМАСа в Газе, и даже какое-то время конкурировал с другими соискателями этой роли. Однако сегодня Доха вынуждена решать более актуальные для себя задачи выхода из изоляции, в которой Катар оказался из-за партнерства с Ираном и его сателлитами – режимом Асада в Сирии и южно-ливанской «Хизбаллой», что Эр-Рияд и его союзники в суннитском мире считают нарастающей экзистенциональной угрозой. И участие в проекте «реконструкции» Газы в продвигаемом Белым Домом и саудовцами варианте может быть одним из решений данной проблемы.

Сложно, однако, сказать пока, насколько участие Дохи в плане «Газа вначале» выйдет за рамки интриг и общих деклараций. Потому, ключевую роль в финансировании проекта, в случае его реализации, судя по всему, будет принадлежать Саудовской Аравии и ОАЭ, а «административный надзор» — Египту и, возможно, частично Иордании. В то время как США, ЕС и возможно, другие державы, имеющие интересы в регионе (такие, как Россия и Китай) предоставят некие дипломатические, политические и, частично, финансовые гарантии функционирования этой схемы. К этим механизмам могут подключиться и иные региональные игроки — например, союзники Израиля в Восточном Средиземноморье (индикатором чего и стала идея морского терминала на Кипре для Газы и ПНА – идея, которая, как и следовало ожидать, не нашла позитивного отклика ни в Газе, ни в ПА, где требуют «полного снятия блокады сектора»).

Мнения экспертов в отношении итогов процесса расходятся. Позиции скептиков суммировал известный израильский публицист Бен-Дор Ямини, который в своей статье, опубликованной сайтом Ynet, приходит к выводу: чтобы ни содержалось в мирных инициативах США, палестинские арабы отвергнут их, так же, как они отвергли планы Клинтона, предложения Ольмерта и инициативу Барака Обамы и Джона Керри. А без их согласия умеренные суннитские режимы, как бы они ни хотели реализации планов Белого Дома, не смогут сдвинуться с места. Потому, по его мнению, лучшее, что может остаться в наследство от нынешнего витка инициатив и конфликтов – это демонтаж значительной части международной инфраструктуры (подобной UNWRA и прочих специальных про-палестинских структур), которая все еще позволяет палестинским арабским лидерам надеяться, что бесконечное повышение планки и без того иррациональных требований даст эффект.

Другую позицию в интервью газете Globes представил Деннис Росс, бывший спецпосланник президента США Билла Клинтона на Ближний Восток, который также входил в Совет национальной безопасности в администрации президента США Барака Обамы, где отвечал за связи США со странами Ближнего Востока и Персидского залива. По его мнению, спецпосланники Трампа на Ближнем Востоке Гринблатт и Кушнир провели серьезную работу и всерьез настроены довести сделку до конца. А априори отрицательная позиция Рамаллы является причиной, по которой Белый Дом правомерно фокусируется на работе с арабскими лидерами. И хотя, по мнению Росса, они не смогут принять решение за палестинцев, они – особенно, если проект поддержат страны Европы– смогут создать тот политический климат, который не позволит палестинским вождям бесконечно говорить «нет».

Зеэв Ханин— специально для сайта «Детали». Фото: Моти Мильрод

Об авторе: Доктор Владимир (Зеэв) Ханин — политолог, сотрудник университета Бар-Илан и профессор Ариэльского университета.


Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend