Итоги визита: «Если бы Трамп еще сам знал, чего он хочет…»

Известный израильский политолог, американист Эли Каждан поделился с «Деталями» своими впечатлениями от программной речи Дональда Трампа в Музее Израиля.

— Вас впечатлила речь? Насколько она достойна того, чтобы считаться исторической?

— Эта речь была даже лучше, чем можно было ожидать. Тот, кто думал, что Трамп объявит о переносе посольства США в Иерусалим, просто не понимал, о чем он говорит. А вот на реалистов она и в самом деле произвела немалое впечатление.

Главным в ней был отказ от так называемого принципа симметрии, или эквивалентности, который исповедовали до сих пор все западные политики. Согласно этому принципу, обе стороны несут «равную ответственность», они обе должны приложить «равные усилия», и т.д. Так вот, этого мы на сей раз не услышали. Израиль в этой речи был не частью проблемы, а частью ее решения. Трамп четко сказал арабскому и всему остальному миру, что без признания Израиля и его роли в регионе никакого мира здесь не будет вообще.

Одновременно он не позволил себе ни одного слова критики в адрес Израиля. Ни слова не было сказано ни про поселения, ни про ведущееся в них строительство, ни про облегчение условий пропуска палестинцев через КПП. Трамп вообще не выдвинул к Израилю никаких требований, он не заявил, что «вы тоже виноваты в отсутствии продвижения к миру» и т.п. И это, кстати, удивило очень и очень многих…

— В то же время он произнес до боли знакомые слова о том, что обеим сторонам «предстоит принять тяжелые решения», пойти на серьезные и болезненные уступки и т.д.

— Но при этом ясно показал, что не собирается давить ни на нас, ни на палестинцев; ничего ни от кого в данный момент не требует. Таким образом, Трамп дает нам возможность самим решить, что и когда делать. Ошиблись те, кто думал, что Трамп потребует возобновить мирный процесс. С другой стороны, он четко определил, кто в данном случае на стороне добра, а кто входит в ось зла. На стороне добра – мы, Израиль, а вот ось зла составляют, конечно, не палестинцы, а ХАМАС и «Хизбалла», с которыми, как и с Ираном, американцы ни при каких обстоятельствах вести переговоры не собираются.

— Какие последствия в дальней и ближней перспективе могут быть у этой речи?

— Если бы президентом США был кто-нибудь другой, то я мог бы, по меньшей мере, попытаться ответить на этот вопрос. Но с Трампом я этого делать не стану. Кто знает, что с ним произойдет на обратном пути; кто ему наступит на ногу или чего-то наговорит, в результате чего он полностью изменит свое мнение, и эта речь уже ничего стоить не будет?! Во всяком случае за короткое время своего президентства он уже не раз менял свое же мнение. Поэтому на месте наших политиков я бы не слишком полагался на то, что президент останется верен всем идеям, высказанным в Иерусалиме.

Я думаю, что для самого Трампа и для большинства американцев более важным был визит в Саудовскую Аравию, который принес вполне конкретные результаты. И все же тот факт, что Трамп человек в определенной степени религиозный и члены его семьи связаны с еврейством и Израилем, безусловно, играет свою роль. То, что он надолго поставил в своем Твитере фотографию у Стены Плача в черной кипе, говорит об очень многом. Ведь до этого ни один действующий президент США не был у этой еврейской святыни. Все это вселяет надежду, но, повторю, господин Трамп очень непредсказуемый человек, а потому надо подготовить планы и на тот случай, если он вдруг захочет нас слишком сильно обнять и вместо очередного пожатия рук попытается их выкрутить.

— Какое место Ближний Восток занимает в системе приоритетов Дональда Трампа? Или все же главной для него является проблема Северной Кореи?

— Нет сомнения, что больше всего его волнует внутренняя политика. Но Трамп начинает понимать, что его расчеты на то, что внутри США он быстро добьется каких-либо кардинальных сдвигов, оказались ошибочны. Поэтому он плавно перешел на внешнюю политику, и сразу же немного запутался как с Россией, так и с Китаем, и Северной Кореей. Да и с Ираном тоже. Поэтому наша главная задача заключается в том, чтобы с одной стороны, мы не оказались в самом центре его приоритетов, а с другой — чтобы он вообще не махнул на нас рукой, решив, что все равно ничего здесь не добьется.

— У меня такое ощущение, что вы не очень доверяете Дональду Трампу…

— Я ему, как раз, очень верю. Я просто не уверен в том, что Трамп сам знает, чего хочет. А когда человек не знает, чего он хочет, то и ожидать от него ничего нельзя. Обратите внимание: Трамп же не сказал ничего конкретного, не предложил никакого плана, не обозначил, каким может быть следующий шаг. Так что давайте просто надеяться на лучшее, но не забывая при этом подготовиться к худшему.

Петр Люкимсон, «Детали». Фото: GPO


Размер шрифта

A A A

Реклама