Говорим Сирия, подразумеваем Иран

Когда проходит первое чувство гордости и радости от рассекреченной информации об уничтожении сирийского ядерного реактора израильскими ВВС в 2007 году, неминуемо возникают два вопроса: во-первых, почему она была засекречена столько лет, а во-вторых, почему рассекречена именно сейчас.

Ответ на первый вопрос дан одновременно с публикацией сенсационного сообщения об ответственности Израиля за уничтожение реактора: было крайне нежелательно и даже опасно предавать это дело гласности, чтобы не дразнить президента Сирии Башара Асада и не загонять его в угол, вынуждая на такие крайние меры, как фронтальная война с еврейским государством.

Израильскому политическому и военному руководству удалось сохранить в тайне получение разведывательной информации о ядерном реакторе в Аль-Кибаре, подготовке операции, а затем и ее успешном осуществлении. О том, что происходит на самом деле, догадывалась лишь горстка израильских журналистов, которым цензура запретила делиться своими догадками с читателями.

Израильские СМИ имели только право перепечатывать сообщения зарубежной прессы, но и эта пресса до поры до времени не имела понятия о том, что произошло на самом деле в сентябре 2007 года. Так, ведущая журналистка CNN Кристиан Аманпур опубликовала, неизвестно откуда полученную информацию, согласно которой израильские ВВС действительно бомбили в сентябре 2007 года объекты в Сирии, но целями были зенитные ракеты российского производства, полученные Дамаском.

Так продолжалось до 2012 года, когда американский политолог Дэвид Маковский опубликовал в The Yorker развернутую статью, в которой говорилось о бомбежке реактора и приводилось немало подробностей относительно этой операции израильских ВВС. Маковский ссылался на осведомлённые израильские источники и кто-то, судя по точности упомянутых им деталей, по-видимому, действительно его «осведомил».

Но завеса молчания, по крайней мере, в израильской прессе не была нарушена.

Тем временем в зарубежных СМИ стало появляться все больше и больше сообщений о израильских авианалетах на склады оружия на территории Сирии, предназначенного для «Хизбаллы», и конвои, доставляющие это оружие. Израиль обычно не признавал своей причастности, но и не опровергал ее, хотя в редких случаях довольно недвусмысленно давал понять – да, это мы.

Общая атмосфера в области военной цензуры изменялась, и 20 марта произошёл прорыв – Израиль официально и открыто взял на себя ответственность за уничтожение сирийского ядерного реактора 10 лет назад. Это означает, что политическое и военное руководство Израиля сочло, что опасения относительно возможной «непропорциональной» реакции сирийского президента Асада сегодня неактуальны. Надо отметить, что Амир Перец, занимавший пост министра обороны Израиля на первых этанах подготовки операции в Аль-Кибаре, не согласен с этой оценкой. Он считает рассекречивание данной информации преждевременным именно из-за крайне нестабильной ситуации в Сирии. Между прочим, сирийские СМИ пока ограничиваются перепечаткой сообщений из израильской прессы и не приводят никакой реакции Дамаска.

О том, что он санкционировал снятие цензурного запрета, сожалеет министр обороны Авигдор Либерман, но совсем по другой причине: публикация привела к яростной перепалке между израильскими генералами. Каждый из них «тянет одеяло на себя», утверждая, что разведывательный орган, которой возглавлял именно он, сыграл решающую роль в подготовке и осуществлении операции по уничтожению реактора.

Но многие комментаторы усматривают еще один очень важный мотив публикации об уничтожении сирийского реактора – это предостережение Ирану: «Мы и раньше не мирились с угрозой попадания оружия массового поражения в руки наших врагов — не смиримся и теперь».

Зеэв Аврон, «Детали», по материалам «ХаАрец»    

Фотоиллюстрация: Илан Асайяг.


Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend