Cотрудники ядерного центра победили в долгой борьбе с государством

После десятилетий борьбы Израильская комиссия по атомной энергии (IAEC) согласилась выделить компенсационный пакет в размере 78 миллионов шекелей (22 миллиона долларов) для 168-ми государственных служащих Ядерного исследовательского центра в Димоне . Суть их претензий состояла в том, что, работая в этом центре и на связанном с ним исследовательских объектах, они подверглись воздействию радиации, что вызвало различные онкологические заболевания.

Эта история началась еще в девяностых годах прошлого века, когда десятки атомщиков из Димоны предъявили иск государству.

Однако парадокс заключается в том, что, несмотря на многолетние усилия, доказать прямую связь между условиями работы и ущербом здоровью не удалось. Тем не менее, истцы получают денежную компенсацию на основе их вклада в государственную безопасность.

Как отмечается, все это время IAEC последовательно утверждал, что претензии должны быть отвергнуты, требуя приложить все усилия для защиты сотрудников Ядерного центра от воздействия радиации.

Однако, поскольку IAEC, как правило, избегал публичного обсуждения того, что происходит вокруг ядерного реактора в Димоне, министр юстиции Яков Неэман, занимавший этот пост с 2009 по 2013-й годы, счел нужным создать специальную закрытую комиссию. Ей было поручено рассмотреть вопрос компенсации сотрудникам Центра; возглавил комиссию отставной судья Верховного суда Элиэзер Ривлин, и она начала работу четыре года назад.

Два года назад после тщательного расследования комиссия представила свои соображения, согласно которым среди тех, кто имел дело с реактором, не было необычного уровня рака, за исключением рака молочной железы, вызванного, как выяснилось, ионизирующим излучением. Кроме того, комитет пришел к выводу, что уровень заболеваемости раком среди сотрудников Центра на самом деле ниже количества онкозаболеваний у всего населения в целом.

Несмотря на выводы, комиссия рекомендовала частично компенсировать претензии истцов, сформулировав это как «уникальный вклад в обеспечение государственной безопасности». В то же время итоговый документ не включает признание того, что государство несет ответственность за заболевания, указанные сотрудниками центра и, тем самым, не считает их «профессиональными заболеваниями».

По мнению членов комиссии, «проведение гражданских дискуссий по чувствительным вопросам представляет собой сложную задачу для государства Израиль. И щедрость компенсации отражает, напротив, ответственность, которую несет государство в целях защиты интересов безопасности, предотвращая раскрытие секретной информации».

В прошлом, 2016-м году, правительство приняло к сведению рекомендации комиссии Ривлина; кроме того, в окончательном варианте достигнутого между сторонами соглашения предусматривается, что компенсация распространяется также на сотрудников, чьи члены семьи также заболели раком.

В то же время пятеро истцов отказались от компенсации.

По мнению комиссии, обоснование о выплате компенсации следует рассматривать двояко.

«Нецелесообразно рассматривать дело только в узких рамках закона о деликтном праве, – говорится в заключение, сделанном комиссией (деликтное право регулирует случаи, когда действия одного лица ведут к ущербу для другого лица; нарушение лицом обязанности, имеющее следствием причинение вреда, представляет собой правонарушение или деликт). – Должна существовать некая взаимность между готовностью сотрудников Центра внести свой вклад в осуществление правительственных целей ядерных исследований и готовностью правительства стоять за этих сотрудников, когда материализовался один из возможных рисков их работы».

М.К. Фото: Элиягу Гершкович

Размер шрифта

A A A

Реклама