Экс-глава СНБ — с откровенным рассказом о том, что творится в окружении Нетаниягу

Узи Арад, бывший советник главы правительства по вопросам национальной безопасности и глава СНБ, сказал, что шокирован и поведением премьера, и тем, что в деле о подводных лодках оказался замешан его адвокат Давид Шомрон. «Нетаниягу терпит коррупционеров в своем окружении», — утверждает он в интервью газете TheMarker.

Профессору Узи Араду 69 лет, он женат, у него двое детей. Он тоже дал свидетельские показания в полиции по делу о подлодках.

— Вы давали показания и по другим делам о коррупции в высших эшелонах власти, которые расследуются сейчас?

-Да. Мне задавали разные вопросы о разных людях, несколько раз, но я не буду вдаваться в подробности. Как известно, есть просьба не распространяться о том, как ведется расследование. Поэтому все, о чем будет сказано в интервью — это вещи, остающиеся за пределами следственного процесса.

— Каково ваше впечатление от следователей?

— Профессионалы, принципиальные, выполняющие свою работу, свой долг.

— Это пугает, оказаться в полиции?

— Я не боялся, в том числе и во время расследований, которые вел ШАБАК. У кого рыльце в пушку, тот испугается, ясное дело. А во всем, что касается моего участия в процессе, это шестая подлодка, ясно, что все сделано организовано, дотошно, я горжусь тем, чего достиг.

— Когда всплыли подозрения в коррупции, это удивило вас?

— Ни само явление не удивило, ни то, что офицеры так халтурно сработали. Но две других вещи — да. Ио-первых, когда узнал о намерении заказать еще три подлодки, сверх этих шести, я спросил у себя, чем можно оправдать такое наращивание сил, на 50%? И зачем так срочно договариваться об этом сейчас? Может, начали нарастать угрозы, может, это объясняет, почему в последнее время Нетаниягу все жестче высказывался в отношении Ирана — недавно, раздавая «крылышки» пилотам ВВС на базе Хацрим, он сказал, что само существование Ирана окажется под угрозой, если возникнет угроза существованию Израиля. Риторика главы правительства постепенно поднялась на такой уровень, и возникает вопрос, настолько ли возросла по его оценкам ядерная угроза Ирана, чтобы оправдать наращивание нами потенциала сдерживания.

— А что во-вторых, что удивило еще?

— То, что адвоката Давида Шомрона подозревают в преступном сговоре с германской компанией Мики Ганора. Поражает подобная дерзость, и она бросает тень на премьера, даже если сам он не был вовлечен в этот процесс. Удивило также, что Нетаниягу поторопился заявить, что Шомрон, как и другая его правая рука, гендиректор минфина Шломо Фильбер — прямы, как стрелы.

На фото в центре Давид Шомрон. Фото: Гиль Коэн Маген, февраль 2015 г.

— Быть может, он думает, что все чисто?

— Верно. Нетаниягу уже отрицал наличие коррупции, тем отвергая, разумеется, сообщения полиции. Подозрения в адрес Шомрона и Авриэля Бар Йосефа , который был исполняющим главы Совета Национальной Безопасности, уже бросают тень на сделку. И если Нетаниягу верен своей позиции, согласно которой подлодки стратегически необходимы Израиля, он должен был бороться с подобной коррупцией. И еще не поздно. Что мешает Нетаниягу, в свете заморозки контракта до выяснения, была ли в нем коррупционная составляющая, заявить правительству Германии — я иду очистить власть, и если узнаю от правоохранительных органов, что кто-то замешан в коррупции, добьюсь справедливого наказания для них? Но вместо этого он выглядит лицемером, утверждающим, что никакой коррупции не было вообще, и на практике подвергает риску весь контракт на покупку подлодок.

— Эта грязь может запятнать Нетаниягу?

— Он защищен презумпцией невиновности. Но что да — не видно по его поведению, чтобы он вел борьбу с коррупцией и был готов показать личный пример. Бывший президент Верховного суда Меир Шемгар сказал, что одни лишь рассказ о полученных им подарках должен был побудить Нетаниягу подать в отставку. А бывший глава Моссада Меир Даган обвинил Нетаниягу в том, что он абсолютно все делает ради собственных личных интересов.

— А что бы вы ждали от него?

— Что он начнет содействовать ликвидации коррупции. Языки этого огня уже давно лижут его канцелярию, а теперь там два очень высокопоставленных чиновника, находящихся в непосредственной близости от него, Бар Йосеф и Шомрон, подозреваются в неправомочных действиях, причем на поле столь чувствительном и важном с точки зрения безопасности. Но вместо этого Нетаниягу толерантен, просто на удивление, к людям из его окружения, которых обвиняют или подозревают в коррупции. Он не чувствует себя ответственным за эту среду?

— Вы когда-нибудь говорили с ним об этом?

— Потеряв власть в 1999 году, Нетаниягу извлек из этого несколько уроков. И сказал: чтобы править в Израиле, надо, чтобы три человека были твоими: глава ШАБАКа, глава следственного отдела полиции и руководитель Налогового Управления. 10 лет спустя он укрепился в этом мнении. Раньше я говорил ему, что все в любом случае должно быть на высоком этическом уровне. Это верно и с тактической, и с моральной точек зрения. В прошлом, когда случилась утечка информации о контактах с американцами по палестинскому урегулированию и он решил поручить ШАБАКу проверить сотрудников в его канцелярии, предложил ему продемонстрировать личный пример и самому пройти проверку на «детекторе лжи», как это случилось с водителем Ицхака Рабина в свое время. Личный пример нужен и с утечками информации о расследовании дела о подарках.

Узи Арад. Фото: Эмиль Сальман

— Как он отреагировал?

— Не согласился на это. Решил, что я говорю, как наивный пурист, не понимающий этого мира, который, по его мнению, зиждется на интересах — партийных, личных, корпоративных — это язык, это разменные монеты, и что ж я говорю о законе.

— О чем, по вашему мнению, может рассказать Ганор, согласившийся стать государственным свидетелем?

— Опубликовано, что он расскажет о высокопоставленных офицерах и политиках, нынешних или бывших, которые преступили закон. Может быть, прояснит, в каких сферах системы безопасности проявляются такие преступления. Но как человека, стоявшего во главе Совета по Национальной Безопасности, меня беспокоит, что и там могут обнаружить коррупцию. В конце концов, Бар Йосеф был назначен Нетаниягу почти главой СБН, и можно лишь надеяться, что это не просочилось и к другим служащим в этой структуре. Меня это угнетает.

Причем ведь и Шомрону, и его партнеру, адвокату Ицхаку Молхо, Нетаниягу предоставил полную свободу действий. Ведь Молхо премьер поручает дела, исключительных масштабов, чувствительности и важности для государства. Но в то же время у него, практикующего адвоката, есть и другие клиенты. Уже были юристы, которые критиковали такую систему, указывали на тяжелый конфликт интересов, когда человек работает и на власть, и на частный капитал. Но Нетаниягу не видит в этом ничего предосудительного.

Давайте я вам в этой связи анекдот расскажу. Когда Майкл Орен был назначен послом Израиля в США, в Вашингтоне, он к удивлению своему обнаружил, что местные чиновники узнают о позиции Нетаниягу раньше него. Начал спрашивать, откуда они это узнали, ему отвечали: «Молхо успел побывать тут вчера-позавчера, он разговаривал с нами». Орена возмутило то, что он все узнает последним, и он пошел к Нетаниягу жаловаться.

Я предположил тогда, что Нетаниягу, понимая, насколько прав Орен, но, с другой стороны, желая сохранить канал для Молхо, найдет золотую середину. Он скажет Орену: «Послушай, я поручу Молхо информировать тебя, чтобы ты был в курсе происходящего». К моему удивлению, я ошибся! Орен заслужил лишь брань, и больше эту тему не поднимал, а Нетаниягу, отрезав его, обеспечил абсолютно полную свободу для Молхо, с возможностями, которых на моей памяти не удостаивался ни один государственный служащий.

Ицхак Молхо. Фото: Нир Кейдар

— То есть сейчас Шомрон проходит по делу о подлодках, а его партнер Молхо занимается, например, урегулированием кризиса вокруг Храмовой горы и другими важными государственными вопросами. Это не выглядит логичным…

— Это и в самом деле совсем не логично, что Нетаниягу продолжает работать со своими старейшими партнерами, Шомроном и Молхо, пока все обстоятельства дела не прояснятся. Посмотрите, сколько раз возникает имя Шомрона в делах, которые уже расследуются. В деле №1000 о подарках, пожертвование, которое Нетаниягу получил от бизнесмена Арнона Мильчена, который сидит сейчас во французской тюрьме за мошенничество, поступило именно через Шомрона.

— Но главное его дело — №3000.

В деле №3000 Шомрон выступает в роли предпринимателя, а не только адвоката. Он предоставляет услуги. Ганор представляет тут иностранную компанию и продвигает ее сделки, и Шомрон от его имени идет встречаться с председателем Гистадрута Ави Нисанкореном и с представителями Министерства обороны. А что, ни в профсоюзах, ни в МО не обратили внимания на то, что Шомрон  адвокат Нетаниягу и близок к его семье?

— Сейчас есть еще и «дело Безека»

— Да, дело №4000. А офис Молхо-Шомрон — один из ведущих в Израиле в вопросах связи, и в числе его клиентов  крупные доноры Нетаниягу…

— Нетаниягу поставил на пост министра связи «сменщика», Цахи Анегби.

— Это очень тяжелая должность. Он в случаях, например, когда премьер находится за рубежом, должен вести дела в полном объеме, со всей ответственностью и полномочиями. Нетаниягу превратил подобные назначения в конфетки, которые он дает своим министрам, и те их ждут, как дельфины, которым бросают рыбу. Но это должен быть кто-то управляемый, постоянного сменщика на этот пост Нетаниягу назначать не хочет. В событиях последних дней проводником государственной политики был министр внутренней безопасности Гилад Эрдан. И в Иерусалиме полиция полностью контролирует ситуацию, в отличие от территорий. Но проблема, что полномочий управлять системами безопасности и у него, и конечно, нет их у министра обороны.

— Нетаниягу управляет процессами из-за рубежа?

— Да, но не упорядочено. Нетаниягу знал, что Храмовая гора — это взрывоопасная тема. Он знал, что будет плохо, если ситуация станет неуправляемой. Но у нет инструментов, чтобы управлять из-за рубежа. У него нет советника по вопросам нацбезопасности. У него сейчас так много чувствительных тем, в том числе и с американцами, что  он обязан оставаться хладнокровным, как бы его не беспокоили задержания людей, подозреваемых в коррупции. По словам Дагана, Нетаниягу руководит не лучшим образом, и политический аспект в нынешней ситуации очень беспокоит — что лучше для нашей судьбы, нашего выживания сейчас и для нашего будущего. Каждый такой кризис нагнетает напряженность, он, конечно, ночи проводит на телефоне, и это приводит к странным словам, сказанным им в Восточной Европе.

— Почему странным?

— Потому что он говорил с ними так, будто Израиль — это центр мира. Сомневаюсь, что все его окружение поддерживает его в этом.

— Остается Молхо… По сообщению сайта офиса Молхо-Шомрон, они представляют также правительство США и правительство Германии. Это тоже можно считать конфликтом интересов?

— Это может беспокоить. Почему-то этой фирме очень важно представлять американское консульство в Иерусалиме. Они говорят, что речь идет только о недвижимости. Так почему бы не передать другой фирме? Странно и то, что та же фирма Молхо-Шомрон на протяжении многих лет является почетным консулом Австрии. Им недостаточно почета? Он — председатель Ассоциации друзей Музея Израиля. Если Нетаниягу видит в нем важную фигуру для решения государственных задач, это  full-time job, такая работа потребует всего его времени. Сколько раз в прошлом, когда что-то срочно требовалось правительству, он в это время оказывался занят на деловых встречах и нам приходилось ждать, пока он закончит действовать во благо своих клиентов! А Шомрон связан вопросами недвижимости со многими спонсорами Нетаниягу. Он их представляет. И Шомрон принимал участие в коалиционных переговорах. Почему? Он большой специалист в вопросах управления и Конституции?

— Это тоже наносит ущерб структуре правительства.

— Да, подобно тому, как Нетаниягу разрушает структуры, которые не выпустил из рук. Например, МИД он просто выхолостил. Я до сих не знаю, почему Дори Гольд, который был его доверенным лицом, подал в отставку. Нетаниягу оставил себя министром иностранных дел, удерживал еще несколько министерств, не говоря уж о приоритете в вопросах связи, включая увольнение директора и коалиционных требований по вопросам связи. Такого нет нигде в мире — ни в Сьерра Леоне, ни в США. И ты спрашиваешь себя — с чего бы это?

— Хороший вопрос!

— Но посмотрев на дело №2000, и потом на Управление Телерадиовещания, и потом на дело Безека, и то, как действовало Министерство связи в период Шломо Фильбера, все это — процесс уничтожения структур, не имеющий аналогов в мире. И, конечно, Совет по Национальной Безопасности. Структура, которая призвана быть рядом, помогая в процессе принятия решений, уже два года остается обезглавленной. Бар-Йосеф, которого он выбрал руководить СНБ, арестован сейчас по тяжелым подозрениям. Кто побудил его сделать подобный выбор? Кто его рекомендовал? Кто одобрил эту кандидатуру? По каким принципам и как ее оценивали? Как такое произошло? На все эти вопросы должен ответить сам Нетаниягу.


P.S. Газета TheMarker приводит также реакции на данную публикацию. Из офиса Молхо-Шомрон ответили: «Адвокат Молхо не намерен относиться к заявлениям господина Арада, кроме факта, что ни один из партнеров адвоката Молхо, и тем более адвокат Давид Шомрон, не связаны никоим образом с посланнической деятельностью по государственным вопросам, осуществленной адвокатом Молхо. Все проводилось в соответствии с законом и в координации с релевантными юридическими службами. Адвокат Шомрон не вовлечен и не был вовлечен в вопросы государственной политики, и заявление, что он и адвокат Молхо едины, не имеет ничего общего с реальностью. Как и все претензии, лежащие в основе заявлений Узи Арада, не имеют связи с реальностью. Сама мысль о том, что адвокат Молхо, занятый в рамках его обязанностей чувствительными государственными вопросами, будет взаимодействовать по ним с партнерами или другими неуполномоченными лицами, является бредовой и необоснованной. Стоит подчеркнуть, что несколько дней назад и канцелярия премьер-министра заявила следующее: «Адвокат Молхо привлечен министерством главы правительства в роли посланника по специальным государственным вопросам, в рамках плана, разработанного и утвержденного бывшим заместителем юридического советника правительства, в том числе для того, чтобы избежать конфликта интересов. Адвокат Молхозанимается продвижением самых деликатных интересов государства Израиль, и пользуется заслуженным уважением высокопоставленных политиков в нашей стране и за рубежом». Эти ясные слова говорят сами за себя».

От имени адвоката Шомрона сообщили, что «сказанное господином Арадом в отношении адвоката Шомрона сейчас и ранее не имеет под собой никакого основания. Сейчас адвокат Шомрон не будет отвечать на эти обвинения, он сделает это в то время и в том месте, которые сочтет для этого подходящими».

Ротем Штеркман, TheMarker. Публикуется в сокращениии. Фото: Томер Аппельбаум

Размер шрифта

A A A

Реклама