Нетаниягу: круг замкнулся

«Нетаниягу сделал нам дорогой подарок. Если раньше мы не могли утверждать, что он способен смешать соображения политики и безопасности страны, теперь ясно, что в «иранской истории» он действует именно так. Он взял эти материалы и сделал из них политику от начала до конца», — сказал на минувшей неделе председатель «Сионистского лагеря» Ави Габай.

29 апреля был уничтожен огромный арсенал иранских ракет в Сирии. 30-го днем членов военно-политического кабинета вызвали на срочное совещание по «иранской теме» в  Министерство обороны в Тель-Авиве. Объявили, что вечером состоится пресс-конференция Нетаниягу – в самое рейтинговое время на самую важную для него тему.

В тот же день летняя сессия кнессета началась традиционным ритуалом внесения вотумов недоверия правительству. Первой его сняла «Еш атид» — из-за страшного шума вокруг ожидаемого события оборонного значения. У Габая не было выбора. У него, как и у большинства граждан Израиля, сложилось ощущение, что глава правительства собирается объявить о начале войны или о чем-то подобном. «Сионистский лагерь» тоже снял свой вотум.

То, что последовало через четыре часа, было грандиозным театром одного виртуозного актера с использованием черных покрывал, цветовых эффектов, стеллажей и дисков.

Глава правительства Нетаниягу перед телекамерами рассказал (на английском), что израильской разведке удалось добыть и доставить в Тель-Авив материалы, неопровержимо свидетельствующие: Иран продолжает разработку ядерной программы.

Для Нетаниягу это была ситуация «замкнувшегося круга». В коллективной памяти его первый срок на посту главы правительства связан с одним из самых больших провалов израильской разведки при попытке ликвидировать в Аммане главаря ХАМАСа Халеда Машаля. Колоссальный провал, который закончился арестом двух агентов, спасением объекта покушения и освобождением из израильской тюрьмы вождя ХАМАСа, шейха Ахмеда Ясина.

Польза – пропагандистская, дипломатическая, политическая, оперативная – от раскрытия разведданных, которые агенты Мосада доставили из Тегерана в Тель-Ави, остается предметом споров политиков и разведчиков. То, что не вызывает споров, это – тот цинизм, с которым шеф-повар ажиотажа и архитектор «восьмерок в воздухе» повел себя в предыдущие часы, подняв до небес национальный уровень страха.

На следующий день после выступления Нетаниягу Габай сказал: он сожалеет, что накануне снял с повестки дня кнессета вотум недоверия правительству.

Лидеры оппозиции поняли, что Нетаниягу снова обвел их вокруг пальца. Но и некоторые из соратников премьера обиделись. Например, члены военно-политического кабинета. Еще бы, после срочного вызова в Минобороны они были вынуждены изменить рабочий график на весь день, отменить встречи и т.п. Кроме того, министры терялись в догадках – что произошло, с чего такая срочность? А на совещании они услышали всего лишь краткий обзор по «иранской теме».

Как пожаловался один из министров, он чувствовал себя «бутафорией». Ну, если и не бутафорией, то, в лучшем случае, рабочим сцены.

Через сутки после выступления, дав интервью CNN  и Fox News, Нетаниягу велел министрам поменьше публично выступать на иранскую тему. Премьер не позволил им собрать крошки со своего стола.

«Прекрасно, что он заткнул нам рты, – процедил один из министров. – Интересно, что было бы, если бы информацию о сирийском ядерном реакторе в 2007 году получил Нетаниягу, а не Ольмерт».

Йоси Вертер, «ХаАрец», Д.Н.

Фото: Оливье Фитуси.

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend