Фото: Caren Firouz, Reuters

Дилемма Путина: поддержать Израиль — или Иран

Президент России Владимир Путин считал, что добьется успеха там, где потерпел фиаско Барак Обама. Успокоит Сирию, спасет режим своего «клиента» — президента Башара Асада, и сбалансирует конфликт интересов Ирана и Израиля в раздираемой войной стране.

И все это – при относительно небольших вложениях: несколько десятков самолетов и две тысячи человек военного контингента. США в аналогичной ситуации прибегли бы к силе, во много раз большей — включая авианосцы, сотни истребителей, воздушные заправщики, беспилотники. Не говоря уже о пехоте. А Россия обошлась бы «малой кровью», воспользовавшись поставками чужого пушечного мяса – шиитов из Ирана, Афганистана, Ливана.

Выбрав правильное время и воспользовавшись вакуумом, образовавшимся после решения Обамы не вмешиваться в сирийские дела, Путин вернул Россию на геополитическую карту. Он неожиданно прилетел в Дамаск в декабре, чтобы заявить: «Миссия выполнена!» А вот экс-президент США Джордж Буш в подобных ситуациях предпочитал помалкивать, и не случайно. Так уж получилось, что у русских вскоре после громогласного заявления их лидера стало все валиться из рук.

В январе состоялась сочинская конференция, где попытка согласовать будущее политического процесса Сирии под руководством Асада в виде привычного фарса с выборами провалилась еще до прибытия делегатов.

Затем Турция вторглась на территорию северо-западной Сирии и начала крупномасштабное наступление против тамошних курдов — но столкнулась с противодействием Ирана, а с начала нынешней недели еще и с правительственными войсками Асада.

Но и это еще не все. Тревожным предупреждением для России звучит сообщение о том, что на востоке Сирии активизировалась еще одна сила – «Сирийская демократическая армия». Это — альянс сил вооруженной оппозиции, образованный 10 октября 2015 года. В ряды этой армии входят курды, арабы-сунниты, ассирийцы и армяне, и ныне эта вооруженная оппозиция расширяет и укрепляет свой контроль над районами, которыми когда-то владело «Исламское государство».

СДА на сегодняшний день – единственный сирийский игрок, пользующийся непосредственной поддержкой США. Когда несколько дней назад СДА сразилась с противником, в том числе – с российскими легионерами из ЧВК «Вагнер», американцы нанесли сокрушительные удары с воздуха, поддерживая их. Кремль по-прежнему не признает потерь, но по неофициальным сообщениям в том бою погибло около двухсот российских наемников.

Турецкий демарш пока не угрожает интересам России. Однако столкновения на северо-востоке, похоже, становятся головной болью для российского президента, поскольку отправка на родину гробов — это последнее, что нужно Путину в канун президентских выборов, которые пройдут в его стране 18 марта.

Израильско-иранская конфронтация пока особо не затрагивает российскую сторону, но она может угрожать режиму Асада. В течение последних двух с половиной лет отношения между Иерусалимом и Москвой строились по довольно простой схеме: Израиль не возражал против того, что Россия поддерживает Асада и бомбит районы, подконтрольные повстанцам, без разбору убивая тысячи мирных жителей; а Россия закрывала глаза на то, что Израиль атакует время от времени арсеналы и конвои с иранским оружием, предназначенным для «Хизбаллы».

Когда премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу потребовал, чтобы Россия не позволила Ирану строить военные базы в Сирии, Путин попытался найти компромисс. Иран укреплял своих шиитских ополченцев, но в то же время не слишком приближался к израильско-сирийской границе и не начинал строительства больших баз. Но этот баланс был нарушен: корпус «Стражей исламской революции» принял решение направить дрон в воздушное пространство Израиля 10 февраля. Последовавшие за этим бои израильских ВВС с сирийскими ПВО показали, что Россия более не может считаться сдерживающим фактором в Сирии.

В Сирии Кремль, судя по всему, увяз слишком глубоко. Управление многовекторной политикой и одновременное взаимодействие со всеми региональными игроками требует времени, ресурсов и, особенно, опыта. До недавнего времени в США этим занимались опытные дипломаты, военные и разведчики, имеющие обширные контакты и проводящие немало времени в регионе. При Трампе многие из этих профессионалов покинули администрацию. Но даже отсутствие у США целенаправленной политики в отношении региона, или даже их реальное отсутствие  на местах, не означает, что кто-то другой может просто так прийти и взять на себя ту традиционную роль, которую ранее исполняли американцы!

Дело не только в том, что у Кремля нет ничего похожего на столь разветвленную сеть дипломатов, разведчиков и военных. Путинский централизованный способ ведения бизнеса означает, что каждое решение проходит через него, в Москве. А это отнюдь не помогает России выбрать правильный курс, ориентируясь на происходящее на местах. И это же помогает Нетаниягу – ведь именно он оказался тем региональным игроком, который установил лучшие, чем у других, личные отношения с Путиным.

В настоящее время израильское разведывательное сообщество делится на две группы. Скептики полагают, что Путин не откажется от своих шиитских ставленников и, в конечном итоге, ограничит свободу Израиля атаковать Сирию с воздуха. Оптимисты же уверены, что Путин, напротив, попытается обуздать иранцев. Так или иначе, Путину вскоре придется сделать выбор между Израилем и Ираном. Иначе он рискует потерять все, что вложил в Сирию.

Аншель Пфеффер, «ХаАрец». М.К. 


Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend