Секторальные партии — почва для коррупции

В последние десятилетия израильская политика отличается тем, что в ней стало много секторальных партий. Они вовсе не обязательно служат только сектору, к которому принадлежат, но стремятся продвигать его интересы.

Секторальную партию можно идентифицировать по тому, насколько гомогенный состав ее представителей, членов и сторонников с точки зрения конфессиональных и общинных признаков, а также, в ряде случаев, по стране исхода.

Понятно, что такие крупные и старые партии, как «Авода» и «Ликуд», по названным критериям – не секторальные. Есть партии, которые пытаются преодолеть свою секторальную идентичность – к примеру, «Еврейский дом» и «Наш дом Израиль». Есть и такие, которые гордятся своей секторальностью – партии ультраортодоксов, большинство арабских партий и так называемые «нишевые» партии (такой была партия пенсионеров).

Относительно небольшие партии «Еш атид», «Кулану», МЕРЕЦ и ХАДАШ находятся где-то между обычными и секторальными партиями. Даже поверхностное изучение системы власти в Израиле показывает, что секторальность в целом и секторальные партии, в частности, не только не согласуются с ее принципами, но и ведут к ее извращению.

Проблема в том, что наличие секторальных партий, обязанных  действовать каждая в интересах определенной части населения – это почва для коррупции. Эти партии не работают на благо всего населения; их существование и деятельность блокируют борьбу против политической коррупции. Хуже того, они вносят в борьбу против коррупции элементы несерьезности, непоследовательности и лицемерия.

Не у всех секторов есть свои партии. Поэтому секторальная политическая деятельность непременно ведет к извращению поведения власти и к нарушению принципов всеобщего равенства. Так, сектор, который считает себя вправе стричь купоны за счет всего общества, кричит «Караул!», когда видит, что другой сектор добивается успеха в том же самом.

Крупный сектор создает внутри себя сектора поменьше – от «своего» города до отдельного политического деятеля и его семьи. Принадлежащие к сектору оправдывают слишком большую долю, которую они урывают в ущерб другим. Себя они считают выше других. Это крайне негативный аспект секторальности: девальвация моральных ценностей, отрицание прав ближнего.

Понятен вред, наносимый этим социальному единству, сосуществованию, братству и солидарности, которая, по сути своей, должна быть транссекторальной. Ошибочно считать, что секторальность гарантирует хотя бы защиту интересов тех, кто принадлежит к сектору.

На самом деле защищаются лишь интересы гегемона в секторе – и это в ущерб не только обществу в целом, но и более слабым элементам внутри сектора – женщинам, сексуальным меньшинствам, людям с ограниченными возможностями и т.п.

В секторальной сфере израильской политики фигурируют партии, которые, как правило, не претендуют на то, чтобы стать правящими. Внутри секторальных партий нет сдерживающей силы, неизбежно присутствующей внутри больших партий, претендующих на власть.

Власть время от времени переходит от одной большой партии к другой, поэтому в каждой большой партии понимают: не следует слишком резко давить на политическую оппозицию, ведь когда колесо фортуны перевернется, это давление обернется бумерангом. А секторальная партия – потенциальный партнер любой партии власти. «Секторалы» могут позволить себе непрерывно нажимать на педаль газа.

Крупные партии предпочитают коалиции и даже политические союзы с секторальными партиями. Такое сотрудничество покупается за деньги, которые легко достаются секторальным партиям. Цена услуг ограниченному сектора ниже, чем цена работы на благо всего общества. К примеру, финансирование продленного учебного дня для школьных учреждений определенного сектора обойдется гораздо дешевле, чем финансирование продленного учебного дня во всех школах страны.

Можно ли сказать, что история секторальных партий в Израиле – это история успеха? И на этот вопрос невозможно ответить однозначно. Ультраортодоксальные партии вредят большинству религиозного населения. Это большинство не получает из-за них подготовки к полноценному участию в современной жизни. Страдают также самые малоимущие граждане и женщины.

Действительно ли партия ШАС сделала что-то весомое для малоимущих выходцев из восточных общин или, поддержав своих несекторальных союзников, способствовала сокращению социального обеспечения?

Мы не хотим сказать, что любая несекторальная партия предпочтительнее секторальной. Общенациональная партия, лишенная собственного лица и четко сформулированной повестки дня, так же проблематична, как любая секторальная партия.

Также из наших слов не следует делать вывод, что не надо заботиться о секторальных интересах. Заботиться надо, но это должны делать прежде всего общенациональные партии, действующие на благо всех граждан.

В принципе можно оправдать создание «своих» партий в секторах, которые подвергаются систематической дискриминации. Но, конечно, желательно тщательно взвесить, в самом ли деле создание такой партии – лучшее решение, которое реально поможет решить проблемы данного сектора.

Одно ясно: не надо воспринимать действительность, в которой есть секторальные партии, как непререкаемое решение судьбы. Для пользы израильской политики очень желательно, чтобы как можно больше интересов и забот разных групп населения стали общим делом всех партий, и чтобы это проявлялось всегда и постоянно, а не только в период подготовки к выборам.

Мордехай Кремницер, Гиди Раат, «ХаАрец», Д.Н.

На фото: Айман Уда (ХАДАШ), Авигдор Либерман (НДИ), Арье Дери (ШАС). Фото: Томер Аппельбаум, Оливье Фитуси, Моти Мильрод.

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend