Как получить первый израильский «Оскар»

В эти дни режиссер Шмулик Маоз только и успевает переходить с одного приема на другой, с одной красной ковровой дорожки на другую, в надежде, что это поможет его фильму «Фокстрот» получить заветного «Оскара». Как же работает эта хорошо смазанная и отлаженная машина, стоящая за позолоченной статуэткой, и в какой мере может помочь скандал вокруг фильма, устроенный министром культуры Мири Регев?

Как сказал продюсер израильскго фильма «Рай сейчас» Амир Харэль, «вся эта праздничная суматоха выставок, приемов, показов, коктейлей напоминает бар-мицву или свадьбу, где ты не знаешь никого из гостей. Сотни актеров и актрис, все американцы. А как там кормят! И еще раздают подарки всем, кто пришел: пакеты и чемоданчики, набитые всякой всячиной. И все это — за счет какого-нибудь продюсера или рекламного агента».

Сейчас героем стал Шмуэль Маоз с фильмом «Фокстрот», рассказывающим историю израильской семьи, чей сын служит на Богом забытом блок-посту с позывными «фокстрот». На его просмотры собирается много людей, на организованные его агентами приемы приходят все вип-персоны американской киноиндустрии. В прошлом месяце успешно завершилась первая часть рекламной кампании, когда оказалось, что «Фокстрот» сумел попасть в «шорт-лист» девяти фильмов, отобранных из 92 кандидатов, и перешел на следующую стадию.

23 января будут объявлена «горячая пятерка» кандидатов на «Оскара» за лучший фильм на иностранном языке, и тогда станет ясно, насколько близко Маоз подошел к той минуте, когда он сможет поднять над головой позолоченную статуэтку.

За последнее десятилетие четыре израильских фильма были среди кандидатов на «Оскара», но получить его удалось только Моше Мизрахи за фильм «Мадам Роза» (по книге Романа Гари «Вся жизнь впереди», с Симоной Синьоре в главной роли). Это было ровно сорок лет назад, вот только… фильм был французским.

Пока у «Фокстрота» совсем неплохие шансы. В прошлом месяце он сумел дважды оказаться на обложке «Variety», который также выбрал Маоза одним из десяти лучших режиссеров 2017 года. Эта рекомендация позволила ему принять участие в приеме для избранных кинорежиссеров в рамках кинофестиваля в Палм-спрингс в Калифорнии, который особенно любят члены американской киноакадемии (особенно те из них, кто, будучи на пенсии, входит в разные комиссии, рекомендующие иностранные фильмы для финальной пятерки). В то же время «Фокстрот» не смог попасть в пятерку кандидатов на «Золотой глобус» за лучший иностранных фильм.

Тем, кто довел практику продвижения фильмов на премию «Оскара» до уровня искусства, был человек, который в последнее время оказался в заголовках совсем по другому поводу — обвиненный в сексуальных домогательствах продюсер Гарри Вайнштейн. Он превратил предвыборную кампанию в самый агрессивный сбыт, приглашая членов жюри на роскошные приемы, где продвигал нужные фильмы самыми неожиданными способами. Так, на один из приемов он пришел с двумя внучками Чарли Чаплина, которые наперебой хвалили нужный фильм и говорили, что «дедушка был бы от него в восторге». Либо устраивал рецензию в «Нью-йорк таймс», либо уговаривал политиков сказать несколько слов о фильме, и все это производило сильнейшее впечатление, и всем хотелось увидеть картину.

Всю предвыборную кампанию «Оскара» ведут рекламные агентства, которые составляют для режиссеров целую программу встреч, интервью, приемов, просмотров, привлекая к ним внимание всех, от кого зависит выбор фильма. Бюджет рекламной кампании американских фильмов составляет от 3 до 10 млн. долларов, тогда как продвижение иностранного фильма может обойтись дешевле — в 100-200 тыс. долларов.

Есть писаные и неписаные правила предвыборной кампании «Оскара»: так, нельзя давать подарки членам жюри или уговаривать их проголосовать за тот или иной фильм. Но можно устраивать приемы, где никто не произносит слово «Оскар», зато там можно встретиться с членами жюри.

«То, что там происходит — это чистое безумие. Все живут с ощущением «жизнь, или провал, — сказал Шмулик Маоз в телефонном интервью. — И в Израиле все тоже полны ожиданий, и я будто бы должен выполнить некое обещание. Можно подумать, что я могу как-то повлиять на этот конкурс». Кампания — это хорошо смазанная рекламная машина, которой дирижирует американская дистрибютерская фирма «Сони пикчерс классикс» с единственной целью: наделать вокруг фильма «Фокстрот» как можно больше шума, чтобы когда через два месяца он выйдет на экраны, публика повалили на него толпами.

Описывая свои наезды в США в последние месяцы, Маоз сказал: «Вот прилетаю я, скажем, в Нью-Йорк, и представитель «Сони классикс» дает мне список интервью на день. Бывает, что их штук 12, и каждое по 30-40 минут.С «Ливаном» (его предыдущий фильм, снятый в 2009 году, не участвовавший в конкурсе американской киноакадемии, но показанный на многих фестивалях и завоевавший премию европейской киноакадемии за лучший дебютный фильм) мне потребовалось семь-восемь месяцев, чтобы ощутить, что я схожу с ума, но тут все происходит куда быстрей. Потому что все в конечном счете сводится к одним и тем же 4-5 вопросам. Иностранный фильм, особенно в Америке, должен тяжело работать, потому что американцы редко ходят на зарубежные ленты».

Трудно сказать, до какой степени это вдохновляет, но Маоз не одинок. На протяжении последних десятилетий любой фильм, который претендует на «Оскар», обзаводится целой командой профессионалов: пиарщиков, дистрибютеров, маркетологов, специализирующихся на проведении подобных кампаний. Задача: сделать так,чтобы фильм отхватил как можно больше «Оскаров». Средства: много праздничных показов, много вечеринок с участием людей прессы, которые смогут донести благую весть о новом фильме до широкой публики и, конечно, члены киноакадемии, которые, в конце концов, будут ставить галочки в бланках голосования и тем самым определят судьбу фильма.

Кампания фильма, претендующего на «Оскар», включает также объявления в газетах, плакаты, рассылку DVD фильмов членам киноакадемии, но главное, конечно, показы, социальная активность и всевозможные мероприятия.

Большое значение имеет политическая сторона дела: так, в прошлом году президент Трамп запретил въезд в США гражданам разных стран, включая Иран, чей фильм «Агент» вошел в пятерку кандидатов на лучший иностранный фильм. Как только члены жюри поняли, что, отдав голос за «Агента», они могут символически проголосовать против Трампа, именно это они и сделали.

В то же время в случае израильского фильма «Аджими» произошло обратное: как только один из режиссеров, палестинец из Яффо, в ответ на вопрос, как он себя чувствует, представляя Израиль, ответил, что он его не представляет, вся любовь и симпатия, обрушенные на них в Израиле и в Америке, испарились.

На вопрос, может ли помочь «Фокстроту» израильский скандал, в котором министр культуры Мири Регев обвинила фильм в том, что он очерняет армию и солдат, один из членов жюри «Оскара» сказал, что, с одной стороны, это сугубо внутреннее дело, а с другой — это может помочь, поскольку показывает воздействие такого фильма на людей.

Пока же вопрос в другом: какое воздействие окажет «Фокстрот» на членов жюри американской киноакадемии?

Сокращенный вариант. Нирит Андерман, «ХаАрец», М.Р.

На фото: режиссер Шмуэль Маоз. Фото: Оливье Фитуси.

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend