Черный флаг

29 октября 1956 года, в день начала Синайской кампании, командир пехотной бригады, полковник Яаков Шедми отдал приказ перенести комендантский час на пять часов пополудни, о чем не знали работавшие в полях жители арабской деревни Кфар Касем к востоку от Петах-Тиквы. На вопрос командира пограничного батальона, майора Шмуэля Малинки, как быть с теми, кто не знает об изменении комендантского часа, Шедми махнул рукой и сказал: «Да смилостивится над ними Аллах».

Аллах не смилостивился над сорока девятью жителями арабской деревни Кфар-Касем. Когда они вернулись с работы, их встретили пограничники и, едва арабы начали доставать удостоверения личности, как последовал приказ одного из сержантов: «Кончать с ними». Пограничники скосили их на месте автоматными очередями в то время, как майор Шмуэль Малинки сидел в своей машине, не вмешиваясь в происходящее.

Среди сорока девяти погибших были двенадцать женщин, десять подростков и семеро детей в возрасте от восьми до тринадцати лет.

Военная полиция и пограничники вывели из домов мужчин с мотыгами и лопатами, заставили их выкопать ямы на деревенском кладбище и всех убитых, завернутых в одеяла, похоронили без обряда, а военная цензура наложила запрет на публикацию любых материалов о Кфар-Касеме.

Несколько дней спустя военный губернатор разрешил семьям погибших выкопать трупы и заново похоронить их по мусульманскому обряду.

Выдержки из протокола заседания кабинета министров от 11 ноября 1956 года.
«Слушали: сообщение главы правительства Давида Бен-Гуриона об инциденте в деревне Кфар-Касем.

Глава правительства Давид Бен-Гурион:
— Я должен сообщить вам немыслимо ужасную и прискорбную вещь (…) Я сам узнал об этом 1 ноября (…) и сразу назначил следственную комиссию (..) для выяснения обстоятельств случившегося, степени ответственности пограничников (…) и для установления размера компенсации, которую правительство обязано выплатить семьям погибших. Уже сейчас следует выплатить по 1.000 лир аванса каждой семье в счет будущей компенсации. Я хочу особо отметить министра полиции, который сразу отправился в деревню, встретился со старейшинами, выразил им соболезнование от имени правительства, сказал, что будет назначена следственная комиссия, что все виновные будут наказаны, а семьи погибших получат компенсацию (…) Я предлагаю, чтобы Министерство финансов выплатило каждой семье по 50.000 или по 60.000 лир.

Министр строительства Мордехай Бентов:
— Будет ли заявление правительства по этому поводу?

Глава правительства Бен-Гурион:
– Мы должны посоветоваться. Сомневаюсь, чтобы это можно было скрыть, хотя речь идет об очень постыдном происшествии.

Министр финансов Леви Эшколь:
– Что сказал командир батальона?

Глава правительства Давид Бен-Гурион:
– Он сказал, что на вопрос, как быть с нарушителями комендатского часа, командир бригады ему ответил: «Не хочу никаких сентиментов», а потом добавил по-арабски «Да смилостивится над ними Аллах». Сам командир бригады это отрицает.

Министр внутренних дел Исраэль Барзилай:
– Надо опубликовать краткое заявление. Самое ужасное будет, если обо всем этом напишут заграницей.

Министр иностранных дел Голда Меир:
– Можете быть уверены, что долго это не удастся хранить в тайне.

Глава правительства Давид Бен-Гурион:
– Если публиковать заявление, то сейчас. Ко мне пришли руководители полиции и сказали, что, по их мнению, двух сержантов надо повесить в Кфар-Касеме. Я им ответил, что у нас нет смертной казни. Теперь я думаю, что мы поторопились ее отменить.

Министр социального обеспечения Перец Нафтали:
– Я тоже думаю, что заявление правительства нужно опубликовать немедленно, не дожидаясь приговора суда.

Глава правительства Давид Бен-Гурион:
– Тех, кто отдал приказ, будут судить по всей строгости закона. Но что касается рядовых солдат, они не виноваты. Они получили приказ. В стране идет война. Разве можно допустить, чтобы солдат имел право отказаться выполнять приказ, который кажется ему незаконным?

Министр полиции Бехор Шитрит:
– Я приехал в деревню, и мне самому было стыдно (…) Арабы – фаталисты: они верят, что так было решено на небесах. Они просят только о двух вещах: чтобы в будущем не случалось ничего подобного и чтобы помогли семьям погибших (…) Что касается солдат, откуда им знать, что приказ незаконный. Им приказали стрелять, и они должны выполнить приказ.

Глава правительства Давид Бен-Гурион:
– Люди сражаются, их жизнь в опасности (…) Если я поставлю себя на место солдата, то я выполнил бы приказ (…) Если я сам буду решать, какой приказ выполнять, а какой нет, меня отдадут под трибунал. Поэтому я требую, чтобы всех командиров отдали под суд, и, чем выше звание, тем строже надо наказать (…) Я сожалею, что смертная казнь отменена. В данном случае виновных надо было бы приговорить к смертной казни, чтоб другим неповадно было. Нельзя убивать детей.

Пять дней спустя Бен-Гурион записал в дневнике:

«Я вызвал советника по арабским делам и спросил его, слышал ли он от Яшки Шедми, что тот сказал командиру батальона: «Да смилостивится над ними Аллах». Советник сказал, что это было проверено в ту же ночь, и на 91 процент из 100 ему кажется, что Шедми в этом признался».

Через четыре дня Бен-Гурион сделал в дневнике еще одну запись:

«Вызвал к себе командующего Центральным военным округом, чтобы проверить, что ему сказал Яшка во время следствия. Командующий хорошо помнит, что Яшка сказал командиру батальона, чтобы тот не принимал в расчет никаких сентиментов, но не помнит, чтобы Яшка признался, что сказал «Да смилостивится над ними Аллах».

Потом в Кфар-Касеме состоялась церемони «сульхи» (араб. перемирие) в присутствии мусульманских духовных лиц и представителей израильской военной администрации.

Фото: Томер Аппельбаум

Потом начался суд над виновными в бойне.

Председатель военного трибунала, судья Биньямин Халеви постановил, что полковник Шедми превысил свои полномочия, и «корень зла заключается в том, что Шедми самовольно передвинул время начала коменданского часа».

Далее суд установил, что полковник Шедми отдал приказ стрелять в нарушителей комендантского часа, но, поскольку это был устный приказ Шедми в беседе один на один с майором Малинки, и Шедми отрицал такой приказ, сомнения были истолкованы в его пользу и наказанием за превышение полномочий ему был назначен символический штраф в размере десяти грошей.

Судьи полагали, что символика такого наказания слишком очевидна, чтобы снять с Шедми обвинения в злом умысле, но вполне вероятно, что как раз размер штрафа и похоронил его военную карьеру: арабская пропаганда вылезла из кожи, чтобы навеки уверить израильских арабов, что кровь сорока девяти жителей Кфар Касем не стоит больше десяти грошей.

Кроме Шедми, перед судом предстал и непосредственный организатор бойни в Кфар-Касеме майор Шмуэль Малинки.

На своем инструктаже Малинки сказал: «Лучше несколько убитых в самом начале, чем потом путаться с арестами. Стрелять в каждого, кто нарушит комендантский час – без всяких сантиментов».

Подчиненные спросили его, как быть с женщинами и детьми, на что Малинки ответил: «Какая разница – женщины или мужчины». На вопрос, что делать с ранеными, Малинки приказал не оказывать им никакой помощи.

Майора Малинки и его солдат суд признал виновными и приговорил к лишению свободы на сроки от семи до семнадцати лет, но в 1959 году они попали под амнистию.

Судебные процессы ответственных за бойню в Кфар-Касеме стали значительной вехой в истории израильской юриспруденции, ибо именно на процессе полковника Шедми судья Биньямин Халеви впервые сформулировал определение «явно противозаконного приказа». Это определение израильские юристы цитируют по сей день, а израильская армия, благодаря ему, стала единственной армией в мире, где солдат может не подчиниться «явно противозаконному приказу».

«Опознавательный знак противозаконного приказа – написал судья Халеви – очевиден, ибо он похож на своего рода черный флаг, на предупредительную надпись «запрещено»(…) противозаконность этого приказа бросается в глаза, если глаза зрячие, и ранит сердце, если оно неподкупно; это та степень очевидной противозаконности, которая позволяет возложить на солдата уголовную ответственность за совершенное им преступление, вопреки его долгу подчиниться приказу».

Израильский публицист и писатель Том Сегев сказал: «Это, скорее, личное, нежели юридическое определение, но, возможно, потому оно и остается в силе по сей день».

Владимир Лазарис, «Детали». Фото: Офер Вакнин. На фото: мемориал в Кфар Касем


500 лет еврейской истории и 25 лет поисков в израильских и зарубежных архивах легли в основу книги Владимира Лазариса «Среди чужих. Среди своих».

«Детали» публикуют избранные главы из этой, единственной в своем роде, хроникально-исторической книги. В основу статей легли и рассекреченные цензурой протоколы, и архивные материалы о самых неожиданных сторонах еврейской жизни в Диаспоре до и после Катастрофы, и множество неизвестных документов, публикуемых впервые на русском языке.

Приобрести книгу «Среди чужих. Среди своих» или другие произведения Владимира Лазариса можно, обратившись на его сайт: www.vladimirlazaris.com

тэги

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend