Он спросил, мы ответили: что именно не нравится левым в Законе о национальном характере Израиля

Депутат Яэль Коэн-Фаран из «Сионистского лагеря» в интервью «Деталям» ответила Биньямину Нетаниягу на его вопрос: почему левым не нравится «Закон о национальном характере государства Израиль».

Закон этот был принят в минувшую 10 мая, в предварительном чтении, при относительно небольшом перевесе «правых»: 48 голосов «за», 41 «против». Вскоре Нетаниягу написал на своей странице в сети Facebook:

«Я сожалею, что левые партии во главе с «Еш атид» и «Сионистским лагерем» проголосовали против этого закона. Почему Лапид и Герцог против закона, утверждающего статус Израиля как еврейского и демократического государства? Они против того, чтоб «Ха-Тиква», была определена как национальный гимн? Они против бело-голубого флага? Они отрицают, что Израиль — национальный дом еврейского народа? Я призываю все сионистские партии отказаться от мелочной политики и поддержать закон. Закон о национальном характере государства — это решительный ответ тем, кто отрицает связь между нашим народом и нашей землей».

Уже через час после голосования в Кнессете мы связались депутатом от «Сионистского лагеря» Яэль Коэн-Фарран, попросив ее рассказать, в чем именно заключаются возражения депутатов «Объединенного арабского списка.

Яэль Коэн-Фаран. Фотография: Офер Вакнин

— Госпожа Коэн-Фарран, как вы лично голосовали по поводу закона о еврейском характере государства?

— Разумеется, против. Вся наша фракция была против!

— Но вы внимательно перед голосованием ознакомились с текстом законопроекта? Прочитали его от начала до конца?

— Возможно, я не вникала во все его точки и запятые, но я имею общее представление о том, что в нем сказано. И безусловно, считаю его неприемлемым.

— Какие именно пункты законопроекта вызывают у вас особое отторжение? В чем проблема?

— Тут есть общая проблема. Мы видим свое государство еврейским и демократическим одновременно, с равенством всех граждан. Законопроект пытается изменить эти базовые ценности, сделав акцент на слове «еврейский».

— Это или общая проблема — или общие слова, которые произносят говорят все представители оппозиции. Именно поэтому я прошу вас привести конкретные примеры пунктов, попирающие базовые ценности Израиля как демократического государства. 

— Например, вопрос о государственном языке. Сегодня государственными языками Израиля считаются иврит и арабский. В законопроекте Дихтера арабский лишается статуса государственного языка, и определяется как «язык с особым статусом». Определяя арабский язык таким образом, законопроект дискриминирует арабское население, давая им понять, что они – граждане иного сорта, чем евреи. И мы протестуем против этого. Я лично против этого!

Я и мои соратники считаем Израиль еврейским и демократическим государством. Так записано в Декларации Независимости. А новый  закон продвигает понятие «еврейское» за счет понятия «демократическое», за счет унижения арабов, которые живут в нашем государстве. И в этом я вижу проявление национализма и силового давления со стороны правого лагеря.

Дело не только в этом законопроекте. Каждую неделю нам приходится сталкиваться и противостоять все новым и новым законопроектам депутатов от «Ликуда», которые носят националистический характер, продиктованы не государственными, а узкополитическими и идеологическими интересами этой партии. Депутаты от «Ликуда» стремятся в первую очередь удовлетворить своего избирателя, они уже видят праймериз на горизонте и готовятся к ним.


Вы же знаете систему выборов в «Ликуде». Тот, кто вошел в предвыборный список партии на место, забронированное за представителем региона, на следующих выборах должен баллотироваться уже в общеизраильском списке. А это гораздо тяжелее. Понятно, что при такой системе каждый региональный депутат хочет доказать, что он круче других, ради чего и выдвигает все более расистские законы.


Я не хочу сказать, что законопроект о еврейском характере государства — это расистский закон. Но он однозначно говорит арабскому населению: вы не такие, как мы, это прежде всего государство для евреев, и в Израиле 2017 года, на мой взгляд, подобное неприемлемо. Главный девиз тех, кто выдвигал этот законопроект и голосовал за него: «Посмотрите, какой я хороший ликудник!».

— Абсолютно все противники законопроекта, с которыми я говорил, упоминали именно пункт об особом статусе арабского языка. Об этом же писали все газеты. Скажите, если этот пункт изъять из текста законопроекта, вы будете готовы его поддержать?

— Я отвечу вам так: я еще не вникла во все детали законопроекта, не знаю всех его тонкостей, но вопрос языка, безусловно, имеет первостепенное значение. Но я уверена, что есть там еще ряд неприемлемых для нас пунктов. Три, пять или больше – этого я вам сказать не могу, но они наверняка там есть. Если эти пункты будут убраны, то мы, возможно, взвесим возможность изменить свое отношение к этому законопроекту. Но никаких обязательств я, разумеется, давать в этом смысле не намерена. Впереди нас ждет обсуждение в комиссиях, затем дебаты перед голосованиями в ассамблее, вот тогда мы глубже ознакомимся с текстом, и я смогу ответить на ваши вопросы.

— Возможно, Вы помните, что этот законопроект появился на свет после того, как Абу-Мазен и другие лидеры категорически отвергли требование Нетаниягу признать Израиль еврейским государством — в качестве условия возобновления переговоров. Как вы думаете, почему они занимают столь жесткую позицию по данному вопросу?

— Но ведь палестинцы признали право Израиля на существование…

— Да, но не как еврейского государства. В том-то и дело, что еврейским государством они Израиль не признают…

— Я не думаю, что такое признание надо ставить условием начала переговоров. Смешно ожидать, что Абу Мазен повести в своем кабинете портрет Герцля, верно? Я убеждена, что упорство Нетаниягу в этом вопросе – просто предлог для отказа от переговоров.

— Возможно. Я, например, верю в возможность достижения мира на основе идеи «два государства для двух народов». А вы в нее верите?

— Да, конечно.

— Так вот, одно государство из этих двух, понятно всем, должно быть арабское. А второе – каким? Вероятно, еврейским? Или я ошибаюсь?

— Нет, в основном, вы правы…

— Тогда почему арабы так упорно не желают произнести это слово?

— Я не могу залезть им в голову. Но я считаю, что этот вопрос не стоит превращать в камень преткновения. Да, одно государство будет арабским, а второе – с еврейским большинством и арабским меньшинством, так как с географической, да и с других точек зрения иначе провести границы невозможно. Обмен населением – это утопия!

— Но если арабы не признают еврейский характер Израиля, то завтра они могут потребовать, чтобы всему нашему государству или его части был придан арабский характер…

— Я думаю, если будет достигнут мирный договор на основе скорректированных границ 1967 года, то такой вариант развития событий будет невозможен, так как у нас будет государство с еврейским большинством. А значит, это будет по своей сути еврейское государство, как это и записано в Декларации Независимости. И, напоминаю, демократическое…

— Вас не рассмешило заявление депутатов от арабских партий о том, что этот закон способствует созданию мононациональных населенных пунктов?

— Я голосовала, но не участвовала во всех этапах обсуждения, так что этого не слышала. А почему это должно быть кому-то смешно?

— По той причине, что у нас и сегодня есть мононациональные населенные пункты. В арабских населенных пунктах ни один еврей не сможет купить дом или квартиру…

— Как и во многих еврейских поселках арабу не дадут купить квартиру. К сожалению, до сих пор два народа продолжают жить отдельно друг от друга. Процесс интеграции и сближения идет, но крайне медленно. Его, несомненно, надо ускорить. В том числе и путем увеличения числа городов и поселков, где арабы и евреи бок о бок живут в мире и дружбе.

Петр Люкимсон, «Детали».

Размер шрифта

A A A

Реклама