У нас нет иного выбора, как убить всех

А ведь, в конце концов, мы это сделаем. Какой еще выбор у нас остался? Чего мы только не пробовали? Блокировали, герметизировали, лишали света, бомбили – что еще осталось? У нас уже кончились все идеи, а они все еще там. Мы победили, но что это за победа? За победой не следует «урегулирование». Победа – не победа, если головы не катятся по мостовой и улицы не залиты кровью. Поэтому надо разрушить Газу, не оставив там камня на камне. Выгнать их к чертовой матери и поубивать всех, кто останется.

Ясно, что другого решения нет. Это – то решение, которое Нетаниягу предложил, выступая по телевидению. Решение в том, чтобы полагаться на него, а не на Беннета, потому что у Нетаниягу это самое больше, и мы вот-вот поймем, что значит «больше». Сейчас уже ясно, что у него ничего нет и не будет, кроме того, чтобы всех убить. Убить – не «операции, о которых еще рано говорить» и не «банк целей». Просто убить молотком, а не пинцетом.

Если мы сделаем все, как надо, там погибнет больше женщин, чем солдат, и больше детей, чем террористов. Это будет нелегко. Мы их убьем с тяжелым сердцем, понимая при этом, что старики, женщины и дети – стратегическая цель, они – солдаты на фронте. Они – индикатор победы или поражения. Убил их? Победил. Убили тебя? Проиграл.

Так оно на войне: ты убиваешь всех, кого можно, а не только тех, кто будет любезен оказаться у тебя на мушке. Что нам еще осталось с ними сделать, кроме того, чтобы их поубивать? Даже не будет необходимости в «наземной операции». Жаль. Сколько убитых тель-авивцев могли бы уравняться с периферией, чтобы там не говорили, что, мол, у нас развлекаются, а у них плачут.

У нас нет иного выбора, как только разрушить Газу, иначе она разрушит нас. Спросите американцев, каково застрять с врагом, прижатым к стене. Спросите их, какой выбор оставили им японцы во время Второй мировой войны. Ведь в Хиросиме американцы уничтожили не японскую армию, а стариков, женщин и детей. Если бы не бомбардировка Хиросимы, война продолжалась бы без конца. Бомбардировка спасла жизни тысяч (американцев) ценой сотен тысяч (японцев). Уничтожение Газы принесет затишье (нам) и конец (им), и где вы заключите лучшую сделку, чем эта?

Только пусть правительство не ожидает, что мы попросим его прямым текстом убить их всех. Мы же не такие. Правительство и так понимает, что мы имеем в виду, даже если об этом не говорится вслух. Оно понимает, что «заставить Газу капитулировать» означает разрушить ее и просто-напросто всех убить.

Верно, что после этого появятся нехорошие телекадры. С трупами, кровью, мухами и плачущими детьми. Это мы стерпим  и переварим. Чтобы облегчить переваривание, назовем это «операцией», а не войной, а если «убить всех» будет звучать чересчур резко, назовем операцию «Дезинфекция Газы» или «Восстановление силы устрашения». А чтобы вы не беспокоились, мы это сделаем самым гуманным способом, разбрасывая листовки с воздуха до бомбежки, и раздавая палатки и лекарства беженцам после нее.

Роль правительства будет в том, чтобы помочь нам хорошо себя чувствовать после массового убийства. И, пожалуйста, никаких угрызений совести. Правительство должно представить убийство так, как будто у нас не было выбора, и заявить, что все цифры преувеличены, а фотографии – фальсифицированы. Оно должно заявить, что сожалеет «о гибели ни в чем не повинных граждан» (если таковые были) и объяснить, что они навлекли это сами на себя.

А что с нами? Сможем ли мы справиться с этим убийством? Как американцы справились бы с бомбардировкой Хиросимы, если бы знали, какой ценой это обойдется? И как себя чувствовал бы тот, кто требует «тяжелейшего удара» по Газе, если бы знал, что от него погибнет 30 тысяч человек?

Может быть, он сказал бы, что один окончательный удар стоит многолетнего страдания. А, может, сказал бы, что есть предел той цене, которую должна заплатить Газа. Или сказал бы: «Если так, надо найти другое решение, даже «урегулирование» или, Боже упаси, «согласование».

Потому что без урегулирования или согласования с палестинцами затишье после удара будет временным и таким же угрожающим, как и ранее. Никто не пойдет на демонстрацию ради урегулирования или согласования. Народ – справа и слева – хочет действий, а не соглашений. Народ не готов слышать от Биби, что надо еще немного отложить действия, потому что у него на голове «дело о подлодках».

Если так, выбора нет – надо разрушить Газу и убить всех ее жителей. И посмотрим, найдется ли у кого-нибудь смелость заявить, что это требование – не патриотичное, не национальное и не сионистское.

Йоси Кляйн, «ХаАрец», Р.Р.

На фото: бомбардировка Газы. Фото: Элиягу Гершкович.


Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама


Send this to a friend